Преторианец - Саймон Скэрроу

– Нет, так не пойдёт. Будешь делать то, что тебе будет велено. И это всё. Чем меньше будешь знать, тем лучше для тебя же. А теперь ступайте. Возвращайтесь в казарму. Инструкции вам дадут, когда мы будем готовы действовать. – Синий прочистил глотку и добавил резким командным голосом: – Свободны!

Катон и Макрон выпрямились по стойке «смирно», отдали честь, чётко повернулись и вышли из комнаты. Как только дверь за ними захлопнулась, Катон испустил вздох облегчения и пошёл по коридору прочь. Макрон последовал за ним.

– Кажется, дело движется к развязке, – тихонько сказал Макрон. – И месяца не пройдёт, так он сказал.

Катон кивнул.

– А мы всё ещё не узнали, на кого работает Синий. Теперь нам нужно будет следить за ним более плотно, глаз не спускать. Таскаться следом, смотреть, с кем он разговаривает. Он же должен встречаться с кем-то из Освободителей, хотя бы изредка! И когда он с ними встретится, нам нужно оказаться поблизости.

– Легче сказать, чем сделать, – ответил Макрон. – Они ж осторожничать будут! А что, если они общаются с помощью каких-нибудь шифрованных посланий?

Катон с минуту думал.

– Это возможно… – пробормотал он. – Но если они намерены вскоре начать действовать, то велика вероятность того, что им придётся вести переговоры с глазу на глаз. Мы начнём следить за Синием, как только разберёмся с этим делом в Боариуме.

– Хорошо, – согласно кивнул Макрон. – Но прежде чем встречаться с Септимием, надо ещё кое-что сделать.

– Что именно?

Макрон похлопал по мешочку с серебром.

– Я не намерен оставлять это в казарме, где на наши денежки может наложить ручонки какой-нибудь вороватый замухрышка. Так что прежде чем идти куда-то, думаю, надо прежде нанести визит к банкирам – они для того и сидят на Форуме.

Катон замедлил шаг и повернулся к приятелю:

– Ты что это придумал? Ты что, намерен зажать эти денежки?

Макрон не мог скрыть своего удивления:

– Конечно!

– Но ты же знаешь, что это за серебро, откуда оно! – Катон оглянулся по сторонам, желая убедиться, что их никто не может подслушать. В коридоре было пусто, если не считать нескольких писцов, болтавших невдалеке от них. Но Катон всё равно понизил голос: – Оно же императору принадлежит!

– Уже не принадлежит, как мне представляется.

– Ты что же, думаешь, Нарцисс примет подобные аргументы? Да он наверняка потребует вернуть эти денежки в казну, все денарии до единого, какие только можно будет отыскать!

– То есть те, о которых ему станет известно. А я вовсе не намерен ему рассказывать про вот эти. И ты тоже не будешь, – твёрдым тоном закончил Макрон. – Кроме того, парень, мы их честно заработали, причём даже больше, чем получили. И если никто не станет интересоваться их происхождением, то нам совсем не вредно будет их зажать. Согласен?

Катон чувствовал некоторое разочарование и даже раздражение.

– А что, если Синий расколется, когда Нарцисс раздавит этих заговорщиков? Если он сообщит Нарциссу, что мы получили от него это серебро?

Макрон лишь пожал плечами.

– Тогда нам просто придётся устроить так, чтобы мы до Синия добрались первыми, когда дело дойдёт до расплаты. – Тут черты его лица сделались жёсткими и застыли. Он повернулся лицом к Катону: – Если мы сумеем заткнуть ему пасть до того, как он начнёт трепаться, тогда, возможно, нам удастся наложить руки и на ту шкатулку, что он хранит у себя в кабинете.

Катон снова почувствовал беспокойство и прошипел в ответ:

– С огнём играешь, Макрон! Не смей даже думать об этом!

– Да почему бы и нет, будь я проклят?! Мне уже обрыдло выполнять грязную работу для Нарцисса и не получать за это никакой награды! Вообще никакой достойной награды! А это шанс для нас немного разбогатеть. Надо быть полным идиотом, чтоб упустить такую возможность!

Катон успел отметить опасный блеск в глазах друга и понял, что будет полным безумием пытаться отговорить его, пока он в таком настроении.

– Потом об этом поговорим, ладно? Мне ещё надо подумать, – сказал он.

У Макрона на секунду сузились глаза, потом он заставил себя чуть улыбнуться:

– Ладно, потом так потом.

Глава восемнадцатая

– Вот оно, это место, – тихонько сказал Катон и показал на склад. Макрон и Септимий подошли и встали по обе стороны от него. Тот же самый сторож, что так грубо послал Катона несколько дней назад, сидел на табурете у ворот. В одной руке он держал ломоть хлеба, в другой – кусок сухой копчёной колбасы, и его челюсти напряжённо работали, а сам он отсутствующим взглядом пялился на баржи, причаленные к пирсу напротив вереницы складов. Несмотря на перебои в снабжении города зерном, импорт оливкового масла, вина, фруктов, а также потоков изысканных яств для богатейших семей Рима не прекращался. В город по-прежнему поступали любые товары, цены на которые далеко превышали скромные возможности многочисленных беднейших слоёв населения столицы.

На небольшом расстоянии от склада Гая Фронтина на причале собралась небольшая толпа оборванцев – они наблюдали за разгрузкой очередной баржи. Оттуда уже сгрузили несколько кувшинов с вином, а теперь скованные цепями рабы стаскивали на пирс огромные корзины с сушёными финиками. Надсмотрщику, командовавшему рабами, помогали несколько помощников, вооружённых дубинками, – они образовали редкую цепочку охраны вокруг выгруженных товаров и внимательно следили за поведением толпы.

– Пошли туда, – тихо скомандовал Катон. – В этой толпе мы не будем выделяться.

Они приблизились к этому скоплению молчаливых людей, мужчин и женщин, а также и детей и обошли его, пока не нашли позицию, с которой были хорошо видны ворота нужного им склада и сидящий перед ними сторож. Ещё минуту назад Катон не отдавал себе отчёта в том, что за представление разыгрывается перед его глазами. Теперь же он понял, что это такое: совершенно хладнокровная демонстрация жестокости – один ест, остальные, голодные, на него смотрят.

– Ну, что будем делать? – спросил Септимий. – Мы ж не можем просто так туда войти.

– Вполне могли бы, – буркнул Макрон. – Нас-то трое, а он один.

Септимий отрицательно покачал головой:

– Если мы туда ворвёмся силой, это тут же станет известно Цестию, и тогда Освободители сразу поймут, что мы вышли на них. Этого нельзя допустить, иначе они испугаются и попрячутся. Важно ведь не только сокрушить заговор, но и найти зерно. А пока что необходимо как-то проникнуть на этот склад и удостовериться, что зерно действительно хранится там, а потом убраться оттуда, не подняв тревоги.

Катон почесал затылок.

– Это будет нелегко. Склад представляет собой замкнутый квадрат вокруг внутреннего двора. Стена, выходящая на причал, самая низкая. С других сторон она высокая, отгораживает этот склад от соседних, расположенных по обе стороны от него и позади. Другим способом внутрь не попасть. Придётся или через ворота, или через стену. Но если мы попытаемся перелезть через стену, сторож нас непременно заметит.