Маршал Малиновский - Борис Соколов

Во время совещания начальник штаба корпуса генерал А.Г. Батюня вышел в соседнюю комнату и тут же возвратился. Обычно спокойный, уравновешенный, он был сейчас взволнован.

— Товарищ комкор, — обратился А.Г. Батюня к Р.Я. Малиновскому, — на мосту через реку Синюха появились танки!

— Сколько? — спокойно спросил Родион Яковлевич. Через минуту начальник штаба доложил:

— Восемь, товарищ комкор.

Танки оказались нашими. В одном из них находился командующий Южным фронтом генерал армии И.В. Тюленев. Он только что совершил рискованный перелет через линию фронта, попав при этом под сильный огонь немецких зениток. Летчику с трудом удалось приземлиться на восточной окраине Николаева.

Прибыв в штаб 48-го корпуса, И.В. Тюленев срочно вызвал командующего 9-й армией генерала Я.Т. Черевиченко, командира 2-го кавалерийского корпуса генерала П.А. Белова.

Поскольку на восточном берегу Ингульца был 48-й корпус, командующий фронтом обратился к Р.Я. Малиновскому:

— Что вы намерены предпринимать для выхода из окружения?

Родион Яковлевич изложил свой план действий и заявил при этом, что сам он пойдет в первом эшелоне корпуса, то есть вместе с 74-й дивизией. План был одобрен.

С утра 16 августа начался бой за выход из окружения. 74-я стрелковая Таманская атаковала части фашистских 18-й танковой дивизии и мотодивизии “Адольф Гитлер”. Бой длился весь день. Танков у нас почти не было. Мы несли большие потери. Но и противник истекал кровью, выдыхался. Немецкие танкисты не выдержали. Кольцо окружения было разорвано, фланги разомкнуты. Войска 9-й армии переправились через Ингулец и получили приказ отойти на восточный берег Днепра».

В Николаеве четыре дивизии корпуса Малиновского (к нему присоединилась 30-я стрелковая дивизия, которая не смогла отойти на Одессу) вели бой против 16-й танковой дивизии. Немцы захватили 103 тыс. пленных и 317 танков из состава 6-й и 12-й армий, в том числе обоих командармов — генерал-лейтенанта Ивана Николаевича Музыченко и генерал-майора Павла Григорьевича Понеделина. Из окружения вышли лишь около 11 тыс. человек и 1015 автомашин с боевым имуществом. Большинство вышедших из окружения принадлежали к 48-му корпусу, который и стал ядром восстановленной 6-й армии.

14 августа Сталин предписывал С.М. Буденному: «Комфронта Тюленев оказался несостоятельным. Он не умеет наступать, но не умеет также отводить войска. Он потерял две армии таким способом, каким не теряют даже и полки. Предлагаю Вам выехать немедля к Тюленеву, разобраться лично в обстановке и доложить незамедлительно о плане обороны… Мне кажется, что Тюленев деморализован и не способен руководить фронтом». Но 29 августа в боях под Днепропетровском И.В. Тюленев был тяжело ранен, что, возможно, спасло его от трибунала, поскольку решение о его освобождении от командования войсками фронта и замене его на командующего 38-й армией генерал-лейтенанта Д.И. Рябышева было принято раньше — 26 августа.

Еще 15 августа Малиновский был назначен начальником штаба резервной армии Южного фронта. Но уже 25 августа его назначили командующим вновь формируемой 6-й армии, созданной на основе резервной армии Южного фронта и штаба 48-го стрелкового корпуса. И.И. Ларин стал членом Военного Совета 6-й армии, а А.Г. Батюня — начальником штаба 6-й армии. Войска 6-й армии безуспешно пытались ликвидировать плацдармы противника на левобережье Днепра в районе Днепропетровска, причем некоторые из атакующих частей, в частности Днепропетровское артиллерийское училище, потеряли до половины личного состава.

