Император. Врата Рима - Конн Иггульден

Марк встретил Гая у ворот с сеткой для ловли птиц. Увидев глаза друга, он весело затараторил:

— Сегодня нам точно повезет! Мы поймаем сокола… двух соколов! Мы их обучим сидеть у нас на плечах и нападать, если мы прикажем. Светоний будет бегать от нас как чумной.

Гай фыркнул и перестал думать о матери — он уже скучал по отцу. Впрочем, день будет длинный, а в лесу всегда найдется занятие. Гай сомневался, что им удастся поймать сокола, как мечтает Марк, но решил подыгрывать ему до конца дня, пока они не пройдут по всем тропинкам.

В зеленом полумраке мальчишки долго не замечали ворона, который сидел на низкой ветке, недалеко от залитых солнцем полей. Марк увидел его первым и застыл, жестом остановив Гая.

— Смотри, какой большой! — прошептал он, разворачивая сеть.

Они присели и поползли вперед. Птица с интересом наблюдала за ними. Даже для ворона она была очень большая. Когда мальчики подобрались ближе, ворон расправил тяжелые черные крылья и одним ленивым взмахом не перелетел, а почти перепрыгнул на соседнее дерево.

— Обходи кругом! — возбужденно прошептал Марк.

Гай широко ухмыльнулся и нырнул в подлесок. Он сделал большой круг, стараясь не выпускать дерево из виду и в то же время не наступить на сухую палку или высохший лист.

Когда Гай появился с другой стороны, он увидел, что ворон снова перелетел, на сей раз на длинный поваленный ствол, который лежал уже много лет. По наклонному стволу было лезть легко, и Марк начал потихоньку подбираться к птице, стараясь держать сеть наготове.

«Почему он не улетает?» — удивился Гай, глядя на ворона. Птица наклонила голову набок и снова расправила крылья. Мальчики застыли. Когда ворон успокоился, Марк опять полез вверх.

Он был всего в нескольких футах от птицы, когда показалось, что та снова улетит. Ворон запрыгал по стволу, как будто ничего не боялся. Марк развернул сеть из грубой веревки, в которой хранили лук на кухнях. В руках Марка она превратилась в грозное орудие птицелова.

Задержав дыхание, он бросил сеть, и ворон взлетел с негодующим криком, потом еще раз хлопнул крыльями и сел на тонкие ветви молодого деревца возле Гая. Гай, недолго думая, бросился на него.

Пока Марк слезал, Гай кинулся на деревце. Оно вдруг треснуло и подалось, прижав птицу к земле листьями и ветвями. Гай придержал дерево, и Марк вытащил тяжелого ворона, изо всех сил вцепившись в птицу.

— Помоги! Он сильный! — крикнул Марк, и Гай прижал руками бьющийся ком.

Вдруг длинный и загнутый клюв ворона, похожий на копье из черного дерева, вонзился ему в руку, точнее, захватил и плотно сжал мягкую кожу между большим и указа тельным пальцами.

Гай взвизгнул:

— Забери его! Он цапнул меня за руку!

Боль была ужасная, и мальчики запаниковали: Марк изо всех сил старался не выпустить птицу, а Гай все силился вырвать руку из злобного клюва.

— Я не могу его оторвать!

— Придется тянуть! — мрачно проговорил Марк. Его лицо покраснело от напряжения.

— Не могу, у него клюв как нож! Выпусти его!

— Не выпущу! Этот ворон наш. Мы поймали его в лесу, как охотники.

Гай застонал от боли.

— По-моему, это он нас поймал!

Его пальцы дернулись, и ворон вдруг выпустил руку. Гай с облегчением выдохнул, поспешно попятился и согнулся, прижимая руки к животу.

— Все равно он настоящий воин, — широко улыбнулся Марк и взял ворона так, чтобы тот не достал до его рук. — Заберем его домой и воспитаем. Я слышал, что вороны умные. Научим разным трюкам и возьмем с собой на Марсово поле.

— Ему нужно имя. Что-то воинственное, — проговорил Гай.

— Как зовут того бога, который летает в виде ворона или ходит с ним на плече?

— Не знаю. По-моему, это греческий бог. Может, Зевс?

— А у него не сова?

— Не помню, у кого из них ворон, у кого — сова, но Зевс — подходящее имя.

Мальчики улыбнулись друг другу. Ворон затих и с притворным спокойствием завертел головой.

— Ладно, пусть будет Зевс.

Через поля они отправились в поместье. Марк крепко сжимал птицу в руках.

— Нужно найти, где его спрятать, — сказал он. — Твоя мать не любит, когда мы ловим животных. Помнишь, что было, когда она узнала про лису?

Гай поморщился, глядя под ноги.

— Рядом с конюшней есть пустой курятник. Можно оставить его там. Что едят вороны?

— Мясо, наверное. Они едят мертвых на полях брани… или это вороны? Все равно, возьмем объедков с кухни и посмотрим, что он будет есть. Как-то накормим.

— Нужно, пока обучаем, привязать его за ноги, а то улетит, — задумчиво сказал Гай.

Тубрук беседовал с тремя плотниками, которых позвали починить крышу поместья. Заметил, как мальчики входят во двор, и жестом позвал их к себе. Удрать не получится — они понимали, что Тубрук не даст им сделать и пары шагов, хотя управляющий отвернулся к рабочим и как будто не обращал на детей внимания.

— Я не отдам Зевса! — резко прошептал Марк.

Гай успел только кивнуть — они уже подошли к Тубруку.

— Я подойду через пару минут, — сказал Тубрук плотникам, и те взялись за работу. — Снимайте пока черепицу отсюда.

Он повернулся к мальчикам.

— Это что такое? Ворон? Наверное, больной, раз вы его поймали.

— Мы поймали его в лесу. Выследили и сбили, — возразил Марк.

Тубрук улыбнулся и протянул руку, чтобы погладить длинный клюв. Силы птицы, похоже, иссякли, она тяжело дышала, почти как собака, между твердыми половинками клюва виднелся тонкий язык.

— Бедняга, — пробормотал Тубрук, — испугался. Что вы с ним собираетесь делать?

— Его зовут Зевс. Мы его приручим, как сокола.

Тубрук медленно покачал головой.

— Дикую птицу нельзя приручить, мальчики. Сокола специальные люди выращивают из птенца, и все равно он остается диким. Даже лучший знаток своего дела потеряет птицу, если она улетит от него слишком далеко. Зевс — взрослая птица. Если оставите его у себя, он умрет.

— Мы можем посадить его в один из старых курятников, — не унимался Гай. — Теперь там ничего нет. Будем его кормить и пускать полетать на привязи.

Тубрук пренебрежительно фыркнул:

— А вы знаете, что станет с дикой птицей взаперти? Она не вынесет плена. Особенно в таком крошечном пространстве, как курятник. Это сломит ее дух, и от тоски птица начнет выщипывать собственные перья. Она откажется от пищи и будет только мучить себя, пока не умрет. Зевс предпочтет смерть. Самое лучшее, что вы можете для него сделать, — это отпустить. Вряд ли вы смогли бы его поймать, не будь он болен. Наверное, он и так умирает. Дайте ему провести хотя бы последние дни в лесу, на свежем воздухе, там, где его родина.