Военный врач. Хирургия на линии фронта - Дэвид Нотт

ПОДНЯВШИСЬ СО СВОЕГО СКОЛЬЗКОГО ПЛАСТИКОВОГО ЛОЖА, Я НАДЕЛ БОТИНКИ ДЛЯ ОПЕРАЦИЙ, КОТОРЫЕ К ЭТОМУ ВРЕМЕНИ БЫЛИ ПОКРЫТЫ ЗАСОХШЕЙ КРОВЬЮ, ЧАСТЕНЬКО ЗАЛИВАВШЕЙ ПОЛ.

Когда я добрался до операционной, Абу Абдулла объяснил, что у пациента правостороннее ранение в грудь – его подстрелили в спину чуть ниже лопатки. Какое-то время мы обсуждали, расположить ли пациента как на распятии для выполнения процедуры под названием «раскладушка», когда грудная клетка вскрывается с обеих сторон и открывается подобно капоту машины, или же положить его на бок и прооперировать лишь правую сторону грудной клетки.

Абу Абдулла хотел положить его на бок, чтобы я заодно научил его заднебоковой торакотомии. Эта процедура не входит в стандартное обучение в травматологии, но я решил, что при необходимости мы сможем без труда переложить пациента на спину и продолжить вскрытие грудной клетки.

Кожа под густой бородой пациента была чрезвычайно бледной – он быстро терял кровь. Анестезиолог ввел его в наркоз и даже вставил трубку с двойным просветом, чтобы мы могли сдуть одно легкое, вентилируя при этом другое, – настолько хороши были здешние молодые анестезиологи. Мы положили раненого на левый бок, вымыли и обложили простынями. Я встал перед пациентом вместе с Аммаром. Я передал скальпель Абу Абдулле и показал, где сделать разрез – начиная с груди, чуть ниже правого соска, вокруг тела, через лопатку и до самой спины.

К этому времени восточная часть города была практически полностью окружена правительственными войсками. Несмотря на это, Городскому медицинскому совету Алеппо до сих пор удавалось тайком провозить медикаменты – как правило, на задних сиденьях мотоциклов, которые были достаточно быстрыми и проворными. Нам только что доставили аппарат под названием «диатермический нож», который был пристегнут сзади к одному из таких мотоциклов, словно пицца на доставку, и с помощью него мы принялись резать фасцию и мышцы, пока не добрались до ребер. Я сказал Абу, чтобы он разрезал шестое ребро и раздвинул ткани в стороны, чтобы открыть доступ к легкому.

Как только он это сделал, из грудной полости хлынула кровь. Я попросил анестезиолога уменьшить поток воздуха в легкие, чтобы мы могли разглядеть, что происходит. Отделив нижнюю легочную связку, мы увидели, что нижняя правая доля легкого была полностью разрушена, а из легочной вены обильно текла кровь.