21 августа вышла директива командующего Южным фронтом И.В. Тюленева, один из пунктов которой гласил:

«Запорожская группа: состав — 274, 226, 270 сд, полк НКВД. Управление группой возлагаю на командира 48 ск генерал-майора Малиновского и его штаб, которому немедленно прибыть в Запорожье и вступить в командование группой.

Задача: овладеть островом Хортица и, прочно обороняясь по восточному берегу р. Днепр, удерживать в своих руках Запорожье.

В резерве иметь не менее одного полка.

Граница слева — Кривой Рог, (иск.) Никополь, (иск.) Преображенка, (иск.) Волноваха».

Вот драматические переговоры по прямому проводу 25 августа, в день падения Днепропетровска:

«У аппарата Покровский, начальник штаба Главкома:

Здравствуйте, Родион Павлович (в штабе Юго-Западного направления еще не твердо знали имя и отчество только что назначенного командарма). Прошу: доложите, что делается в районе Днепропетровска. Все.

Малиновский: Здравия желаем, Александр Петрович. Я сегодня прибыл в этот район в самый разгар беспорядка, в результате которого противнику удалось по невзорванной переправе ворваться на восточный берег и около четырнадцати часов он взял под огонь прилегающие улицы. Удалось собрать случайные отряды и бросить их на ликвидацию ворвавшегося на берег противника. Сейчас идет бой в районе Ломовка. Туда направлено приблизительно до двух тысяч бойцов, направлены усилия авиации, направлен огонь артиллерии. Возглавляется это дело вместе генерал-майором Дратвиным (командир 275 сд). Полковник Кашкин (начальник штаба Резервной армии) туда же выехал, и Темный, который все время был на переправах. Я еще ничего не принял, но также… участвовал в организации и направлении этих отрядов как со стороны Каменка так и со стороны Подгороднее — Депо. Все, что смогли, чтобы организовать эти группы людей. Там же действует и руководит Чибисов (командующий Одесским военным округом и по совместительству — командующий Резервной армией, назначенный в конце августа заместителем командующего Брянским фронтом). Поставленная категорическая задача — во что бы то ни стало ликвидировать эту группу противника и овладеть берегом. Я сейчас связываюсь с частями и принимаю все зависящие от меня меры, что… на угрожаемом направлении войду в связь с частями и вступлю в командование. Вот такова обстановка. Все.

Покровский: Есть ли у Вас что-нибудь под руками? Приказал из района Кременчуг на машинах направить в Новомосковск в подчинение сводный полк полтавского училища, но он может быть только к утру. Все.

Малиновский: У меня под руками, еще не в моих руках, но я все же распорядился в район Подгороднее выдвинуть тридцать черепах. Если ночью не удастся ликвидировать, будем это делать завтра. Кроме того, из далеких краев и в район Орехово на машинах перебрасываю части одной организации, они тоже поступят ко мне только завтра днем и к вечеру, поэтому Ваш полк из Кременчуга будет очень кстати. Если мы сумеем обойтись без, я постараюсь сохранить его для Вас. Прошу, посылайте этот полк, мы его встретим в Спасское. Все.

Покровский: Прошу запомнить маршрут, по которому пойдет полк: Кременчуг, затем прямо на восток по большаку на Соколки, Царичанка, Чаплинка, Спасское, Новомосковск. Хорошо будет, если Вы вышлите навстречу командира его перехватить на дороге и если нужно, с места поставить задачу. Ночью можно будет направить в Ваш район 10–12 тяжелых самолетов ТБ. Укажите цель. Все.

Малиновский: Командира для встречи полка вышлю по указанному маршруту. Ночников прошу бросить по северной окраине Днепропетровск, с тем, чтобы бить по самому берегу, на противника они положили свои гостинцы. Мы будем также… свои гостинцы там же, но кашу маслом не испортишь, ибо нужно бить и бить очень крепко противника. Все.