Монгол - Тейлор Колдуэлл

С той поры Джамуха избегал Темуджина по причине, которая ему самому была непонятна. Однажды он по обыкновению спокойно сидел у огня перед юртой сводных братьев. Они были молоды и очень веселы и вели себя, как молодые животные. Джамуха, от природы сдержанный и молчаливый, с удовольствием проводил с ними время. Он с ужасом начал понимать, что в натуре Темуджина присутствовали отвратительные и даже страшные черты, о которых он не подозревал прежде. Оказалось, что он совершенно не знал юношу с резкими жестами и бурной порывистой речью, и его волновали неясные высказывания друга о господстве и желании властвовать над людьми.

Внезапно он отвлекся от своих мыслей и увидел хитрого Бельгютея, который присел к их костру. Улыбнувшись Джамухе, быстро поймал малыша, младшего из его братьев, который в очередной раз едва не угодил в огонь, потом уселся поближе к костру, стал шутить с детьми, а те бурно радовались его шуткам. Джамуха, нахмурившись, наблюдал, как веселый Бельгютей играл с детьми. Ему даже показалось, что он в первый раз так внимательно рассматривает сводного брата Темуджина. Стройный и гибкий юнец с приятным лицом вел себя так, словно у него не было никаких врагов. Джамухе почему-то именно это казалось неприятным, однако он вынужден был признать, что так происходит из-за того, что Бельгютей никого не обижал, не был агрессивным, наглым и злым, а всегда не только с удовольствием шутил и смеялся, но и хорошо относился к людям. Тем не менее Джамуха продолжал сомневаться в его искренности, ведь приятное лицо часто скрывало злое сердце, а милые улыбки таили ужасное зло. Ему всегда казалось, что Бельгютей тщательно скрывает свои сокровенные мысли, правда, в его смехе никогда не таилась насмешка, но это еще ни о чем не говорило.

Мать Джамухи подошла к костру и принялась отчитывать младших ребятишек, они разбежались, а Джамуха и Бельгютей остались одни.

Джамуха презрительно подумал: «Он явился сюда неспроста!» Краешком глаза он заметил, что Бельгютей внимательно за ним наблюдает, а когда он прямо взглянул ему в лицо, тот расплылся в милой улыбочке. Джамуха не ответил ему улыбкой.

— Говорят, Темуджин собирается прибегнуть к помощи Тогрул-хана, — спокойно заметил Бельгютей.

— Кто знает! — холодно ответил Джамуха, пожав плечами.

Бельгютей продолжал смотреть на Джамуху, понимая, что ему не удалось его обмануть.

— Я всегда любил Темуджина, — честно заявил он, — и я всегда верил в его великую судьбу.

Почему-то эти слова разозлили Джамуху, и он нетерпеливо ответил:

— Какая судьба? Странно, что все пережевывают это слово, как верблюд жует колючки. Бельгютей, ты пришел сюда не для того, чтобы обсуждать будущее Темуджина!

Говоря это, он почувствовал тошноту, будто кто-то поймал его на предательстве.

— Ты прав, Джамуха, — рассмеялся Бельгютей. — Я не собираюсь обсуждать планы Темуджина. Меня сюда привели братские заботы. Прошлой ночью кто-то пытался отравить Бектора, моего брата.

Джамуха в ужасе уставился на Бельгютея.

— Темуджин никогда не станет травить Бектора! Ты просто дурак! Чтобы между ними ни было, все можно разрешить в открытом споре!

Ответив Бельгютею, он почувствовал, что ему стало совсем дурно, и подумал: «Откуда мне это известно? Я же совсем не знаю Темуджина!»

Спокойно пожав плечами, Бельгютей искренне проговорил:

— Я рад, что ты так считаешь, и мне сразу стало гораздо легче, потому что я люблю Бектора. Но как бы я тебе ни верил, мне ясно, что его пытались отравить. В последние дни у брата было плохое настроение, и он очень мало ел и, возможно, таким образом ему удалось уберечься от действия яда.

— Расскажи мне все! — разволновавшись, попросил Джамуха, у которого от ужаса похолодели губы.

Лицо Бельгютея потемнело, на мгновение он задумался, а потом сообщил:

— Прошлым вечером Бектор проходил мимо юрты Темуджина, а Борте готовила в котелке похлебку из мяса антилопы. Темуджин сидел и ел вместе с Кюреленом, как это часто бывало. Когда Борте увидела Бектора, она сделала вид, что очень ему обрадовалась, предложила ему поесть, даже называла его «брат». — Он замолчал и пристально уставился на притихшего Джамуху. — Она заявила Бектору, что ее злит то, что Темуджин очень хорошо относится к Кюрелену и что он часто оставляет ее одну. Мой брат такой простодушный, верит всему, и, если к нему обращаются как к другу, он жаждет ласки, как побитый пес. Несмотря на свой мрачный вид, он жаждет добра и мира. Внешность лишь отражает пустоту в его душе, а ему хочется, чтобы его полюбили, и своей резкостью скрывает одиночество и тоску. Людей, подобных Бектору, легко приручить к себе, но я знаю, если их обманывают, то их месть ужасна.

Он помолчал. Джамуха тоже ничего не говорил, между бровей у него пролегли глубокие морщины.

Бельгютей вздохнул.

— Бектор сидел и разговаривал с Борте и даже не осуждал ее за слишком свободный язык. Он был так одинок. Она положила еду себе и ему из одного котла, уговаривала его поесть. Но у него, как я сказал, было дурное настроение, поэтому он из уважения к хозяйке проглотил всего несколько кусочков, а потом покинул Борте. Он мне сказал, что в Борте было нечто, что внушало ему отвращение, хотя она на самом деле очень красивая.

Он подождал ответа, но Джамуха молчал, и Бельгютей, став еще печальнее, продолжил повествование:

— Бектор лег спать и вдруг проснулся от ужасной боли в животе, а потом позвал шамана. Когда пришел Кокчу, он закричал, что брата отравили. Он приготовил ему отвар и заставил его выпить. Бектора вырвало, и изо рта вылетали куски пищи, пропитанные кровью…

Джамуха застыл от ужаса и отвращения, а потом прерывистым голосом спросил:

— Но ты же сказал, что Борте сидела рядом с Бектором и ела из того же самого котелка?

Бельгютей кивнул.

— Правда. Я спрашивал об этом Бектора. Но женщина входила и выходила из юрты. Она приносила чаши, кумыс и жареное просо. У нее была возможность подмешать отраву к пище Бектора. Он вспомнил, что у пищи был какой-то странный привкус. А может быть, она заранее положила отраву в его чашку.

Джамуха наклонил голову и уставился на огонь.