Король чародеев - Сьюзен Фрейзер Кинг

– Ветер крепчает! – закричал стоявший на носу галеры Мунго. – Надо возвращаться!

Вой непогоды заглушил последние слова, но Дайрмид кивнул, показывая, что все понял.

Тяжело рыскавшая носом «Габриэль» мчалась по высоким пенистым волнам, обдававшим ее фонтанами брызг. Осторожно обходя привязанные к палубе бочки и перешагивая через канаты, Дайрмид прошел между двумя рядами гребцов и оказался возле своего верного друга.

– Скоро будет шторм, и, похоже, очень сильный, – сказал Мунго, показывая рукой на огромные черные тучи над самыми их головами. – Мы сделали большую глупость, задержавшись в море. «Габриэлла», конечно, очень хорошая посудина, но и ей придется нелегко в такую бурю.

Резкий порыв леденящего ветра ударил Дайрмиду в лицо, сдул со лба волосы, распахнул плед на груди.

– Ты прав, пора возвращаться, – сказал лэрд. – Нет смысла плыть дальше на юг: ни один англичанин не решится сунуть сюда нос, видя такие тучи.

– Король Роберт наверняка тоже предпочтет отложить свое путешествие и переждет шторм в каком-нибудь замке в горах, – предположил Мунго.

Дайрмид крикнул сидевшему на корме рулевому, чтобы тот взял курс на северо-восток, и, ухватившись рукой за высокий нос галеры, огляделся. Горизонт был пуст. За весь день, пока «Габриэлла» патрулировала южные подступы к островам, им попались на глаза только несколько рыбачьих лодок, так что все усилия выследить Ранальда и англичан пропали даром.

Через час впереди показались высокие утесы Глас-Эйлина, один из которых венчала, словно корона, громада замка из золотистого песчаника. Дайрмид представил себе, как Микаэла обнимет его, усадит у пылающего очага, накормит горячим ужином, и улыбнулся. Это была самая отрадная картина, которую только можно вообразить после целого дня, проведенного на ледяном ветру среди бушующего моря!

Новый порыв ветра налетел на галеру, и лэрд посмотрел вверх, на парус, который натянулся до предела. Мачта накренилась, заскрипела, и Дайрмид решил, что, если ветер будет крепчать и дальше, парус придется спустить, иначе галера собьется с курса.

Внезапно раздался удивленный возглас Мунго. Дайрмид оглянулся и увидел, что тот показывает рукой в сторону приближающегося острова. Лэрд посмотрел туда – от основания утеса отделилась изящная, глянцевая от брызг галера и устремилась против ветра в открытое море, тяжело зарываясь носом в воду. На ее борту было около полутора десятка гребцов.

– Это Ранальд, – сказал Дайрмид. – Только за каким чертом его понесло в море?..

– Святые угодники! – воскликнул Мунго. – Посмотри-ка на корму!

Дайрмид уже сам увидел на корме галеры хрупкую женскую фигурку с очень светлыми золотистыми волосами. В следующее мгновение она подняла голову, и он различил над бортом лицо женщины. Последнее сомнение исчезло: это была Микаэла! В отчаянии лэрд громко выругался.

– Насколько я знаю миледи, она вряд ли отправилась в это путешествие добровольно, – взволнованно заметил Мунго.

– Максуин последний дурак, если думает, что я ему это спущу! – прорычал лэрд.

Галера Ранальда быстро приближалась, и Дайрмид заметил на ней нескольких солдат, вооруженных луками и стрелами.

– Господи Иисусе, он хочет нас атаковать! – воскликнул Мунго.

– Прикажи шестерым гребцам оставить весла и взять из сундуков оружие! Я приготовил его на случай встречи с англичанами и уже думал, что оно нам сегодня не пригодится, но, как видно, ошибся…

– Неужели ты собираешься драться?! Мы не можем подвергать миледи смертельному риску! – У нас нет выбора! – рявкнул в ответ Дайрмид.

Он прекрасно понимал, что один неточный выстрел – и Микаэла может быть ранена или даже убита. Сердце его сковал леденящий ужас, но разум подсказывал: если он не будет защищаться, Ранальд убьет их всех и потопит галеру на глазах у Микаэлы.

– Прости, – пробормотал Мунго. – Я все понимаю.

Понурив голову, он направился к гребцам, чтобы передать им приказ капитана, а лэрд остался наблюдать за своим недругом. Вскоре гонец вернулся и протянул ему лук с большой связкой стрел. Не говоря ни слова, Дайрмид взял оружие, и его увечная левая рука предательски задрожала. Тогда он сжал ее в кулак, изо всей силы ударил им в борт, а потом громко, яростно выругался – внутри его все клокотало от гнева, под стать разбушевавшемуся морю.

Неожиданно Микаэла метнулась к борту и свесилась вниз.

– Кажется, ей совсем плохо, – встревоженно проговорил лэрд.

– Еще бы! Бедняжка и в штиль переносит морские прогулки с большим трудом, а тут такие волны, – согласился Мунго.

Дайрмид не сводил глаз с галеры Ранальда, мчавшейся навстречу по пенным волнам. Микаэла по-прежнему стояла на корме, ее лицо покрывала смертельная бледность, ветер развевал мокрые спутанные волосы. При мысли, что его нежная, хрупкая возлюбленная находится в полной власти подлеца Максуина, в голове лэрда помутилось, кровь вскипела, захотелось сейчас же броситься на обидчика, уничтожить его во что бы то ни стало! Но Дайрмид только вздохнул и отвел глаза. Он понимал, что если и дальше будет смотреть на Микаэлу, то не сможет сохранить самообладание и погубит и ее, и себя, и всех своих товарищей. Нет, он должен сохранить ясную голову и действовать, как воин, а не как влюбленный, который боится потерять свою любовь.

– У него восемнадцать человек, – сказал лэрд Мунго, – из них семеро держат наготове луки.

– Маловато для такой большой галеры, явно предназначенной для военных действий, – заметил Мунго. – Пожалуй, Максуину будет трудно управиться с ней на таком ветру. Он может напасть на нас, но не сможет разбить.

– Дай бог, чтобы ты оказался прав, мой друг, – мрачно ответил Дайрмид. Вытащив из-за пояса стрелу, он приготовился к бою. – Скажи лучникам, чтобы они лучше прицеливались и постарались не задеть Микаэлу, когда я дам приказ стрелять!

Галера Максуина в очередной раз нырнула вниз носом, и в круглые отверстия для весел хлынула вода, обдав Микаэлу ледяными брызгами. Из последних сил борясь с тошнотой, молодая женщина вытерла лицо дрожавшей от слабости рукой и с тоской вспомнила о дольке сушеного имбиря, которую предложил ей когда-то Дайрмид. Бедный Дайрмид, что его ждет?!

Откинув со лба волосы, Микаэла приподняла голову и посмотрела вперед – грациозная красавица «Габриэлла» с изящно приподнятым носом, с рдеющей на надутом парусе молнией, неотвратимо летела навстречу галере Максуина, подчиняясь мерным взмахам двадцати шести весел. На какое-то мгновение галера Дайрмида показалась Микаэле огромным морским драконом: нос корабля напоминал голову на длинной изогнутой шее, парус – перепончатые крылья, а весла – лапы. И на плече этого дракона стоял ее любимый – буйная каштановая грива развевается на ветру, плед и рубаха облепили могучую грудь, взгляд неколебимо устремлен вперед. От одного взгляда на его высокую широкоплечую фигуру, неподвластную ярости стихии, Микаэла вновь ощутила ободряющую силу его присутствия.