Мстислав Храбрый - Александр Дмитриевич Майборода

– Если вы останетесь здесь, то рано или поздно возникнет большая ссора. Одну корову двое доить не могут.

– Но что же делать? – повторил вопрос Часлав. – Мы не можем нарушить волю великого князя…

Звенко задумался.

Его толкнула в бок Любава и что-то ему проговорила на ухо. После этого Звенко повеселел.

– Появилась у меня мысль, как устроить дело полюбовно, – проговорил он, – чтобы и овцы были целы, и волки сыты.

– Какая? – На лице Часлава появился вопрос.

Глава 70

Аделина вернулась и сразу села на свободное место. Она была бледнее обычного. Увидев это, Милица, прислуживавшая ей, поставила перед ней стакан с прозрачным напитком.

Звенко, не понимая причин перемены лица женщины, бросал на нее недоуменные взгляды.

Любава только загадочно улыбалась.

– Что с тобой, княгиня? – спросил Звенко. – Ты больна? Может, тебе знахарку прислать?

Аделина улыбнулась:

– Благодарю, князь. Мне знахарки не надо. Моя болезнь сама пройдет.

Звенко заметил двусмысленную улыбку жены. Ничего не понял и заявил:

– Княгиня, мы тут посоветовались и решили – я дам Мстиславу в удел какой-либо город.

Аделина насторожилась.

Предложение казалось выгодным – они получали относительную свободу.

Но, с другой стороны, получая из рук князя Звенко долю, тем самым они признавали зависимость от него. Поэтому возникал вопрос: уместно ли наследнику великого князя становиться ниже удельного князя?

Аделина бросила тревожный взгляд на Часлава:

– Что скажешь, брат?

– Честь выше выгоды! – едва слышно проговорил Часлав.

Его лицо стало темным, словно грозовая туча.

Все в зале стихли.

Тем, кто слышал разговор, было ясно, что вопрос стоит о самой жизни княжича. Ведь в случае отказа Мстислав становится врагом Звенко.

Осознавая важность ответа, Мстислав бросал вопросительные взгляды то на мать, то на дядьку.

Аделина и Часлав начали шепотом спорить.

Мстислав не стал ждать. Он громко проговорил:

– Так как от ответа будет зависеть благополучие не только меня, но и моей дружины, а дружина – основа, на которую опирается князь, – поэтому прежде чем дать ответ, мне требуется совет дружины. Надо подумать.

Удивленные столь неожиданным вмешательством, Аделина и Часлав замолчали.

А Звенко облегченно вздохнул. Он одобрительно кивнул Мстиславу головой и проговорил:

– Князь Мстислав, ты молод, но чувствую в тебе будущую мудрость. Скажешь дружине, что ты будешь мне за это платить отступное, а я не буду вмешиваться в твои дела.

Затем он бросил взгляд на Сфенга:

– Что ты думаешь, воевода?

– Так хотя бы как-то разрешится эта проблема… – уклончиво ответил Сфенг.

– О каком городе идет речь? – спросила княгиня Аделина.

Князь Звенко снова бросил взгляд на Сфенга.

– И какой же город мы им отдадим в удел? – настороженно спросил Сфенг.

– В Таматархе посадник умер, – сказал князь Звенко. – Я отдам им Таматарху!

На лице Сфенга появилось недоумение.

Таматарха город известный – это был торговый порт на берегу моря. Город очень богатый. Он находился на Тмутараканских землях, хотя там и было сильно влияние Византии. Таким образом, отдать Таматарху все равно, что отдать курицу, несущую золотые яйца.

А Часлава обеспокоило другое. Ему было известно, что в Таматархе проживало много греков, поэтому он поинтересовался:

– А согласятся ли греки, чтобы Мстислав там был князем?

– Таматарха принадлежит мне! – жестко отрезал князь Звенко.

– Потом – у Мстислава есть дружина, – с едва заметной усмешкой намекнул Сфенг.

Часлав не хуже его знал, что дружина Мстислава пока не была готова к серьезным делам – в дружине не было еще той сплоченности, что делает отдельных хороших воинов единой силой.

А Аделина догадалась, что их руками Звенко хотел приструнить слишком независимый город. Но в их положении выбор был небогат – либо заведомо проигрышная война со Звенко, либо строптивая Таматарха.

– Князь Мстислав подумает, – проговорила она.

Звенко бросил взгляд на Аделину:

– Когда дадите ответ?

– Завтра, – сказала Аделина и неожиданно мило улыбнулась. – Когда люди хотят договориться, они договариваются.

– Вот и чудненько, – обрадованно проговорил Звенко. – На том и ударим по рукам.

– А сколько нам платить придется? – деловито спросил Часлав.

Князь Звенко задумчиво поднял глаза к потолку, затем проговорил:

– Таматарха – богатый город. Думаю, что в дань пять бочек серебра и бочку золота вы будете легко брать.

– Это много! – сказала Аделина. – Новгород платит великому князю меньше.

– И сколько же?

Аделина усмехнулась:

– Спроси у великого князя сам. Он не отчитывается передо мной. Но меньше.

– У него спросишь… – Звенко поморщился.

– Ну, так ты не торгуйся, – сказала Аделина. Она повеселела: раз началась торговля, то дело можно считать устроенным.

– Женщину разве переспоришь? – рассмеялся князь Звенко. Вздохнул и задал вопрос: – И сколько вы готовы платить?

– Две тысячи гривен серебра, – сказала Аделина.

– Маловато, – сказал князь Звенко.

– Таматарха не богаче Новгорода, – сказала Аделина.

Князь Звенко взглянул на Сфенга:

– Что скажешь, воевода?

– Пусть будет так, – сказал Сфенг, помня, что Таматарха все равно платила меньше.

Теперь Звенко обратил внимание на Мстислава:

– А что ты скажешь, благородный княжич?

– Я свой ответ дам завтра, – проговорил Мстислав, тоже уже понявший, каким будет завтрашний ответ.

– Хорошо, так и решим, – сказал Звенко и рассмеялся. – Княгиня Аделина, ты торгуешься, как базарная торговка рыбой.