Англия. История страны - Кристофер Дэниел

К 1666 году эпидемия стала стихать, и тут разразился Великий пожар. Он начался в лавке булочника на Паддинглейн и быстро распространился по всему городу, который в то время представлял собой тесное скопление деревянных домов. Огонь бушевал трое суток, в некоторых районах земля настолько раскалилась, что и через две недели по ней невозможно было ходить. За восстановление города взялись практически сразу же, причем согласно королевскому повелению строили уже из камня. Большая заслуга в этом принадлежит Кристоферу Рену (1632–1723), известному топографу и архитектору. Главный его шедевр — новое здание собора Св. Павла — вырастало, будто птица Феникс из пепла. Это величественное, одухотворенное строение в классическом стиле стало чудом архитектуры своего века.

В том же 1665 году началась Вторая Голландская война, ставшая большим ударом для королевской казны. Денег катастрофически не хватало. Дошло до того, что в 1667 году весь английский флот пришлось поставить на прикол в устье Темзы. Прознавшие об этом голландцы воспользовались случаем и совершили дерзкую вылазку: спалили несколько кораблей, а один военный корабль с символичным названием «Король Карл» увели на буксире. Английские же моряки, в то время бунтовавшие по поводу невыплаты жалованья, спокойно наблюдали за этой картиной.

Католицизм и антикатолизцизм

В период между 1668 и 1681 годами вопросы религии неизменно оказывались в центре внимания всех политических группировок. Своей откровенной симпатией к католицизму Карл II умудрился восстановить против себя многих протестантов и членов англиканской церкви. Еще большее возмущение вызвали его переговоры с французским королем Людовиком XIV. В 1670 году в Дувре был подписан тайный англо-французский договор. В нем Карл II обязался «помириться с Римской католической церковью, как только это позволят государственные дела». За это французский король пообещал выплачивать Карлу ежегодный пенсион в сто пятьдесят тысяч фунтов и в случае необходимости прислать шесть тысяч человек — так сказать, чтобы облегчить переход в католичество для Карла и всей Англии. Естественно, этот пункт договора держался в секрете, но и без того хватало знаков — и весьма явных — свидетельствовавших о симпатии Карла к католицизму вообще и к католической Франции в частности. В 1670 году Людовик выделил английскому королю субсидию в триста семьдесят пять тысяч фунтов, а в 1672 году Карл издал «Декларацию веротерпимости», которая обеспечивала свободу совести католикам и нонконформистам. Два дня спустя Англия неожиданно объединилась с Францией и объявила войну протестантской Голландии.

Для защиты от захватчиков голландцы во главе со своим штатгальтером, принцем Вильгельмом Оранским, разрушили дамбы и затопили большую часть страны. Неудачный ход войны создал серьезные проблемы для Карла II, который, испытывая нехватку в средствах, вынужден был снова созвать парламент. Парламентарии, недовольные и устрашенные усилением позиций католицизма (и чересчур горячей дружбой с Францией), приняли в 1673 году «Акт о присяге». Согласно ему, каждый поступающий на государственную службу обязан был принести присягу по англиканскому обряду. Это означало, что католики и члены протестантских сект не могли попасть на службу в государственные учреждения. Даже родной брат короля (и, между прочим, наследник трона) Джеймс, герцог Йоркский вынужден был покинуть высокий пост лорда-адмирала, поскольку являлся католиком.

Пятью годами позже, в 1678 году, страну захлестнула новая волна антикатолической истерии. Протестантский священник по имени Тит Оутс пустил слух о якобы готовящемся насильственном переходе страны в католичество, для чего предполагалось ввести французские войска. Далее все развивалось по обычному сценарию: слухи расползались, обрастали новыми красочными подробностями. Стали поговаривать о заговоре с целью убить Карла и спалить парламент. Закончилось, как это водится, кровопролитием: возмущенные толпы выследили и прикончили нескольких католиков. Парламент пошел на поводу у общественного мнения и потребовал лишить наследных прав католика Джеймса Стюарта.

Яростное обсуждение данного вопроса привело к тому, что парламент разделился на две враждующие группировки — в исторической литературе это событие получило название «Кризис исключения». Те члены парламента, которые отстаивали права Джеймса — в большинстве своем англикане — стали называться тори (этим презрительным словечком в Ирландии называли грабителей и отщепенцев). Представители же оппозиции получили прозвище виги — видоизмененная бранная кличка «виггаморы», от шотландского «виггом» — «возчики», применявшаяся в Шотландии по отношению к непримиримым пресвитерианам в 40-х годах XVII века. Виги поддерживали претензии на трон незаконнорожденного сына Карла, протестанта по вероисповеданию герцога Монмута. Страсти настолько накалились, что того и гляди могла разразиться новая гражданская война. Но затем антикатолическое давление пошло на спад, и в 1681 году Карл рискнул созвать новый парламент — правда, в Оксфорде, подальше от лондонских протестантов. Преобладавшие в парламенте виги нисколько не сомневались, что Карл, желая получить очередную денежную дотацию, уступит их требованиям. Каково же было их разочарование, когда король попросту распустил вигский парламент. После этого Карл вступил в тайные переговоры с Людовиком XIV, который пообещал выплачивать значительные суммы на период бездействия протестантского парламента.

Распустив парламент, Карл направил все усилия на то, чтобы укрепить собственную власть. В 1683 году был раскрыт заговор, участники которого собирались умертвить короля и его брата на уединенной ферме Рай-Хаус в Хартфордшире. Получив такие козыри, Карл не замедлил ими воспользоваться: схватил и казнил своих главных противников. После чего смог вернуть Джеймса в Лондон и даже снова сделать его лордом-адмиралом. Теперь вопрос о престолонаследии не вызывал опасений у Карла, и последние годы жизни он провел в мире и покое: посещал скачки в Ньюмаркете, прогуливался по парку со своими любимыми спаниелями, которых вывез из Голландии. Скончался Карл II 2 февраля 1685 году в результате сердечного приступа.

Искусство и наука

Искусство времен Стюартов все больше отходило от религиозной тематики и поворачивалось в сторону современной светской жизни. В нем сказывалось рациональное начало, присущее классицизму. Великий архитектор и театральный художник Иниго Джонс (1573–1652), равно какигениальный творец архитектурных шедевров Христофер Рен, воссоздававший лицо Лондона после Великого пожара 1666 года, — оба они черпали вдохновение из классических римских образцов. То же самое можно сказать и о выдающихся живописцах Рубенсе (1577–1640) и Ван Дейке (1599–1641).

Драматургия после неподражаемых шекспировских трагедий явно угасала: в эпоху Якова I ее представляли «кровавые» пьесы Джона Вебстера (предположительно 1580–1634), где главной темой являлась родовая месть. В этом же ключе творили и его современники Томас Мидлтон (1580–1627) и Сирил Тернер (1575–1626). Затем последовал период полного застоя в середине XVII столетия. В период Реставрации наблюдалось некоторое оживление театральной жизни, впрочем, ставившиеся пьесы поражали своей напыщенностью и тривиальностью. Отметить, пожалуй, следует поэта и драматурга Бена Джонсона (1572–1637) и стихотворца Эндрью Марвелла — их, по крайней мере, характеризовал ясный и чистый слог. Больше повезло музыке: произведения композитора эпохи Реставрации Генри Перселла отличала неподдельная глубина.