Пояс Ипполиты - Аркадий Крупняков

После бессонной ночи он уснул и проспал почти до полудня. Разбудила его Тира, тоже заспанная и растрепанная:

- Не мешало бы опохмелиться, милый мой кон. А бурдюки сухи.

- Пусть принесут полные. Иди под навес, я скоро буду.

Под навесом на воловьих шкурах сидела Атосса, по-скифски подобрав под себя ноги. Этой гостьи и подруги Тиры кон побаивался и не понимал. Агат был суеверен и подозревал, что эллинка волшебница. В прошлой беседе он заметил, что она предугадывала все его вопросы и отвечала на них до того, как он успевал их задавать. Ему и сегодня захотелось побеседовать с хитроумной гостьей, и он догнал Тиру и сказал ей тихо:

- Задержись в подвале, дай мне поговорить с твоей подругой. Очень нужно.

- Я не ревную, мой драгоценный, но предупреждаю...

- Шутки в сторону, Тира. Оставь нас вдвоем.

Он вошел под навес, сел напротив Атоссы:

- Хорошо ли ночевала, дорогая гостья? - спросил он, улыбаясь.- Не болела ли голова?

- Добрейший хозяин хочет спросить, не выпили ли мы лишнего на вчерашнем Совете? Не приняли ли мы скороспешных решений? Я отвечу - сомнения твои, великий кон, напрасны. Уж не думаешь ли ты...

- Не думаю. Но начинать большую войну, когда...

- Я знаю, что тебя беспокоит. Почему так долго не возвращается твой сын Агаэт?

- До вечера еще далеко. Я знаю - он поймал двух конокрадов.

- Они, я думаю, не украли ни одной вашей лошади. И не хочешь ли ты спросить, где твоя кона? Почему ее нет в стойбище? _

- Где же она?

- Она ускакала на скотный двор. Там воры угнали две сотни голов скота.

- Где ж были пастухи и загонщики? Я им поотрываю головы!

- И напрасно. Они с твоим сыном всю ночь торчали у конских табунов. Я так думаю.

- Ты ясновидящая? Вот привезет Агаэт конокрадов...

- Он их не привезет. Двое юношей, я думаю, удрали.

- Мой сын не разиня!

- Но он молод и влюбчив.

- При чем тут это?!

- А при том, что никаких юношей не было.

- А кто же пойман?

- Две хорошенькие девушки.

- Как они очутились в глухой степи?

- Ты слышал про амазонок?

- Откуда в наших степях амазонки?! В Тирамбо - иное дело.

Там их уже нет. Две тысячи лихих воительниц высадились на берегах Танаиса, как раз в середине твоих владений.

- Откуда ты знаешь это, уважаемая?

- Я только что видела Агаэта.

- Он возвратился?!

- Да. И на нем амазонские боевые штаны...

- У него не было своих штанов?

- Думаю, что были. Но он их снял, когда узнал, что...

- Не говори дальше. Эта хитрая баба надула его, как мальчишку!

- И правильно сделала.

- Где этот сосунок?! Я его выпорю принародно! Эй, кто там?

- Не спеши, мудрый кон. Ты осрамишь на всю степь влюбленного коноя. Как же ты тогда отдашь ему полцарства?

- Но так меня совсем оставят без табунов! Это же разорение!

Восклицания Агата были неуверенными - он вспомнил слова Атоссы на Совете о числе и воинственности амазонок, он понимал, если привлечь на свою сторону этих свирепых баб, то идти на Боспор можно смело. То, о чем кон еще не успел подумать, ему подсказала Атосса.

- Выслушай еще один мой совет, благочестивый Агат. Что бы там ни случилось на скотном дворе, не расспрашивай сына, не брани его. Придет время, и он, может быть, принесет тебе внука сильного, здорового, смелого.

- Ты знаешь, дорогая гостья, что они... поладили в прошлую ночь?

- Я знаю другое - амазонки не дарят штаны просто так.

Под навес вошла Тира - она была расстроена.

- Где ты была?-спросил Агат.- Что случилось? Ты плакала?

- Я виделась с Агаэтом. Он не захотел признать меня матерью.

- Стоит плакать из-за этого! - воскликнула Атосса.- Если столько лет ты не вспоминала о нем...

- Не переживай, милая Тира,- Агат взял царицу за руку, посадил рядом с собой.- В нем бушует обида. Потом он полюбит тебя. Ведь он наш сын, независимо от того...

- Вот он идет. Позови его, добрый кон.

- Эй, Агаэт! Иди сюда! Ты почему не спешишь поделиться со мной своими успехами?

- Я не хотел мешать вашей беседе. Да и какие у меня успехи.

- Откуда у тебя, дражайший коной, такие красивые штаны?- спросила, хитро прищурив глаза, Атосса.

- Это трофей,— пробормотал Агаэт и хотел отойти.

- Постой, погоди,- отец ухватил его руку - Насколько я понимаю — это женские штаны.

- Такие носят только амазонки,- добавила Атосса.- Не хочешь ли ты, мой юный друг, сказать, что их отдала тебе ой-ропата?

- У нас в степи об этом обычно не спрашивают. Я бы хотел поговорить с тобой наедине, отец.

- Пойдем, Атосса. Мы спустимся в подвал - там обещали нам дать вина.

Тира и Атосса отошли, Агат посадил сына рядом, спросил:

- Правда ли это? Женщины обычно знают, что говорят. Ты уснул там на скотном дворе, и девчонка улизнула в твоих штанах.

- Это неправда, отец. Я сам отпустил ее.

- Значит, вы спали вместе?

- Я очень люблю ее, отец.

- Почему же ты не показал ее мне?

- Ты бы убил ее, я знаю.

- Плохо знаешь, сын мой. Если она скоро будет матерью моего внука...

- Значит, ты не гневаешься на нас?!

- Она красивая? Сильная? Ловкая?

- Позволь, я поскачу туда?! Мы приедем, и ты увидишь сам! - Я выеду с рассвета.

- Не спеши. Ты же не вольный склот, чтобы красть женщин тайно. Ты коной всей пританаисской степи. Надо приготовить подарок.

- Я подарю ей лучшего коня!

- Да не ей, а царице. Отца и мать, я полагаю, амазонка не знает. Бери сотню молодых скифов, выберите в степи два самых больших табуна, и подари нашим соседкам. Тогда им не нужно будет красть чужих лошадей. Ты - царевич, и подарок должен быть царским. Выбери самых красивых скифов. Может, амазонки захотят породниться с нами. Иди.

* * *

Жизнь на новом месте налаживалась. Место решили начать Новая Фермоскира, но название это не нравилось. Молодые амазонки стали звать город Камышовой Фермоскирой, а попросту - Камыши. Они хоть и не привыкли к работе, но устраивали свою жизнь со старанием. Сделали жилье, навесы для сотенных конюшен, а скоро появились кони.