Роза и лилия - Жеральд Мессадье

Жанна сказала на исповеди лишь неизбежную, да и то тщательно приглаженную правду. Да, до недавнего времени она была девственницей, но месяца два назад стала жертвой насилия.

— Это не грех, дочь моя, если вы не получили удовольствия. А что, если ее заставили получать это самое удовольствие?

— Вам было приятно?

— Я совсем не могла сопротивляться.

— Это случилось с вами впервые?

— Да, отец мой, — не дрогнув, сказала Жанна.

Если бы она рассказала все как было, отец Мартино счел бы ее мало что уличной потаскушкой, но еще и матерью без мужа. Но он не стал расспрашивать дальше и прошелся по остальным смертным грехам. Нет, она не завистлива. Не чревоугодница. Не гневлива. Не желает добра ближнего. Она не убийца. Отец Мартино особенно упирал на сребролюбие.

— У меня почти ничего нет, — сказала Жанна, — я всего лишь несколько недель зарабатываю себе на жизнь.

— Не забывайте, дитя мое, что добрые дела зачтутся вам на небесах.

— Не забуду, отец мой.

Отец Мартино велел ей трижды прочитать «Pater», но Жанна не сумела вспомнить ничего кроме Pater Noster qui es in caelis.[19]

— Вы не хотите поговорить со мной, Жанна? — спросил священник.

Жанна кивнула. Священник пошел вперед, и вскоре они оказались на кладбище.

— Вы знаете отца ребенка, Жанна?

Он пристально смотрел на нее, но Жанна выдержала его взгляд, не покраснев.

— Какой-то незнакомец на улице Дез-Англэ. Было совсем темно.

— Что вы там делали в такой поздний час?

— Искала своего помощника, который отправился за припасами.

— Никогда больше не ходите туда вечером. У площади Мобер дурная слава.

Жанна опять кивнула.

— Есть ли человек, который настолько вас любит, что согласится взять в жены, прежде чем ваше положение станет заметно и разразится скандал?

Жанна подумала о Бартелеми. Захочет ли он жениться на ней?

Отец Мартино заметил, что Жанна колеблется.

— Жанна, — сказал он, — всем известно, что вы пользуетесь покровительством самого короля. Вы с ним встречались?

— Да, — осторожно ответила Жанна.

— Вы уверены, что отец ребенка не он?

Жанна улыбнулась:

— Простите меня, отец мой, но я не думаю, что он частенько прогуливается по улице Дез-Англэ. Да и сил у него на меня недостанет!

— Кроме Агнессы Сорель и короля, есть ли в королевском окружении человек, интересующийся вами настолько, что делает роскошные подарки, о которых знает весь квартал?

— Да, — ответила Жанна.

Отец Мартино вздохнул и поднял склоненную голову:

— Жанна, я говорю это ради вашего же блага. Вы пришли из вашей глухомани, не имея ни имущества, ни жизненного опыта. Искусная стряпня и хорошенькое личико открыли перед вами некоторые возможности — умейте же ими воспользоваться, иначе вся ваша жизнь превратится в цепь злоключений, из которых нечаянное материнство станет далеко не худшим. Помните, помните, Жанна, что на утехи в нашей жизни отведено гораздо меньше времени, чем на воспоминания и сожаления.

Жанна шла рядом со священником и, не зная, что последует дальше, настороженно поглядывала на него.

— Если этот человек согласится взять вас в жены, вы сможете не беспокоиться за свое будущее и будущее вашего ребенка. Вы прикоснетесь к источнику власти и сможете сделать немало добра.

Они остановились у старинной могилы с расколотым каменным надгробием.