Крах Титанов - Грег Фаррелл

В пятницу вечером, 27 июня Грег Флеминг с женой и двумя детьми вылетели на самолете из Нью-Йорка в Неаполь, в Италию, а оттуда в субботу отправились к дому, который сняли на две недели в городке Масса-Лубренсе. Городок расположен в 30 милях на юг от Неаполя, на западной оконечности побережья Амальфи, он построен на крутых горных склонах, вблизи самых прекрасных пляжей и живописных заливов Италии.

Когда Флеминг с женой Мелиссой впервые побывали здесь, то были очарованы этим местом, и теперь каждый год селились в одном и том же доме с верандой, откуда открывался вид на лазурные воды Средиземного моря и остров Капри.

После приезда в субботу из аэропорта и акклиматизации в воскресенье семья Флеминга весь понедельник нежилась и грелась на солнце. Ближе к полуночи, когда дети легли спать, а Мелисса готовилась ко сну, Грег сидел на веранде и смотрел на море: он позволил своим мыслям дрейфовать, подобно лодкам, которые скользили по морским волнам.

Он чувствовал, что вымотался – не за эти два дня активного отдыха на побережье Амальфи, а за предшествующие 11 месяцев напряженной работы без отпуска.

Годом раньше Merrill Lynch подвела итоги за второй квартал 2007 года – отчиталась о впечатляющей чистой прибыли в 2 миллиарда долларов. Он, Грег Флеминг, сын школьных учителей из городка Хоупвелл Джанкшн в штате Нью-Йорк, занял пост сопрезидента в довольно молодом возрасте – в 44 года. Если он будет действовать правильно, то сможет стать генеральным директором Merrill Lynch, когда Стэн О’Нил уйдет в отставку через несколько лет. Жизнь была прекрасна.

Грег Флеминг, сын школьных учителей из городка Хоупвелл Джанкшн в штате Нью-Йорк, занял пост сопрезидента Merrill Lynch в довольно молодом возрасте – в 44 года

Теперь это были лишь воспоминания о давно минувшей эпохе, за которой последовал адский год работы в компании. Только теперь, 11 месяцев спустя Флеминг чувствовал себя нормально оттого, что повез свою семью в запоздалый и длительный отпуск. В августе прошлого года он сидел на этом самом месте и любовался на Капри в начале двухнедельного отпуска, когда открылась информация об убытках в портфеле CDO Merrill, и он вынужден был взять семью и сорваться обратно в Нью-Йорк, чтобы подписать письмо, подготовленное Факахани для совета директоров компании.

Казалось, что прошло больше 11 месяцев, подумал он, наслаждаясь дувшим с моря ночным ветерком. И тут зазвонил телефон.

– Привет, Грег! Это Эрик, – на линии был Хитон, казначей. (В Нью-Йорке было почти 6 вечера.) – Прости за поздний звонок.

Флеминг представить себе не мог, зачем звонил Хитон, если только не начались проблемы.

– Мы пересмотрели результаты деятельности за квартал.

– Хоть бы в лучшую сторону, – с раздражением сказал Флеминг, – сейчас уже полночь, и мы недавно приехали.

– Ты хорошо меня знаешь, – сказал Хитон, – я не стал бы тебе звонить, если бы это не было важно.

Предварительные итоги за квартал оказались куда хуже тех, что мы ожидали. Убытки выросли и составляют где-то от 2 до 4 миллиардов долларов

– А в чем дело?

– Предварительные итоги оказались куда хуже тех, что мы ожидали. Убытки выросли и составляют где-то от 2 до 4 миллиардов долларов.

Флеминг не мог в это поверить. Когда он улетал из Нью-Йорка в прошлую пятницу, все показатели говорили о том, что итоги за квартал будут благоприятными, а убытки – контролируемыми. Названная сумма превышала размер убытков Lehman Brothers.

– Как такое могло случиться?

Хитон пояснил, что стоимость некоторых активов компании, которые казались хорошими еще неделю назад, снова упала. Убытки Lehman Brothers напугали инвесторов в конце июня, и многие долговые продукты стали хуже торговаться, что отразилось и на стоимости активов Merrill Lynch, особенно на CDO, они продолжали падать ниже осторожных оценок, которые группа Хитона смогла зафиксировать за неделю до того.

– Тейн знает об этом?

– Нет, – сказал Хитон.

Как казначей Хитон непосредственно подчинялся Нельсону Чаи, финансовому директору, который, в свою очередь, был подчиненным Тейна. Позвонив напрямую Флемингу, он нарушил субординацию, и Флеминг знал почему.

Размер новых убытков, о которых будет объявлено 17 июля, означал необходимость привлечения миллиардов долларов, и сделать это надо было быстро. Если у банка не хватит денег, чтобы заполнить к тому моменту брешь, инвесторы решат, что дела Merrill Lynch обстоят хуже, чем у Lehman Brothers.

После семи месяцев работы с Тейном Хитон и Флеминг знали, что генеральный директор не станет принимать быстрых или даже конкретных решений. Если он обратится с этим вопросом к Нельсону Чаи, то нет гарантии, что финансовый директор сможет подвигнуть Тейна на то, чтобы действовать быстро и успеть до 17 июля.

– У нас мало времени, и я знаю, что ты сможешь это сделать, – сказал Хитон.

– Я этим займусь, – сказал Флеминг, и в голосе его послышалось нечто среднее между раздражением и смирением.

Флеминг не мог больше смотреть на мерцавшие огоньки Капри. Он глубоко вздохнул и позвонил Тейну, который в это время находился в своем летнем доме недалеко от озера Саранак в горах Адирондак.

Судя по голосу, Тейн был в хорошем настроении:

– Как дела Грег? Слушай, который у вас там час?

И после небольшой паузы спросил:

– Ты зачем звонишь?

– Я тут узнал, что убытки будут намного больше той суммы, о которой нам с тобой сказали, – осторожно начал Флеминг, – они возрастут примерно от 2 до 4 миллиардов долларов по сравнению с той суммой, которую нам озвучили на прошлой неделе.

– Как так? – спросил Тейн, и его настроение испортилось.

– Не знаю. Я не знаю подробностей. Но вроде все к этому идет. Вам следует связаться с Нельсоном.

Последовало молчание, пока Тейн осмысливал услышанное.

– Если дела обстоят именно так, – продолжил Флеминг, – нам придется кое-что ускорить.

– Кроме того, чтобы сообщить, что еще ты хочешь сказать? – требовательно спросил Тейн, когда начал понимать цель звонка.

– Я хочу ускорить продажу нашей доли в Bloomberg прямо сейчас.

Тейн уже начал подготовку к продаже акций после завтрака с мэром Нью-Йорка. Но он хотел получить максимально высокую цену, это было бы возможно, если бы Merrill Lynch нашла нескольких покупателей и устроила между ними конкуренцию.