Хазары - Владимир Ключников

Остров, где жил царь, был невелик по сравнению с другими двумя районами Итиля^{604} — они, по сообщениям арабских авторов, представляли собой как бы отдельные города, каждый из которых носил свое имя. Испано-арабский географ XI века ал-Бекри писал: «…Ал-Хазар есть имя этой страны, а главный город их состоит из двух частей: на восточном и западном берегах реки Итиля. Это — река, которая к ним течет от Русов и впадает в море Хазарское. И из этих двух городов один называется Бариш, а другой Хтслг. Больший из них западный. И окружает оба города стена и они имеют четыре ворота. Они (жители) имеют бани, рынки, мечети, имамов (настоятелей при молитве) и муэдзинов (призывающих к молитве). Большинство Хазар мусульмане и христиане. И есть между ними идолопоклонники. И самый немногочисленный класс у них Евреи. Царь их исповедует еврейскую религию. Жилище его — дворец, далеко от реки»^{605}.

Вероятно, некоторые народности предпочитали селиться в Итиле компактно. Масуди сообщает, что славяне и русы жили в «одной из двух частей города»^{606}. Мусульмане населяли, по словам Гардизи, оба города^{607}.

Ибн Хаукаль писал об Итиле: «Жилища хазар похожи на палатки, но из дерева и войлока, кроме некоторых зданий, построенных из глины. У них есть рынки и бани, и среди жителей много мусульман. Говорят, что из них более 10 000 мусульман, и у них около тридцати мечетей»^{608}.

Казалось бы, самым достоверным рассказом о хазарской столице можно считать письмо Иосифа — ведь он сам жил в этом городе, в отличие от арабских авторов, многие из которых описывали его с чужих слов или копировали (часто с ошибками) тексты своих предшественников. Однако царь, судя по всему, решил поразить испанских единоверцев величием собственной столицы, и приведенные им размеры районов города носят совершенно фантастический характер. Иосиф пишет:

«Ты еще спрашивал меня о моем местожительстве. Знай, что я живу у этой реки, с помощью всемогущего, и на ней находятся три города. В одном (из них) живет царица (имеется в виду царица-мать. — Авт.); это город, в котором я родился. Он велик, имеет 50 на 50 фарсахов в длину (и ширину), описывает окружность, расположен в форме круга. Во втором городе живут иудеи, христиане и исмаильтяне и, помимо этих (людей), рабы из всяких народов. Он средней величины, имеет в длину и ширину 8 на 8 фарсахов. В третьем городе живу я (сам), мои князья, рабы и служители и приближенные ко мне виночерпии. Он расположен в форме круга, имеет в длину и ширину 3 на 3 фарсаха. Между этими стенами тянется река»^{609}.

В том, что касается описания жителей каждого из районов Итиля, царь, надо полагать, прав. Что же касается размеров, то фарсах, по разным данным, мог равняться от 5 до 13 километрам^{610}, и даже по самым минимальным подсчетам одна только часть города, где имела резиденцию царица, получается гораздо больше любого современного мегаполиса. Существует мнение, что царь имел в виду не 50 на 50 фарсахов, а 50 квадратных фарсахов^{611}, но даже и в этом случае он явно польстил своей столице. Вероятно, гораздо более реалистично подошел к этому вопросу Ибн Хаукаль, который, описывая районы города, сообщил: «Величина обеих частей в длину около фарсаха…»^{612}

Жившие в Итиле хазары проводили в столице только зиму. Весной они отправлялись на свои земельные участки, а царь, повинуясь традициям предков-кочевников, совершал объезд своих владений. Иосиф писал:

«С месяца Нисана мы выходим из города и идем каждый к своему винограднику и своему полю и к своей (полевой) работе. Каждый из (наших) родов имеет еще (наследственное) владение (полученное от) своих предков, место, где они располагаются; они отправляются (туда) и располагаются в его пределах. А я, мои князья и рабы идем и передвигаемся на протяжение 20 фарсахов пути, пока не доходим до большой реки, называемой В-д-шан, и оттуда идем вокруг (нашей страны), пока не придем к концу (нашего) города без боязни и страха; в конце месяца Кислева, во дни (праздника) Ханукки, мы приходим в (наш) город»^{613}.

Месяцы еврейского календаря в разные годы по-разному соотносятся с месяцами календаря григорианского, но все же Нисан обычно приходится на промежуток между мартом и маем, а Кислев — на ноябрь — декабрь. Таким образом, хазарский царь находился в пути большую часть года, около девяти месяцев.

Что же касается жителей Итиля, которые тоже проводили это время за городом, то они занимались хлебопашеством, садоводством, виноградарством, разводили пчел и ловили рыбу. Иосиф упоминает принадлежащие ему виноградники. Гардизи пишет: «Во владениях хазар много пашен и садов, много [всякого] богатства, много меда…»^{614} Ал-Истахри рассказывает о хазарах: «Летом они выходят на пашни приблизительно на 20 фарсахов в окружности для посевов, собирают хлеба частью над рекой, а частью в степи, и перевозят хлеба свои на повозках и рекою на судах. Питаются они преимущественно рисом и рыбой»^{615}. О том, что Хазария богата рыбой, писал и Иосиф. Кроме того, он, отвечая на вопрос своего дотошного корреспондента, как орошаются земли Хазарии, сообщил: «Страна (наша) не получает много дождей, (но) изобилует реками и источниками… Страна (наша) тучна, в ней очень много полей, лугов… все они орошаются из (нашей) реки и от (нашей) реки получают растительность».

Впрочем, несмотря на такой массовый исход горожан на свои участки, летом в Итиле, вероятно, оставалось не так уж и мало народа, поскольку это был крупный торговый центр. Но о процветавшей в каганате торговле мы поговорим в следующей главе.