Лето для тебя - Кейт Ноубл

— Если бы я попросил тебя выяснить, где именно происходили нападения, ты бы смог это сделать?

— Поспрашивать несложно, — вежливо улыбнулся Доббс, однако в глазах застыла тревога. — Должен ли я радоваться затее, сэр?

— Не обязательно, — лаконично ответил мистер Уорт.

Два следующих дня, пока в северных графствах царствовала жара, лилии цвели особенно пышно и ярко, а лягушки квакали до глубокой ночи, Берн обдумывал план действий.

А потом ждал появления леди Джейн.

Но вот сейчас, когда она стояла в его собственной гостиной и перебирала бумаги на его собственном столе, в душе росло странное волнение. Он не боялся, что план будет встречен с неодобрением или сарказмом, нет. Просто внезапно нахлынула мальчишеская страсть к позерству, и захотелось произвести впечатление.

Берн наблюдал, как гостья подошла к книжному шкафу и наклонилась, чтобы посмотреть на нижнюю полку. Мысли внезапно изменили направление.

— Где же они?

Джейн выпрямилась, и внимание Берна вновь сосредоточилось на ее румяном лице.

— Что?

— Планы! — воскликнула Джейн и нетерпеливо и коротко рассмеялась, понимая, что ведет себя странно: от обычного сдержанного спокойствия и привычной рассудительности не осталось и следа. Прошла по небольшой комнате и остановилась, требовательно вытянув руку. — Покажите немедленно… пожалуйста.

Берн посмотрел в ее сияющие глаза, заметил яркий румянец и соломенную шляпу, поля которой немного защищали от солнца лицо, но оставляли на милость судьбы худенькие плечи и тонкие руки.

— У вас есть шаль? — неожиданно спросил он.

— Нет, — удивленно ответила Джейн. — Зачем? Жарко как на сковородке — хватит и этих ужасных нижних юбок.

Усилием воли Берн заставил себя промолчать.

— К счастью, шаль не считается обязательной деталью костюма, а потому я решила оставить ее дома, — пояснила Джейн с лукавой усмешкой, все еще продолжая стоять с раскрытой ладонью в ожидании плана, письменного свидетельства, отчета о работе.

Берн улыбнулся.

— Что ж, считайте, что вам повезло: мне нравятся веснушки.

Он взял гостью за руку и повел на улицу.

В детстве Джейн исходила все лесные дорожки и тропинки, а потому сейчас быстро поняла, куда направляется ее спутник. Но поскольку Берн шагал целеустремленно и твердо (разумеется, опираясь на трость), то послушно последовала за ним вверх по невысокому, хотя и крутому холму, каких немало на восточном берегу озера Мерример.

Оба молчали: погода не способствовала ни восхождению, ни беседе. Примерно в середине подъема Берн начал спотыкаться, однако не остановился, а мужественно продолжил путь. Джейн еще крепче сжала его руку.

Наконец тропинка привела на вершину холма, откуда открывалась величественная панорама. Ветры разогнали духоту, и ничто не мешало погрузиться в созерцание неповторимого пейзажа. На западе виднелись сразу два озера: Мерример и еще одно, поменьше, связанное с главным небольшой речкой. А если повернуться на юг и прищуриться так, чтобы не мешало солнце, то можно было рассмотреть и третье: озеро Уиндермер. На берегу реки Бродмилл уютно расположилась деревня Рестон; черепичные крыши проглядывали сквозь листву раскидистых старинных дубов. Река не пустовала: вверх и вниз двигались доверху нагруженные небольшие суденышки, а в лодках терпеливо ожидали удачи рыбаки. Изумрудную зелень лугов, полей и перелесков пересекали узкие ленты ведущих к фермам дорог, а на склонах холмов паслись стада овец и коров. Да, отсюда, с высоты, открывался весь мир.

— Первый случай произошел прошлой зимой. — Берн выпустил руку спутницы и показал к югу от озера Мерример. — Дело было в долине, на главной дороге к Уиндермеру. Летом в этом направлении движение очень оживленное, а зимой тихо — ездят мало. В результате разбойники ограбили почтовую карету, потому что других не оказалось.

— Как вы это узнали? — удивилась Джейн.

— У меня есть друг, который помог определить места некоторых ограблений.

— А откуда у него информация?

— Не знаю, не спрашивал.

— Сэр Уилтон — местный мировой судья. Может быть, он рассказал? — Джейн нахмурилась. — Да, и еще: если ваш друг сообщил, где именно нападали разбойники, то откуда вам известно, что почтовый экипаж оказался единственным?

— Я располагаю только той информацией, которую слышал. Все остальное — умозаключения, домыслы, — ответил Берн. — Надеюсь, собственные теории не запрещены?

— О, простите, — смутилась Джейн. — Продолжайте, пожалуйста.

— Так вот. — Берн самодовольно ухмыльнулся: — В марте произошло следующее нападение. Было еще холодно, однако весна брала свое. В этот раз ограбили экипаж, который ехал в сторону от Уиндермера.

— Но миссис Уилтон сказала, — Джейн покраснела, но все-таки продолжила, — что происшествия случались вблизи Рестона. — Встретив прямой взгляд синих глаз, она примирительно подняла руки: — И вновь прошу прощения.

— Не стоит, в этом вы совершенно правы. В апреле и мае действительно имели место три ограбления — севернее, неподалеку от Рестона.

Берн прищурился и показал направление. Джейн придвинулась ближе, чтобы точнее сориентироваться.

— В июле было тихо, — продолжил спутник; она вздрогнула и подняла голову.

Синие глаза оказались совсем близко.

— В июле ничего подозрительного не случилось? Именно тогда, когда вы были в Лондоне? — Известие не порадовало. — Но ведь это очень неприятно, правда?

— Чрезвычайно неприятно, — подтвердил Берн и снова посмотрел на горизонт. — Самые мнительные наверняка увидят здесь доказательство моей вины.

— Глупцы.

Джейн со вздохом покачала головой.

— И все же мы стараемся произвести на них впечатление, — возразил Берн.

— Но я могла бы сказать всем…

— Не надо ничего говорить. Будем исходить из реальных обстоятельств. Итак. — Он подошел к огромному валуну и прислонился спиной. — Три ограбления в апреле и мае постепенно приближались к Рестону. А в январе взломали магазин на Хай-стрит.

— Сначала пострадал офис доктора Лоуфорда, а потом уже досталось мистеру Дэвису, — уточнила Джейн. — Во всяком случае, если верить словам Виктории Уилтон. — Она подождала, пока собеседник сопоставит факты. — Это ведь значит, что преступники и сами из этих мест, правда? Потому и начали издалека.

— Не исключено, что на дороге действовали одни, а в самом Рестоне другие, — сдержанно заметил Берн. — Разные методы и так далее. Но мне почему-то кажется, что воры не чужаки. Постепенно набирались опыта и наглости. — Он прищурился и пристально посмотрел вдаль, словно пытаясь увидеть разгадку запутанной истории. — Первый случай, зимой, — отчаянная попытка. Второй, в марте, — проверка возможностей. Постепенно уверенность в собственных силах возрастала, и нападения происходили все ближе и ближе к Рестону. В начале августа ограбили еще два магазина. Последний — всего лишь за неделю до вашего приезда.