Темза. Священная река - Питер Акройд

Первое письменное упоминание о каменном мосте датируется 958 годом, когда король Эдвиг пожаловал своему тану Эдригу земли “до каменного моста, а оттуда на восток вдоль Темзы до границы Кингз-Хоуна”. Кингз-Хоун – это нынешняя деревушка Кингстон-Бэгпьюз, а каменный мост находился на месте теперешнего Радкотского моста. В X веке каменщики еще не умели строить сводчатые мосты, так что этот древний каменный мост, скорее всего, состоял из больших плит, положенных на толстые каменные опоры. Мост был перестроен в начале XIII века – после того, как в 1208 году король Иоанн распорядился, чтобы “наш брат Алвин взял людей и все необходимое для починки моста в Радкоте”.

Первые годы XIII века можно считать началом эпохи сводчатых каменных мостов. Первый из них, Лондонский, был возведен в 1208 году. Вскоре началось строительство моста св. Иоанна в Лечлейде. До той поры Темзу пересекали главным образом деревянные конструкции, состоявшие из мощных столбов и свай, углубленных в речное дно и положенных сверху деревянных балок. Паводки часто выводили их из строя, и они почти постоянно требовали ремонта. Но даже в XIX веке на Темзе еще оставались деревянные мосты: в Марлоу, Кукеме, Виндзоре, Мейденхеде, Стейнзе, Чертси, Хэмптоне и Кингстоне. До середины XIX столетия мост в Кавершеме состоял наполовину из дерева, наполовину из камня.

XIII и XIV века были великой эпохой камня, и в первую очередь это относится к верхнему течению Темзы, где было много месторождений строительного камня. Но навыками строительства мостов владели только монахи и каменщики, связанные с монастырями. Не случайно архитектура каменных мостов во многом сходна с архитектурой готических церквей и зданий капитулов, где от столбов отходят каменные “ребра”, образуя арки и своды.

Как бы то ни было, самым знаменитым из мостов через Темзу следует считать Лондонский. Это – крупная городская магистраль, наиболее интенсивно используемый из всех мостов; говоря об этой лондонской “тропе” через реку, можно вспомнить о “песенных линиях” или “линиях сновидений” у австралийских аборигенов. Лондонский мост – великая нить, спряденная из человеческого начала. Он творит грандиозный людской поток, сгущенный и неисчислимый, который сам по себе есть река, подобная Темзе. Ради краткой переправы машины и люди вступают в некие отношения с напором и течением морских вод. Ветер и пыль, шум транспорта и крики чаек – все это смешивается здесь воедино.

Сейчас, в отличие от былых времен, на нем нет построек. Ныне силуэты пешеходов вырисовываются на фоне неба поверх водного полотна; они движутся меж двух необъятностей. Эти фигуры эфемерны как дым, их движение – паломничество быстролетных душ по границе стихий. Люди всевозможного облика и сорта идут по мосту без всякого взаимного сродства, без всякой общности интересов. Они вместе, но поодиночке; они не выказывают ни веселья, ни страдания, ни долготерпеливости, ни задумчивости. Из всех мостов этот самый выразительный, самый богатый ассоциациями. Многих писателей и художников он настраивал на мечтательный, визионерский лад.

Мост, вполне вероятно, существовал здесь еще в незапамятные времена. Общеизвестным “фактом” считается, что первый мост на этом месте построили римляне, но нет причин думать, что столь удобный участок реки обошли вниманием британские племена, населявшие в древности этот район по обе стороны Темзы. Все, что мы можем сказать хоть с какой-то долей уверенности, – это что мост появился тут не позднее того времени, от которого до нас дошли первые сведения о Лондоне. Иначе говоря – люди переходят здесь реку по мосту уже две тысячи лет с лишним. Вид его менялся. Мосты возникали и исчезали, строились, перестраивались, разбирались, рушились. Поколения шли по ним, не задумываясь, что было тут прежде и что будет потом. В “Бесплодной земле” (1922) Т. С. Элиот увидел в веренице людей, идущих по Лондонскому мосту, образ смерти.

Римский мост, скорее всего, был построен не столько ради простых пешеходов, сколько ради перевозки товаров и передвижения войск. Его пролеты были деревянные, и в 1834 году из воды были извлечены массивные деревянные столбы, “обутые” в твердое железо, которое могли выплавить только римляне. В начале XIX века, когда разбирали старый средневековый мост, в реке были обнаружены римские монеты, чья датировка покрывала весь период оккупации. Следовательно, мостом пользовались все это время. Он быстро стал коммерческим центром всего острова и “точкой соприкосновения” между островом и континентальной Европой. Это был перекресток, конечная станция, транспортный и торговый узел всей Англии. Мост начал обрастать городом, по обе стороны реки были проложены жизненно важные торговые пути. Рост Лондона, таким образом, определялся мостом, и он находился в центре финансовой и коммерческой жизни столицы.

Согласно общепринятому сейчас мнению, римляне построили здесь три моста, сменявших друг друга. Первый возник в 40-е годы н. э. и соединял нынешний Фиш-стрит-хилл с участком берега близ южной оконечности современного моста. Следующим был временный мост, существовавший в 85–90 годы и начинавшийся у Пудинг-лейн. Третий, более долговечный мост был построен примерно в 100 году на месте первого моста; его деревянные пролеты покоились на более надежных каменных опорах. Дорога от моста шла по Фиш-стрит-хиллу и нынешней Грейсчерч-стрит к главному входу на большой лондонский форум. Простояв около 230 лет, этот мост в конце концов рухнул. В 290-е годы была отчеканена памятная медаль, изображавшая военный корабль на Темзе и башни с воротами по обе стороны моста. Знатоки римского Лондона полагают также, что на мосту было несколько святилищ или алтарей, где приносились ритуальные жертвы речным и морским богам. В Риме collegium pontifices (товарищество мостостроителей) каждый год в мае устраивало ритуальное шествие по мосту Сублиция, во время которого в Тибр бросались изображения. Вполне возможно, что подобные шествия двигались и по Лондонскому мосту.

Первый англосаксонский мост невозможно точно датировать. Самое раннее письменное упоминание о нем относится к 730 году, когда с него была брошена в реку “ведьма”. Сохранилась запись 994 года о длинном и низком деревянном мосте из толстых, грубо обтесанных деревянных досок, положенных на столбы; имелись и раздвижные платформы, позволявшие саксонским судам проплывать на запад. Мост якобы помешал датскому королю Свейну вторгнуться в глубь страны. Об истории моста на различных этапах его существования нет единого мнения. Одни историки Лондона утверждают, что его построили в конце X века, чтобы воспрепятствовать продвижению датчан вверх по Темзе. Другие считают, что мост был возведен группой священнослужителей из Саутуорка.

С определенностью мы можем сказать только, что это было довольно непрочное сооружение, застроенное по краям рядами грязных деревянных хижин. Он был достаточно широк, чтобы на нем могли разъехаться две повозки, – такой же ширины, иначе говоря, что и все главные лондонские улицы, – но теснота на нем, судя по всему, была великая. Бродячие торговцы и купцы раскладывали на нем свой товар, мешая проезду, превращая мост в один из лондонских рынков; заторы возникали также из-за скота, который гнали на продажу, и из-за скоплений повозок с фуражом. Мост часто упоминается в “Англосаксонской хронике”, и яркий рассказ о нем сохранился в сагах об Олафе Харальдсоне.