Бабуля-суперопекун - Кейт Лонг

что без должной аккуратности получается какая-то лоскутная мозаика, живая изгородь из пушка. Поэтому, несмотря на боль, я взялась за дело и стала искоренять оставшиеся клочки волос. Их становилось все меньше и меньше, но приходилось использовать много полосок. В конце концов, я справилась. Одна нога была полностью очищена от волос. Потом я сообразила, что у меня кончились полосы.

По телику все это выглядело как сплошное удовольствие. Девушки модельной внешности вместе падали на кровать, смеясь и поглаживая ноги друг друга. Никто не кричал от боли, не стонал, не покрывался испариной и не писался от боли. «С течением времени процесс становится простым и безболезненным» — было написано в буклете. Я не могла поверить, что им разрешили это напечатать.

Я выругалась, потом перечитала инструкцию. Каждую полоску можно использовать до трех раз, говорилось в ней. Я проверила кучу выброшенных полосок, все они прилипли к ковру там, куда я их бросила, а те, которые попали в корзину для мусора, теперь были покрыты очистками от карандаша и конфетти от дырокола. Осталось не больше четырех неиспользованных полосок. Я взяла мусорную корзину и со злобой швырнула ее о стену. Сама виновата, что не смогла в этом разобраться.

В этот момент в дверь моей комнаты постучали.

— Убирайся! — заорала я, думая, что это Полл.

Дверь со скрипом отворилась, и Мэгги, просунув голову в проем, быстро огляделась вокруг.

— Извини, дорогая. Я просто решила проверить, все ли в порядке. Мне показалось, я услышала плач. А потом раздался этот глухой стук, и я подумала, что ты упала на пол или случилось что-нибудь еще. Но, слава богу, все в порядке. Извини, что побеспокоила.

Ну почему не она моя бабушка?

Когда я спустилась вниз, Мэгги и Полл готовились к прогулке. Мэгги осторожно убрала со стола мерзкого вида носовой платок и заменила его чистым из собственного кармана. Она кивнула мне, я подцепила платок кухонными щипцами и бросила в стиральную машину.

— Наконец-то, — сказала Полл, не сразу попав рукой в рукав своего плаща. — Мы вернемся около четырех. Пообедаем у «Работяг». Чем ты собираешься заняться?

— Не знаю, — сказала я, постукивая носком ноги по стиральной машине. Убирайся прочь и оставь меня в покое, хотелось мне крикнуть. — Может, пройдусь в библиотеку.

— Хорошо бы отмыть шкаф с чистящими средствами, если тебе больше нечем заняться, — сказала Полл, засовывая в сумку чистый носовой платок. Она повернулась к Мэгги. — У нас была протечка, представляешь?

— Ну, надо же, это все ваши трубы?

— Нет, одна из бутылок с моющей жидкостью. Она подтекала, а мы этого не замечали, пока все не вылилось. Я постоянно приходила сюда и нюхала. «Весенняя свежесть», но она так воняла! Потом Кэтрин пошла за хлоркой и увидела, что бутылка прилипла ко дну шкафа. Все это нужно хорошенько промыть.

— Значит, тогда мой день уже занят, — пробормотала я.

— Я помогу тебе, если ты подождешь нашего возвращения, — сказала Мэгги. — Можешь куда-нибудь пойти. В твоем возрасте не стоит торчать в четырех стенах. Пойди в библиотеку и развлекись. Ой, посмотри, у тебя пояс завернулся! Ты, должно быть, влюбилась.

— О, господи! — проворчала Полл. — Любовь! Скоро свиньи начнут летать. Мы идем или что?

Проходя мимо, Мэгги дружески щипнула меня за щеку.

— О, черт, — пробормотала я еле слышно.

После их ухода я выпустила Уинстона побродить в саду и решила слегка подкрасить губы. Было странное ощущение, будто я съела кремовое пирожное и не вытерла после этого рот, но я удержалась и не стерла помаду немедленно. Я причесала волосы и собрала их в низкий конский хвост. В последнюю минуту я заметила, что через колготки просвечивают мои пятнистые после эпиляции ноги. Пришлось переодеться в выходную блузку и брюки. Посмотрев на себя в зеркало, я подумала, что выгляжу очень даже неплохо. Эффект чуть не нарушила восковая полоска, прилипшая к брюкам, но вернувшийся Уинстон спас положение, решив ее съесть.

Придя в библиотеку, я увидела, что мисс Мегера и мисс Мышь растворились в воскресном притоке школьников. Кэллума нигде не было. Я перешла в секцию новых поступлений и только собиралась начать просматривать книги, как в отделе периодики увидела его. Он читал приложение к «Гардиан».

— Ты изменился, — сказала я.

— Ты тоже.

— Нет, я хочу сказать, что ты действительно выглядишь по-другому. Почему ты постригся?

Он сделал машинную стрижку, не ежик, но довольно короткую. На нем были темные очки в оправе и легкий цветной пиджак.

— Захотелось чего-то нового. И голове прохладнее. — Он провел рукой по своим коротким волосам.

— А очки?

— Надоели контактные линзы. Я к ним вернусь, конечно, когда надоест носить очки.

— Ты прямо как Шерлок Холмс, мастер менять внешность.

Он сделал вид, что рассматривает меня сквозь увеличительное стекло.

— Таинственный случай пропавшей матери. Куда отправилась Элизабет Кэсл после того, как исчезла из Бэнк Топ?

— Это не смешно.

— Извини. Эй, развеселись, я привез тебе кое-что! Тебе должно понравиться.

Он вытащил из-под стола рюкзак и раскрыл его.

— Вот, смотри. — Я увидела маленький бумажный пакет и коричневый конверт. — Сначала вот это; это и есть главный подарок. Их делает мамина подруга Шона. Она раньше жила на яхте во Франции, но кто-то хотел ее поджечь, и она вернулась домой.

Я раскрыла пакет и засунула руку. Мои пальцы нащупали что-то холодное. Оно скользнуло в ладонь, как монета.

— Оса?

— Да нет же, смотри лучше. Это эмалевая пчела. Можешь повесить ее на цепочку, если тебе не нравится ремешок.

Я пристально рассматривала изображение.

— Ты уверен, что это не оса? Она слишком тощая для пчелы.

Обратная сторона была из гладкого металла.

— Не тупи, это просто такой стиль. Кто делает осу украшением? Пчелы крутые, они производят мед и маточное молочко, опыляют фруктовые деревья. И они не жалят без причины. А осы — это совсем другое дело, они злые. Они живут в сараях и едят всякую гадость.

— Они не такие уж плохие. Я могу рассказать тебе что-то очень важное об осах.

— Что?

— Не сейчас. Позже. Может быть.

Кэллум почесал в затылке и искоса взглянул на меня.

— Ты сегодня очень загадочная.

Мимо прошла мисс Мегера и внимательно посмотрела на нас.

— Все в порядке?

Мы кивнули. Я показала ей кулон.

— Гмм, — сказала она, — обычная оса.

— О господи, это пчела! — засмеялся Кэллум.

— Форма не похожа, — сказала мисс Мегера. — Брюшко слишком узкое. А черные полосы слишком широкие.

— Ну, хорошо. Двое против одного. Конечно, я неправ.

Мисс Мегера бросила на него изучающий взгляд, потом ушла, чтобы заняться очередью у стола.