Король-Лебедь - Юлия Андреева

Популярный писатель Леопо́льд фон За́хер-Мазо́х получал много писем от своих поклонников, поэтому он не придал особого значения письму, присланному из горной Баварии и подписанному невиданным ему маркизом Саверни. Следующее письмо от маркиза неожиданно пришло с почтовым штемпелем «Париж», а через неделю новое послание уже ехало к писателю из Барселоны.

Леопо́льд фон За́хер-Мазо́х отвечал формальными любезностями, и вскоре сам не заметил, как втянулся в переписку. С этого момента письма стали приходить с завидной регулярностью. Иногда писатель получал их с обыкновенной почтой, время от времени их доставляли специальные курьеры.

Любивший путешествовать За́хер-Мазо́х был потрясен возможностями неведомого маркиза, который, подобно бесплотному духу, мог вдруг оказываться в совершенно неожиданных местах, так, словно путешествовал по воздуху, не связываясь с таможенными неудобствами, проверками паспортов, очередями и багажом.

Какое–то время писатель был уверен, что его мистифицируют и на самом деле он переписывается с несколькими шутниками, живущими в разных странах и поддерживающими отношения между собой посредством телеграфа или семафорной почты. Но, внимательно изучив почерк писавшего, он пришел к выводу, что все письма составлены и написаны одним человеком. К тому же человеком, который действительно перемещался из страны в страну с какой–то невероятной по тем временам скоростью.

Идею о том, что неведомый ему шутник сначала написал огромное количество писем и затем роздал их своим друзьям с просьбой отсылать их в строго выбранное время, За́хер-Мазо́х отмел сразу же. Так как помимо чисто чувственного аспекта последних, в письмах господина Саверни нередко содержались ссылки на недавние события и газетные публикации, подделать которые не представлялось возможным.

Правда, странный маркиз активно путешествовал лишь полгода, после чего осел в верхней Баварии, откуда продолжал слать Леопо́льду фон За́хер-Мазо́ху письма, полные философских размышлений о том, что есть красота, и если принять гипотезу о том, что в страданиях душа совершенствуется, отчего же не в тех, которые описывает в своих рассказах Леопо́льд фон За́хер-Мазо́х.

Постепенно писатель начал догадываться, кто скрывается под именем маркиза Саверни, о чем и дал понять Людвигу. Тот пришел в восторг. Теперь он мог, наконец, раскрыться перед Леопо́льд фон За́хер-Мазо́х в своих сомнениях и мечтах.

Людвиг писал Леопо́льду об идее неограниченной королевской власти, ссылаясь на опыт восточных деспотов. В своих письмах он откровенно преклонялся перед султанами, которые могли посылать на гибель тысячи своих подданных. Он вспоминал о фараонах Египта, которые могли истребить четверть населения собственной страны во время постройки величественной пирамиды, славящей солнце. Построить гробницы и пирамиды с целью добиться бессмертия для себя одного, загубив тысячи и тысячи других.

Леопо́льд фон За́хер-Мазо́х поддерживал Людвига, говоря, что в нем он чувствует силу Атиллы, прекрасную жестокость русского царя Ивана Третьего и дух Марии Кровавой. Весной писатель собирался навестить своего нового друга в одном из его замков. Людвиг написал, что будет ждать приезда господина Леопо́льда фон За́хер-Мазо́х с нетерпением. Так как ему очень хочется пообщаться с ним приватно. Он предложил За́хер-Мазо́х оплатить его приезд и всю дорогу, с тем чтобы писателю было удобно и не очень утомительно совершать столь длительный переезд.

Выяснилось, между прочим, что к услугам Леопо́льда фон За́хер-Мазо́х Людвиг может предоставить маленькое судно, на котором обычно ходил сам, кроме этого, в случае если писатель предпочитает путешествовать по железной дороге, его ждет поезд, целый вагон в котором являлся собственностью короля Баварии. Людвиг печалился о том, что до сих пор не приобрел для своей страны и себя лично летательных аппаратов, посему не в состоянии предоставить Леопо́льду этого вида транспорта.

Впрочем, если уважаемый гссть пожелает, в Нойшванштайне имеется воздушный шар, на котором король и писатель смогут подняться на высоту птичьего полета, с тем чтобы обозреть оттуда красоты верхней Баварии.

Теперь, наконец, Леопо́льд фон За́хер-Мазо́х мог вздохнуть с облегчением. После того как Людвиг описал, каким образом он привык путешествовать, писатель уже не думал о мистификациях и розыгрыше с двойниками. Действительно, к чему королю стоять в очередях на многочисленных таможнях, когда он пересекает границы то на собственном корабле, то на поезде, то на машине.

После этого, желая еще больше расположить к себе Его величество, Леопо́льд фон За́хер-Мазо́х принялся расписывать ему свою новую, только еще готовившуюся книгу «Сад мучений», в которых излагал красоту пыток, приводя в изобилии их описание.

Король живо интересовался смертью под колоколом, снятием кожи и смертью от всевозможных наслаждений.

Казалось, что свидание должно было принести множество барышей Леопо́льду фон За́хер-Мазо́х, слышавшему о Людвиге как о самом щедром меценате своего времени. Спеша на встречу с королем, он уже возносился в мечтах на высоты, некогда занимаемые при баварском короле Вагнером.

Тем не менее, в своих письмах Леопо́льд фон За́хер-Мазо́х все чаще называл своим единственным желанием, с которым он связывал посещение Баварии, надежду получить новый импульс, новые впечатления, которые могут растормошить его, дав толчок для новой работы.