Первые русские миноносцы - Рафаил Мельников

Номенклатуру для выбора составляли минные 56', 50' и 45' (с 15 футовой миной Уайтхеда) и паровые 40' и 34' катера. Выбор сделали в пользу двух 50' стальных минных и двух 34' стальных паровых катеров. Шагом вперед стало решение МТК по примеру американского флота применить электрические краны. Они были явно удобнее, чем традиционно применявшиеся стрелы и шлюпбалки. Журналом N 61 от 15 июля 1900 г. МТК пришлось "по местным условиям" согласиться 50' катера заменить 45'. Катера поручили строить Петербургскому порту, механизмы заказали рижскому заводу "Ланге и сын". Два 34' катера ГУКиС заказало Николаевскому судостроительному заводу.

По спецификации корпуса катеров изготовлялись из лучшей сименсмартеновской стали. Все пазы и стыки крепили двойными рядами заклепок. Весь корпус со шпангоутами гальванизировался внутри и снаружи. Толщина наружной обшивки составляла 2,38 мм, переборок — 1,59 мм, шпация — 406 мм. На шпангоутах NN 4 и 23 устанавливали пушки Готчкисса или метательные аппараты. Машина системы компаунд имела диаметры цилиндров 140 и 216 мм. Котел был огнетрубный цилиндрический.

По контракту от 24 апреля 1900 г. катера следовало сдать не позже 1 августа 1901 г., но завод, не имевший опыта катеростроения, опоздал на целый год. На испытательных пробегах на Буге 18 августа 1902 г. катера показали скорость 7,97 и 7,91 уз. За каждые недостающие 0,1 уз. завод уплатил штраф по 200 руб. Но оказалось, что вместо 7 и 10 т, предусмотренных журналом МТК N 1 от 12 января 1902 г., вес катеров составил 8,5 и 14 т. И никто этого почему-то не предвидел, никто об этом строителя не предупредил. Пришлось менять заказ на электродвигатели лебедок, данный ранее Русскому электротехническому обществу "Унион".

Явственно обнаруживавшаяся на рубеже XIX и XX вв. эклектичность взглядов на технику и тактику в русском кораблестроении и флоте проявляла себя и в пренебрежении к элементарным нормам защиты и безопасности кораблей.

Преобладание условий мирного времени, против чего столь настойчиво, но тщетно предостерегал С. О. Макаров, стало свершившимся фактом. Ибо как иначе объяснить ту странность, что, борясь против щитов у палубных орудий (они — де увеличивали шанс поражения прислуги осколками попавшего в щит снаряда), корабли продолжали загромождать многоярусными надстройками, мостиками, боевыми марсами и огромным множеством все более увеличивавшихся в размерах гребных шлюпок, паровых и минных катеров. Ведь для спасения людей, чем обычно оправдывали установку шлюпок, можно было применять уже созданные в то время складные парусиновые боты и шлюпки английской системы Чамберса и французской Бертона. Появились уже и жесткие компактные спасательные плоты Карлейля.

Выстрел метательной мины с катера броненосца "Император Николай I"

Высокомерно взирая на это нелепое "гражданское" новшество, военные моряки продолжали любовно лелеять свои блистающие лаком, краской и ослепительно надраенным медным убором катера. Иные командиры превращали свои катера в тщательно оберегаемые ценные игрушки и старались спускать их на воду лишь в случае особо исключительной необходимости. Так, судя по опубликованным письмам Ф. В. Дубасова, в 90 гг. прошлого века берег свои катера практически каждый командир.

И поколебать эту практику не могли такие прогрессивные решения, как замена дерева сталью, введение более строгих, чем в Европе правил испытания водонепроницаемых переборок, которые, заботясь о пожаробезопасности и непотопляемости кораблей и катеров, МТК принимал на рубеже веков. Но были усовершенствования и совершенно бесцельные. Отказавшись еще в 1891 г. на миноносках от шестовых мин, их упорно пытались сохранить на минных катерах.

Казалось бы, что введение скорострельных пушек и пулеметов уже исключало всякую возможность шестовых атак, но МТК продолжал изобретать для катеров некое "облегченное" шестовое вооружение, в котором заряд мины вместо прежних 60 фунтов составлял лишь 5 фунтов пироксилина (заряд мины Уайтхеда и мины заграждения составлял 4 и 3,5 пуда). В конечном счете в 1900 г. от шестовых мин отказались и на минных катерах, но зато взялись за разработку укороченных "катерных" мин Уайтхеда.

От освоенных трубчатых аппаратов чуть было не перешли к английским решеткам, взялись таки за освоение на подводных лодках столь же бесперспективных аппаратов Джевецкого. Отбросив свои, казалось бы, вполне отработанные типы, и без того уже достаточно крупные 50' и 34' катера повернули в сторону английских 56' и 40'.

Забыта была и имевшая под собой хоть какое-то обоснование крейсерская концепция, по которой корабельные "миноноски" признавались необходимыми только для больших океанских крейсеров. Теперь, поддавшись английскому примеру, огромные катера начали взгромождать и на борта броненосцев, предназначенных для эскадренных сражений. Именно эти типы катеров (по два каждого типа) и вписали в разработанные в марте 1898 г. "Программы для проектирования" броненосцев последней предвоенной программы.

Изначальную затесненность помещений этих кораблей с несоразмерно малым для их вооружения водоизмещением усугубило и размещение на них полного комплекта гребных шлюпок и катеров. Так "Цесаревич" вместе с четырьмя катерами (два минных 56' и два паровых 40') в соответствии с установленными нормами (приказ управляющего Морским министерством N 44 от 24 апреля 1885 г.) нес два рабочих 16-весельных катера длиной 36'6"(11,12 м), два легких 14-весельных катера длиной 34" (10,36 м), два 6-весельных вельбота длиной 28" (8,5 м), два 6-весельных яла длиной 20" (6,1 м).

В виде опыта уже перед войной с Японией заказали и несколько из числа начавших появляться первых спиртомоторных, газолиновых и бензомоторных катеров. В 1900 г. фирме Л. Нобеля в России был сделан запрос о том, в состоянии ли она двигатели Дизеля (с реверсом на валах) применить к движению гребных шлюпок. В качестве топлива предлагались пиронафт или нефтяные остатки (мазут). Скорость могла составлять 6–7 уз. Но к такому заказу фирма была еще не готова. Ее первое дизельное судно "Вандал" появилось на Волге только в 1904 г., и для реверса хода пользовались системой с электродвижением.

Пришлось ограничиться опытом применения уже освоенных на автомобилях первых бензиновых двигателей. В сентябре 1901 г. такой двигатель, изготовленный в Германии, позволил 14-весельному гребному катеру крейсера "Богатырь" достичь 7,5 уз. скорости. Докладывая о столь успешном испытании новинки, командир крейсера капитан 1 ранга Стемман подчеркивал очевидные преимущества компактности, легкости и удобства управления моторной шлюпкой. Было очевидно, что такие катера в ближайшее время вытеснят паровые. По примеру "Богатыря" (моторные двигатели также заказали в Германии) сделали катера на броненосец "Ретвизан" и крейсер "Олег".

Их опыт позволил дать заказы на первые моторные катера специальной постройки для броненосцев "Цесаревич", "Орел", "Слава". На крейсер "Баян" передали первый катер, заказанный для "Цесаревича". Но и здесь время было упущено: громоздкие паровые катера начали заменять моторными уже после русско-японской войны.