Маршал Советского Союза - Дмитрий Язов

Омские зимы по сравнению с даурскими вроде оттепели. Однажды ночью, возвращаясь из Забайкальска, мы с начальником политотдела морозной ночью оказались в степи – сломалась машина. Евсей Павлович побежал в Даурию, до которой было 12 километров, в сапогах, мы же с водителем остались. Сначала жгли тряпки с маслом, дошла очередь до запасного колеса, и лишь под утро за нами пришла машина. Для меня это был урок, с радикулитом я слег в госпиталь, но 23 февраля я был снова в строю.

К тому времени в Забайкальском военном округе насчитывалось восемь дивизий и только одно корпусное управление, включавшее три дивизии, пятью управлял непосредственно командующий войсками округа, он и подготовил в начале марта учение.

Еще утром началась пурга. Снег слепил глаза, не видно ни зги, и все же в назначенный час дивизия атаковала «противника», успешно развивая наступление в глубину его обороны.

Впервые Петр Алексеевич отметил: «Молодцы!» Затем мы перешли к обороне достигнутых рубежей, на нас наступала дивизия под командованием генерал-майора Якова Анисимовича Гугняка.

Разбор учения состоялся в Даурии в Доме офицеров. Командующий в целом дал высокую оценку действиям обеих дивизий. Меня поздравил с присвоением воинского звания генерал-майора.

Вскоре в округ прибыл министр вооруженных сил Монголии генерал-полковник Ж. Лхагвасурен. Петр Алексеевич предупредил: «Завтра вылетаем в Даурию».

Больше всего монгольского министра заинтересовала боевая история соединения. В 1942 году был сформирован под Москвой 5-й танковый корпус, который и принял боевое крещение в Сталинградской битве. Первый командир корпуса – генерал-майор А.Г. Кравченко. Это под его командованием корпус получил гвардейское знамя и наименование «Сталинградский». В последующих боях 5-й гвардейский танковый корпус участвует в освобождении Киева и получает наименование «Сталинградско-Киевский».

Лхагвасурен поинтересовался: «Это тот самый 5-й гвардейский танковый корпус, который входил в состав 6-й гвардейской танковой армии? И командовал этой гвардейской танковой армией генерал-полковник А.Г. Кравченко, теперь уже дважды Герой Советского Союза?» Мы ответили утвердительно. Мы знали, что Ж. Лхагвасурен был заместителем командующего конно-механизированной группой генерал-полковника И.А. Плиева. Это под их командованием кавалеристы проводили по 18 часов в седлах. Об отдыхе и не мечтали, надо было взять город Жэхэ. И взяли!

За эту операцию Герой Советского Союза И.А. Плиев был удостоен второй медали Золотая Звезда, а его заместителя – генерал-лейтенанта Ж. Лхагвасурена наградили орденом Суворова II степени.

Вечером гости улетели, и где-то часа через два позвонил командующий: «Есть предложение сборы руководящего состава округа провести на базе подчиненной вам дивизии, завтра прилетит генерал Н.П. Чунихин с расписанием сборов».

Основную нагрузку возложили на 3 82-й гвардейский мотострелковый полк, которым командовал подполковник Борис Никифорович Гормылев. И в округе, и в дивизии этот полк называли «порт-артурский» – он имел это почетное наименование за овладение городом Порт-Артур 23 августа 1945 года.

Весна… Сопки зазеленели, городок выглядел нарядно. Из Читы прибыл железнодорожный состав из мягких купейных вагонов – гостиница на колесах для 500 офицеров – командиров полков, дивизий, управления корпуса и округа.

Занятия прошли интересно. Петр Алексеевич, обычно их комментируя, заканчивал фразой: «Пригодится в бою. Одобряю!»

