Венская рапсодия - Юлия Дростен

Женщины с облегчением выдохнули. Многим из них приходилось самим содержать семьи, потому что мужчины ушли на войну.

На третий день после объявления войны незадолго до закрытия магазина перед модным салоном раздался крик:

— Покончим с французским отребьем! Раскроим всем проклятым французам черепа!

Раздался оглушительный звон, витрина рассыпалась, и в магазин влетели два камня размером с кулак. Один из них едва не задел Фанни, как раз менявшую композицию в окне. Девушка закричала и бросилась на пол, прикрыв голову руками. Осколок стекла воткнулся ей в тыльную сторону ладони.

В салоне началась паника. Посетительницы и продавщицы спрятались за прилавок, но камни больше не летели. Фании осторожно поднялась и осмотрелась. Прохожие на улице Грабен замерли, отчасти с любопытством, отчасти в ужасе глядя на магазин.

— Вы видели, кто это был? И куда он побежал? — спросила Фанни, колени у которой дрожали. Но зеваки лишь пожимали плечами и спешили дальше по своим делам.

— Ну что же вы за люди такие! — кричала девушка им вслед. На плечо ей опустилась чья-то ладонь.

— Не стоит, мадемуазель Шиндлер, — сказала мадам. Покажите лучше вашу руку. Мне кажется, вы ранены.

Только после ее слов Фанни ощутила сильную боль. Она посмотрела на правую руку и увидела, как по пальцам струится кровь.

— Иисус и Мария, я этого вовсе не заметила!

— Выглядит страшно, но, думаю, рана неглубокая, — заявила мадам. — Пойдемте наверх. Я продезинфицирую и перевяжу вам руку.

— Позже. — Фанни достала из кармана юбки платок и обернула вокруг руки. — Сначала нужно сообщить о случившемся полиции!

— Вы же не думаете, что венскую полицию заинтересует разбитая витрина в магазине представительницы вражеской страны? — с иронией спросила мадам.

— Тогда я пойду в полицию одна, — сказала Фанни. — Вы можете описать преступника?

Француженка покачала головой:

— К сожалению, нет. Когда это произошло, я убирала рулон ткани и стояла спиной к окну.

— Тогда давайте опросим остальных, — предложила Фанни. Однако быстро выяснилось, что всех присутствующих преступление застало врасплох и никто ничего толком не видел.

После случившегося покупательницы поспешили покинуть магазин. Больше в тот день никто не приходил. Разбитая витрина с остатками стекол в раме отпугивала людей.

Сотрудницы вместе с мадам убрали товары из витрин и со стеллажа в подвал за железную дверь, чтобы уберечь имущество от кражи. После этого Сара Моро сердечно поблагодарила всех и попросила на следующий день явиться на работу как обычно. Подавленные и обеспокоенные женщины разошлись по домам.

Когда утром Фанни вошла в торговый зал, двое мастеровых вынимали из рамы остатки стекол, чтобы забить витрину досками. Покупательниц в магазине не было. Продавщицы возвращали на место убранные накануне вещи. Поднимаясь на лифте на последний этаж, Фанни думала о том, в самом ли деле мадам удастся держать салон мод открытым, как она планировала. По пути к швейной мастерской ее остановила мастерица Эльфри-да Шуберт:

— Мы обе должны немедленно явиться в кабинет мадам.

— Вы знаете, в чем дело? — спросила Фанни, когда женщина постучала в дверь.

— Она не сказала, но, кажется, что-то важное, — ответила Эльфрида.

Фанни следом за мастерицей вошла в бюро. Мадам с пожилым господином в черном костюме сидела за столиком. В правой руке она держала сигарету и, как всегда, выглядела безупречно с вишневыми губами и аккуратной короткой стрижкой.

«Как будто бы вчера ничего не произошло», — с удивлением подумала Фании.

Мадам поприветствовала обеих сотрудниц и попросила их сесть. Затем она указала на пожилого господина:

— Хочу представить вам моего поверенного, доктора Штрассера. Я пригласила вас, потому что вчерашний день принес мне очередные неприятности. — Сара Моро потушила сигарету в пепельнице и продолжила: — Придя домой, я узнала еще одну новость. Сегодня ровно в полдень мне приказано явиться в полицию.

— Приказано? — Фанни наморщила лоб.

— Это из-за вчерашнего преступления? — спросила Эльфрида Шуберт.

Мадам покачала головой и посмотрела на доктора Штрассера. Адвокат поправил очки и откашлялся.

— Речь идет о статусе мадам Моро как гражданки враждебного государства и ее дальнейшем пребывании в нашей стране.

— Мадам хотят выгнать? — спросила потрясенная Фанни.

— Скорее наоборот, — ответил доктор Штрас-сер. — Наше правительство начало интернировать так называемых граждан враждебных государств. С самого объявления войны Сербии правительство реквизирует пустующие здания, в первую очередь в регионе Вальд-фиртель. Многие сербы уже интернированы и находятся в приемнике в Дрозендорфе. Теперь пришла очередь англичан и французов. Их должны отправить в замок Карл-штейн на реке Тайя.

— Вас хотят посадить в тюрьму, как беглого вора? — возмутилась Фанни.

Эльфрида Шуберт озабоченно спросила:

— Что с вами станется, мадам?

— Жилищные условия там, конечно, не роскошные, но лучше, чем в тюрьме, — сказал доктор Штрассер Фании. — Кроме того, я немедленно буду хлопотать о замене интернирования на ограничение местопребывания Веной. В таком случае мадам сможет и дальше заниматься салоном. Приведут ли мои усилия к результату, к сожалению, неизвестно.

— Что такое ограничение местопребывания? — спросила Эльфрида Шуберт.

— В подобном случае человек имеет право жить в частной квартире и свободно перемещаться по выбранной территории. Конечно, эта привилегия доступна только тем, кого не подозревают в возможном бегстве и у кого достаточно денег на жилье. — Доктор Штрассер вынул из жилетного кармана часы и посмотрел на них. — Нам пора перейти к делу. — Он достал из стоявшего на стуле портфеля кожаную папку и раскрыл ее.

— Monsieur, ип instant, s’il vous plait![58] — Мадам посмотрела на Фанни и мастерицу. — Я обращаюсь к вам обеим с особенной просьбой, поскольку верю в то, что вы справитесь с такой сложной задачей в нынешнее непростое время.

Фанни и госпожа Шуберт кивнули, и француженка продолжила:

— На время моего отсутствия я доверяю вам дом мод и всех моих подчиненных. Я знаю, что прошу многого, но мне бы хотелось, чтобы салон «Сара Моро кутюр» оставался открытым при любых обстоятельствах. Пока что у нас достаточно заказов, но так будет недолго. Оплаченные поставки не приходят, сделанные заказы отменяются. Вам придется тщательно планировать работу и задествовать опыт и фантазию, чтобы находить средства к существованию.

— Разумеется! — воскликнула Фанни. Эльфрида Шуберт с готовностью кивнула.

Мадам коротко улыбнулась и пожала руку сначала мастерице, а потом Фанни.

— Merci. Merci beaucoup![59] У меня гора свалилась с плеч. — С видимым облегчением она обратилась к адвокату: — Пожалуйста, продолжайте, доктор Штрассер.

Адвокат достал из папки бумаги и протянул их Фанни:

— По желанию мадам Моро я составил документ, согласно которому вы, барышня Шиндлер, получаете доверенность на салон мод. Это означает,