Её скрытый гений - Мари Бенедикт

— Розалинд, — говорит он. Мне всегда нравилось, как он произносит мое имя. — Розалинд, — снова и снова повторяет он до тех пор, пока я не услышу, не увижу, не почувствую его сожаление о нашей растраченной любви, боль от того, что он утратил меня.

Я еще не ушла.

Я всего в нескольких шагах от вершины. Но то, что я считала разметкой пути наверх, оказывается точками рентгеновского кристаллографического снимка, безошибочно узнаваемой двойной спиралью ДНК. Я понимаю, что это одно и то же: этот рисунок отмечает идеальные точки опоры на отвесной скале, каждая из них надежна и ведет к безопасности и прозрению. Я уже покорила этот узор — открыла его и поделилась им с миром, — и теперь понимаю, что, пусть я не передала свои гены, я буду жить, поскольку знание о моем открытии воспроизводится сквозь время снова и снова.

Примечание автора

История Розалинд Франклин — это, отчасти, сюжет о том, как неизвестная исследовательница стала иконой, по крайней мере, в определенных кругах (ее имя носят медицинские центры, университеты, лаборатории, марсоход, есть даже дудл Google). Рассказ о ней, разумеется, не может этим ограничиться — как и показано в романе, это история блестящей, тщательной исследовательницы, которая смогла открыть тайны ДНК, которой пришлось во имя науки бороться со стереотипами о женщинах и женщинах-ученых, и о том, чего ей это стоило, это хроника того, как ее давшийся упорным трудом вклад был присвоен без ее ведома и разрешения, это и исследование огромного, важного наследия Розалинд. Тем не менее путь Розалинд от безвестности к последующей славе, оказавшийся еще более драматичным из-за ее ранней смерти, сложился не только благодаря делу всей ее жизни, но и еще одному, несколько необычному фактору. Немаловажны обстоятельства, при которых ее наследие было признано после десятилетий забвения (как и наследие многих женщин, о которых я пишу): информация о них поможет переосмыслить признание заслуг многих женщин — как прошлого, так и современности.

Как же гениальная, но малоизвестная женщина-ученый стала легендой в своей области? Читатели «Её скрытого гения», безусловно, знают, что при жизни Розалинд не получила признания, поэтому я и не пишу о нем в самом романе. Не случилось этого и сразу после ее смерти в 1958 году, ни даже тогда, когда Джеймс Уотсон, Фрэнсис Крик и Морис Уилкинс получили Нобелевскую премию в 1962 году за статьи и открытия, основанные на исследованиях Розалинд. Росток ее будущей популярности пророс в самом неожиданном месте — в мемуарах под названием «Двойная спираль», написанных Джеймсом Уотсоном и опубликованных в 1968 году, в которых он рассказал об открытии двойной спирали ДНК, имеющем мировое значение.

Как, скажите на милость, книга бывшего заклятого врага Розалинды могла способствовать ее славе? Особенно учитывая, что в этих мемуарах Розалинд выставлена в негативном свете, автор критикует ее «нежелание подчеркивать свою женственность», осуждает за то, что она отказывалась признать себя «помощницей Уилкинса», хотя была нанята к нему в отдел, и заявляет, что «лучшая участь для феминистки — работать в чужой лаборатории», осуждает ее за жесткость и приверженность строгим фактам (что обычно в науке ценится) и, очерняя, называет ее уменьшительным именем «Рози» — прозвищем, которое она ненавидела и никогда им не пользовалась. Издательство Гарвардского университета не приняло книгу к публикации из-за яростных возражений Крика и Уилкинса. Что ж, именно потому, что Уотсон изобразил Розалинду в таком отвратительном и неприглядном свете, начала восходить ее звезда.

Близкая подруга Розалинд Энн Сэйрс, которая несколько раз мимолетно появляется в «Её скрытом гении», возмутилась тем, как Уотсон изобразил Розалинд в «Двойной спирали», когда книгу все-таки опубликовало издательство Atheneum. И не только Энн, но и семья Розалинд, и многие ученые, с которыми она работала и общалась. Героиня бестселлера «Двойная спираль» совсем не походила на ту Розалинд, которую они знали, наоборот, это было стереотипное описание злобной, некрасивой, упрямой и узколобой женщины-ученой. Энн преисполнилась решимости противопоставить этому несправедливому описанию правду и не позволить Уотсону преуменьшить научный вклад Розалинд, ведь человек, который мог бы лучше всех защитить ее права и доброе имя, — сама Розалинд — больше не могла этого сделать.

Много лет Энн изучала историю открытия структуры ДНК и роль в этом Розалинд. В ходе своего грандиозного проекта Энн расследовала махинации Уотсона и в итоге написала собственную книгу, «Розалинд Франклин и ДНК», опубликованную в 1975 году. Книга Энн, а также документы и письма, которые легли в основу ее исследования, рисуют совсем иную Розалинд, чем созданный Уотсоном образ. В произведении Энн читатель видит гения-трудягу, которая кропотливо разгадывает величайшие тайны жизни в окружении коллег, и эти коллеги ею восхищаются — все, кроме Уилкинса, Уотсона и, в меньшей степени, Крика. И по мере того, как читатель погружается в основанное на фактах повествование Энн, возникает вопрос — почему Уотсон создал карикатурный образ Розалинд и обесценивал ее усилия? Для чего? Может быть, чтобы оправдать себя за использование ее снимков и данных? В конце концов, если недалекая, непривлекательная «Рози» сама не понимала, чем занимается, то что оставалось Уотсону, кроме как присвоить плоды ее трудов? По мере того, как книга Энн набирала обороты, с 1970-х годов и далее образ, созданный Уотсоном, все чаще подвергался сомнению, а наследие Розалинд превозносили все выше.

Образ, созданный Энн, вдохновлял меня при создании моей Розалинд Франклин. Надеюсь, что по-своему я продолжила дело, начатое Энн в «Розалинд Франклин и ДНК», только уже в романном формате, который позволил мне заполнить пробелы, с опорой на исследования и логику. Если «Её скрытый гений» поможет взрастить семя, посеянное Энн, тогда одна из целей, ради которых я написала этот роман, — на самом деле ради этого я пишу все свои романы — будет достигнута. Мне хотелось бы, чтобы Розалинд была среди нас и сама смогла защитить себя от нападок Уотсона, рассказать о своих достижениях, но надеюсь, что и моя вымышленная Розалинд поможет читателям оценить реальную Розалинд Франклин как исследовательницу, дочь, сестру, друга, коллегу, возлюбленную и икону научного сообщества. Во всей ее скрытой гениальности.

Выходные данные

Литературно-художественное издание

Мари Бенедикт

Её скрытый