Мифы и легенды Ирака - Е. С. Стивенс

Пока друзья находились рядом, Бунайя был весел и доволен. Но как он мог себя чувствовать, когда они уехали? Некоторое время занимало чтение книг. Езда верхом и охота его не увлекали. Не было кинотеатров, кафе, интересных собеседников. Он оказался в окружении необразованных кочевников, которые ничего не знали из того, чему его научили книги. Бунайя видел в них животных – диких и неотесанных. Мать и другие женщины воспринимались и того хуже. Они были еще более невежественны, чем мужчины, отличались неопрятностью и тупостью. Обстановка удручала юношу все больше и больше, он рвался в Стамбул.

Отец чувствовал настроения сына, и они печалили его. Он думал над тем, что можно сделать, чтобы удержать сына возле себя. Однажды позвал его и сказал:

– Сынок, я стар и хотел бы, чтобы ты женился. Хотел бы я увидеть твоего собственного сына.

– Я еще молод, – ответил Бунайя, – и не хочу жениться.

– Но боюсь, я умру и не увижу моего внука. Женись, порадуй мою душу!

– Кого я могу здесь взять в жены? – задал вопрос Бунайя. – Позволь мне вернуться в Стамбул, там я найду подходящую девушку.

– Это невозможно, пока ты одной с нами крови, – возразил отец. – Сначала возьми в жены соплеменницу, которая родит тебе сына. Потом можешь жениться на турчанке, француженке и на ком угодно.

Они продолжили разговор, юноша сердился, но в конце концов принял доводы отца. Бунайя согласился жениться при условии, что сможет посетить Стамбул в следующем году.

Его отец, шейх, стал наводить справки среди соплеменников относительно невесты. Он хотел найти девушку, отличавшуюся от других красотой и умом, с тем, чтобы сын влюбился в нее и ради нее остался бы в племени. На запросы ему ответили:

– У вашего кузена Ибрагима Бени имеется дочь и семь сыновей. Он очень любит ее, она для него – свет очей. Отец любит ее больше жизни. Девушка красива, и по уму ей нет равных. Она грамотна, читает Коран и может играть на лютне.

Отца Бунайи обрадовало то, что он услышал. Он послал за кузеном, попросил для сына руки его дочери, и тот согласился выдать ее замуж.

В назначенный день привезли невесту. Ее сопровождала большая кавалькада из родственников и слуг. Сама же невеста восседала в балдахине^[68] на верблюде. С радостными возгласами ее отвели в шатер невесты, который, по обычаю, располагается в стороне от других шатров. Невесту выкупали, помыли ей волосы и смазали их прокипяченным, процеженным маслом. Далее в волосы втерли рашуш^[69]. Ее руки и ноги покрыли хной, на голову надели вышитый золотом убор, в косы вплели бусы и ленты с золотым орнаментом, девушку украсили драгоценными камнями, жемчугом, на шею ей повесили ожерелье и цепочки из литого золота, ниспадающие на грудь. Пальцы ног невесты унизали ножными кольцами, одежду окропили душистым розовым и жасминным маслами. Аба невесты была украшена вышитыми узорами, верхнее платье сделано из шелка, а сорочка – из прекрасного полотна. Словом, невеста была прекрасна, и было ей всего двенадцать лет.

Но Бунайя оставался печальным и хмурым.

– Эти бедуинские женщины, – говорил он, – животные! Они грязные, вшивые, берут руками рис, который застревает в их кольцах…

Только из-за того, что отец настаивал, Бунайя согласился жениться. Когда же его привели к невесте, юноша даже не взглянул на нее.

– Он стесняется нас, – решили шафера и оставили его с невестой наедине, поскольку он потребовал от них этого.

Невеста сидела на одной подстилке, он сел на другую, не проронив ни слова и дымя сигаретой. Юноша был одет во французский костюм, но на голове его была феска. Притом что он надел пиджак и брюки, рубашку и галстук, его заставили нацепить красивый кинжал^[70] с рукояткой, украшенной бирюзой, для отпугивания джиннов. Так они и сидели один возле другого, не проронив ни слова. Наконец, он погасил фонарь и лег спать на подстилке, на которой сидел. Невеста, которую звали Май, полюбила юношу с первого взгляда. Она дождалась, когда жених заснет, а затем позвала старуху из своего семейства, которая стояла у входа в шатер. Они поговорил друг с другом, и старуха посоветовала невесте намазать платок^[71] голубиной кровью. Девушка согласилась со старухой, что так будет лучше. Меньше будет разговоров. А в способности старухи хранить тайну она была уверена.

Бунайя поднялся с постели рано утром и ушел. Потом к Май пришли родственники мужа и спросили:

– Получили взаимное удовольствие?

Она ответила:

– Получили. – Перед ними девушка старалась казаться счастливой, но в ее душе жила тревога. «Может, все случится сегодня вечером?» – подумала она.

Но и вечером произошло то же самое. Юноша пришел, закурил, почитал немного книгу и лег спать. На несчастную Май он даже не взглянул! «Если отец и братья узнают, что он пренебрегает мной, они очень рассердятся и потребуют развода, – подумала она. – Лучше я им ничего не скажу. Может, со временем он меня полюбит».

Сестры Бунайи часто общались с Май. Она вела себя так, будто счастлива, лишь бы они не догадались о подлинной ситуации. Она смеялась и давала утвердительные ответы на вопросы: «Ты находишь его милым? Ты его любишь?» Об их реальных отношениях не знал никто. Когда же видели, что Бунайя не подходит к девушке при посторонних и не смотрит на нее, то думали: «Возможно, в Стамбуле считается неприличным для жениха смотреть на невесту или говорить с ней в присутствии других людей».

Так продолжалось три месяца. Затем юноша сказал отцу:

– Я хочу съездить в Стамбул и скоро вернусь обратно.

– А Май? – спросил отец.

– Пусть она на это время вернется в свою семью, – пожелал Бунайя.

Отец опечалился:

– Твоя жена еще даже не забеременела, как ты можешь ее покинуть?

– Она еще очень юная, – ответил он, – а я скоро вернусь.

Бунайя отправился в Стамбул и остался там на два года. Отец посылал ему каждый месяц деньги и диктовал мулле письма для сына с просьбой вернуться. Но Бунайя не хотел уезжать из Стамбула. Однако, по истечении двух лет, в начале весны он уступил просьбам отца и отправился домой, захватив с собой десять друзей. Как и раньше, они повезли с собой свои палатки, ковры, походные кровати, консервы, повара и слуг. Отец Бунайи был богат и не ограничивал сына в деньгах.