…Жизнь шла своим чередом. Вспоминаю, как однажды на одном из полковых тактических учений солдат подобрал брошенную матерью только что народившуюся козочку. Пришлось поставить ее на довольствие. Соорудили бутылочку с соской, развели сгущенку, и козочка с удовольствием стала попивать молочко, греясь на моем полушубке. Возвратившись в Даурию, козочку передали опекать Леночке. Назвала ее Ладушкой. Она как собачка бегала за ней, разгуливала по городку, сама поднималась на третий этаж.

Затем решили отдать козочку в отару бурятам. Отвезли в совхоз «Красный великан». Недели через две решили навестить Ладушку. Девочка, дочь чабана, встретила нас и говорит: «Лэна, это не Ладушка, а Орлик». Такими мы оказались плохими знатоками животного мира. И все же на зов Орлик, теперь уже козел, не отзывался, а когда Лена назвала его Ладушкой, он подбежал и потребовал угощения.

Летом 1969 года министр обороны Маршал Советского Союза A.A. Гречко проводил в Дальневосточном регионе крупные стратегические учения с участием штабов и войск Дальневосточного, Забайкальского, Сибирского и Среднеазиатского военных округов.

После известных событий на острове Даманский совершенно иначе оценивалась военно-политическая ситуация на Дальнем Востоке. Все внимание было приковано к Китаю, к тому времени он создал ударные группировки войск на советско-китайской границе. Поэтому в ходе учений мы отрабатывали вопросы прикрытия государственной границы наличными силами и средствами, а также с подачей резервов из глубины страны. Тогда-то в нашей дивизии и побывали главнокомандующий Сухопутными войсками генерал армии И.Г. Павловский и начальник Тыла генерал армии С.С. Моряхин.

Иван Григорьевич Павловский – дальневосточник, он был в курсе всех новаций в Забайкальском военном округе.

Когда мы ехали в Шахалинор, где дислоцировался пулеметно-артиллерийский батальон 19-го укрепленного района, Иван Григорьевич интересовался всеми достопримечательностями. Заметив у переезда крест, он спросил: «А ну-ка, Язов, рассказывай, какому вы Богу молитесь и почему без меня?» Пришлось рассказать: «Это памятник австро-венгерским солдатам, а слева от креста – долина, где Семенов приказал расстрелять солдат, отказавшихся покинуть родные земли».

Степь выцвела. Ржаво-белесая трава лежала под ногами, а еще недавно, месяц назад, она цвела огненными саранпами, желтыми лилиями и алыми маками. Китайская тема не отпускала нас. Вспомнили март 1969 года, бывшая граница мира превратилась в границу войны. А еще раньше, в 1929 году, Чан Кайши задумал захватить КВЖД. Войска Чан Кайши насчитывали около трехсот тысяч человек с орудиями, пулеметами, самолетами. Был даже бронепоезд.

По решению Советского правительства командующий Особой дальневосточной армией В.К. Блюхер разработал операцию по разгрому войск гоминьдановского маршала Чонан Сюэ Ляна, приготовившегося совершить молниеносный поход к Байкалу, чтобы отрезать Дальний Восток от страны.

И тогда В.К. Блюхер решил нанести упреждающие удары. Операция началась 17 ноября одновременно ударами на забайкальском и приморском направлениях. На забайкальском направлении действовало две дивизии: 35-я и 36-я, а также Кубанская кавалерийская бригада К.К. Рокоссовского.

Уже 20 ноября В.К. Блюхер доложил правительству: «Противник разгромлен и беспорядочно отступает. Взято свыше 8 тысяч пленных, захвачен и командующий Северо-западным фронтом генерал Лян Чжунцзян со своим штабом».

– Я вспомнил о тех боях, – подытожил Павловский – потому, что на сопках Маньчжурии родился не только красивейший вальс, здесь получили закалку будущие герои Великой Отечественной войны: прежде всего К.К. Рокоссовский, П.К. Кошевой, А.П. Белобородов, И.И. Федюнинский, Г.И. Хетагуров, Н.Э. Берзарин и многие другие. Особая Дальневосточная армия была за эту операцию награждена орденом Красного Знамени, а В.К. Блюхеру вручили пятый орден Красного Знамени.