Курчатов - Раиса Кузнецова

В. А. Курчатов работал в Симском лесничестве до 1908 года. После переезда в Симбирск он четыре года был старшим землемером в Симбирской губернии (из них два года — землемером-ревизором), затем, с 1912 по 1924 год, в Таврической губернии: до 1922-го — старшим землемером, а с 1922-го по 1924-й — землемером-руководителем Севастопольского округа. За добросовестный труд по лесо- и землеустройству он был награжден четырьмя орденами, стал почетным потомственным гражданином Симского Завода и выслужил личное дворянство.

Его коллеги-землемеры вспоминали о нем как о добром, веселом и умном человеке, превосходном шахматисте, добросовестном, трудолюбивом, первоклассном специалисте, замечательном друге и учителе молодежи. В те годы, когда В. А. Курчатов работал в Уфе, в землеустройство вливалось много молодых специалистов, окончивших Уфимский землемерный техникум, — от 30 до 40 человек ежегодно. Опыта у новичков не было. Робко, несмело брался каждый практикант за вычисление координат, заранее предчувствуя, что будут «неувязки». Не каждый старый землемер открывал им свои секреты, большинство смотрело на молодняк свысока: «Где уж вам координаты считать!» Но не таков был Курчатов. Своим спокойным басом он сразу успокаивал новичка, подсаживаясь к его столу: «Не тужи, молодой человек, сейчас мы эту неувязочку поищем». Он легко находил ошибку и показывал новичкам, внушая им уверенность в своих силах. А когда звучал звонок на перерыв, он с шахматной доской устремлялся на поиски партнера. Чаще всего играл он с молодым Баушевым: «Вот я вам, молодой человек, сейчас матик, матик»^[13]. Так о Курчатове отзывались Павел Субботин, Владислав Лузин и другие молодые землемеры.

Доказательством высокого профессионализма В. А. Курчатова являются также найденные в 1988 году две книги, которыми он пользовался в работе. В первой из них — «Симская горнозаводская дача гг. Николая Петровича и Ивана Петровича Балашовых» — в описании дачи, лесоустройства и ведения лесного хозяйства, в составлении ее плана, диаграмм и чертежей обнаружены следы участия землемера Курчатова. В дарственной надписи на форзаце книги управляющий Симским лесничеством А. Умов и автор Э. Фридрих упоминают о совещании 1 ноября 1905 года по земле- и лесоустройству, в котором участвовал и Курчатов^[14].

Во второй книге — «Логарифмическо-тригонометрическое руководство барона Георга Вега»^[15], на обороте страницы 576 рукой Курчатова вписаны его собственные формулы: «Таврическая формула определения параллельной стороны трапеции по данным углам и параллельным сторонам», а также формулы сферических избытков, которые он применял, работая в Таврической губернии. Автограф, личный штамп, адрес и дата удостоверяют принадлежность этой книги Василию Алексеевичу, а собственные формулы свидетельствуют о творческом подходе к выполнению им служебных обязанностей^[16]. Живыми свидетелями плодотворной работы В. А. Курчатова являются сохранившиеся и сегодня просеки, обустроенные им в окрестностях Сима.

В 1924 году по доносу, как полагал Б. В. Курчатов, отец был выслан из Симферополя в Башкирию. До 1930 года он жил в Уфе и Бугульме, трудился землеустроителем 1-го разряда в управлении землеустройства Башкирнаркомзема. Ежегодно летом выезжал в командировки в различные кантоны республики, что отражено в его послужном списке. Зимой 1927 года приглашался, как опытный специалист в вычислениях, в триангуляционную партию, где на основе сферической тригонометрии производил особо точные математические вычисления.

Шестилетняя ссылка оставила глубокий след на здоровье В. А. Курчатова. К 1930 году он с женой перебрался к детям в Ленинград, где поступил на работу в архитектурно-планировочный отдел Ленсовета. Но все чаще и чаще сердце давало перебои. В 1938 году он вышел на пенсию, а через два с половиной года началась война. Тяжелая болезнь сердца в июне 1941 года сделала невозможной эвакуацию Василия Алексеевича в Казань с семьями ученых ЛФТИ. Мария Васильевна, еще надеясь на чудо, в ожидании, что супруг поправится, осталась, чтобы следующим эшелоном вместе с мужем выехать к детям.

Игорь Васильевич вылетел в Москву, затем — на боевую работу в Севастополь к морякам. Бориса Васильевича, имевшего с рождения серьезные заболевания, в армию не взяли. Он и жена Игоря Васильевича Марина Дмитриевна выехали в Казань с сотрудниками Ленинградского физико-технического института, также надеясь, что «папаша» поправится, а они до приезда родителей организуют им место для жилья. Мария Васильевна в ожидании выздоровления супруга по-прежнему оставалась в городе, надеясь в ближайшее время покинуть его.

Но жизнь пошла по своему кругу. Произошло непоправимое: 29 августа 1941 года Василий Алексеевич скончался. Как он и хотел, последним приютом ему стало высокое место на Богословском кладбище в Ленинграде. Провожали его Мария Васильевна, друг Курчатова И. В. Поройков да два его сотрудника по педагогическому институту — П. И. Короткевич и А. В. Морозов.

Несколько месяцев провела Мария Васильевна в полном одиночестве, в голоде и в холоде блокадного города. Напрасно дети хлопотали о ее выезде. Пытались помочь из Казани и Свердловска вице-президенты АН СССР, академики А. Ф. Иоффе и О. Ю. Шмидт. Наконец в феврале 1942 года мать Курчатова удалось вывезти из Ленинграда. Однако добраться до детей ей было не суждено. В Вологде Марию Васильевну, потерявшую от слабости сознание, поместили в эвакогоспиталь, где 12 апреля 1942 года она скончалась от дистрофии. Похоронили ее там же, на Пошехонском кладбище.

В феврале 1983 года Вологодский облсовет народных депутатов принял решение выделить захоронение М. В. Курчатовой и установить на ее могиле надгробие. На черной могильной плите написано: «Здесь лежит Курчатова Мария Васильевна — мать великого сына Отчизны Курчатова Игоря Васильевича». Никто не приходит сюда, только работники кладбища присматривают за могилкой, сажают цветы, прибираются. Спасибо им!

Так и ушли они друг за другом: сначала отец, за ним мать, оставив на всю жизнь неутихающую боль в сердцах и душах сыновей, до конца дней винивших себя за то, что не смогли спасти своих любимых беззащитных стариков. И, может быть, неслучайны совпадения дней ухода родителей с теми, в которые происходили знаковые события в жизни их детей, братьев Игоря и Бориса Курчатовых, — 12 апреля и 29 августа?

12 апреля 1943 года под руководством Игоря Васильевича Курчатова в нашей стране для решения научных проблем по освоению и использованию ядерной энергии, в целях обеспечения обороны была создана специальная научная Лаборатория № 2 АН СССР — прародительница всемирно известного в наше время Национального исследовательского центра «Курчатовский институт» (НИЦ «КИ»). А 29 августа 1949 года, шесть лет спустя, на первом советском испытательном полигоне прогремел взрыв первой советской атомной бомбы, созданной под руководством Курчатова. Мир узнал, что в СССР создано оружие возмездия для сил, по выражению Курчатова, «задумавших уничтожить или поставить на колени нашу прекрасную Родину».