Правда и мифы о спецназе - Игорь Прокопенко

Этим двум деятелям уже тесно стоять рядом. Тараки понимает — схватка еще впереди. Амин ждет своего часа. Теперь между ними глубокая пропасть вражды. Пока пожилой вождь упивался властью, молодой и энергичный Амин готовил заговор, он мечтал стать первым человеком в стране.

В начале сентября 1979 года Тараки приезжает в Москву. Его встречает Брежнев. Предстоит долгая беседа в Кремле. Леонид Ильич знает о противоборстве в НДПА и лично предупреждает своего гостя о планах Амина.

Хафизулла Амин — афганский государственный, политический и партийный деятель.

Встревоженный Тараки срочно прерывает визит в Москву и на следующий день прилетает в Кабул. Газеты пестрят заголовками — несмотря на теплый прием в Москве, афганский лидер вернулся домой. События принимают роковой оборот. Следует арест Тараки. Кремль пытается как-то спасти ситуацию. Брежнев прямо просит Амина не убивать конкурента и получает заверение, что все будет хорошо. Вечером того же дня Тараки задушат подушкой. Позже убийцы Тараки сдались советским военным властям и дали показания во всех деталях. Выяснилось, что после выполнения приказа Амина они тайно вывезли труп Тараки и захоронили. А чтобы окончательно скрыть следы преступления, расправились с теми, кто принимал участие в этих тайных похоронах. Концы в воду. Они сами расстреляли этих свидетелей. Теперь Амин — единоличный правитель Кабула. Кабула, но не всей страны. Тех, кто не хотел идти к светлому будущему, расстреливали уже тысячами. Идеи марксизма-ленинизма, замешенные на восточном деспотизме, обернулись трагедией — Афганистан погружался в чистки, репрессии и террор. В кабульской тюрьме «Пули Чархи», построенной французскими архитекторами, за несколько месяцев, к декабрю 1979 года, уничтожили 12 тысяч человек, ее земля и сегодня сочится кровью. Кровью бывших соратников и возможных конкурентов. Здесь мог оказаться и один из лидеров противоборствующей партийной фракции — Бабрак Кармаль.

Этому человеку в 1979 году было 50 лет, он родился в семье генерала афганской армии. Закончил лицей и поступил на юридический факультет Кабульского университета, где впервые познакомился с марксистскими идеями. В НДПА был лидером фракции «Парчам «Знамя». В разное время занимал высокие государственные посты.

Еще в 1978 году Кармаля сместили со всех постов и отправили чрезвычайным послом в Чехословакию. Это и спасло его от неминуемой смерти. Но Амин был способен долго идти по следу своей жертвы.

Леонид Богданов, в 1979 году руководитель представительства ПГУ КГБ СССР в Кабуле, вспоминал: «Амин дал указание направить группу из двух-трех человек в Чехословакию для ликвидации Кармаля Бабрака. Эта информация была получена нашей резидентурой, передана в Москву, Москва информировала по этому вопросу чехословацких друзей. Чехи, в связи с этой информацией, перевели Кармаля Бабрака практически на нелегальное положение, он уже не мог исполнять обязанности чрезвычайного и полномочного посла, а был помещен ими где-то на одной из загородных вилл».

В материалах с грифом «Совершенно секретно» сообщалось: «1 апреля 1979 года. После победы Апрельской революции при решении как внутрипартийных, так и государственных вопросов часто допускались перегибы, неоправданные репрессии, имело место сведение личных счетов. В ходе расследования дел арестованных допускалось насилие».

Насилие. Дикость. Революционный запал. Новая власть под предлогом освобождения женщин срывала с них паранджу. Ставших на защиту или отказавшихся подчиниться уничтожали. В Афганистане мулла больше чем священнослужитель, но официальный Кабул объявляет войну духовенству. За один день, по приказу Амина, расстреляно 300 мулл. Для этих крестьян Коран был понятнее и ближе, чем «Капитал» Маркса. Идеи социализма плохо приживались на этой земле. Пока в афганской столице гремели лозунги и развевались красные стяги, в глухих кишлаках с именем Аллаха все чаще стали поднимать зеленые знамена. Исламская оппозиция собирала все больше сторонников, и вскоре полыхнула гражданская война. Пролитая кровь сливается в реки крови.

Валентин Варенников, который в 1979 году был первым заместителем начальника Генштаба МО СССР, утверждал: «Некоторые говорят, в том числе наши горе-историки и политологи различного рода, что вот мы пришли, принесли войну в Афганистан. Ничего подобного. До нас война гражданская шла более полутора лет. То есть с апреля 1978-го, когда произошла Апрельская революция, что было для нас как гром среди ясного неба.

Афганистан знал и другую жизнь. Его народ созидал, и в крупных городах возводились современные здания, промышленные объекты. Но все равно здесь был свой уклад и свои многовековые традиции».

Когда-то, в 1960-е годы, наши делегации встречали дружественными лозунгами. История советско-афганских отношений хранит многие эпизоды сотрудничества. Вот молодой Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев принимает афганского монарха короля Захир-Шаха. И хотя пик масштабного сотрудничества пришелся на 60–70-е годы ХХ века, еще с конца 1950-х по всему Афганистану работали тысячи наших специалистов — военные и гражданские советники, врачи, учителя, строители. При слове «шурави» — «советский» лица афганцев озарялись улыбками. Тогда никто не мог предположить, что настанет время, когда кто-то из этих афганцев будет убивать наших солдат. Тоннель под перевалом Саланг. На строительстве этого уникального сооружения работали московские метростроевцы. Построенная ими дорога пересекала всю страну с севера на юг и стала основной транспортной артерией. По ней из Советского Союза сюда шла помощь. Этой же дорогой в декабре 1979-го из Советского Союза пойдут первые армейские колонны. И вскоре Саланг назовут «горлом Афганистана». К этому горлу моджахеды приставят нож, и тогда из дороги жизни Саланг превратится в дорогу смерти. Там будут жечь нашу технику, а в ней заживо гореть сыновья тех, кто совсем недавно строил мирную жизнь в Афганистане. Тогда, в 1979-м, в тиши кремлевских кабинетов те, кто готовил это вторжение, должны были просчитывать и такой результат — Восток дело тонкое и кровавое. Злая ирония в этой истине.

1979 год памятен не только сменой власти в Афганистане, но и Исламской революцией в Иране. Новый лидер этой страны аятолла Хомейни называл США главным врагом.

Американцы стремительно теряли позиции в Центрально-Азиатском регионе. Еще накануне иранских событий, в январе 1979 года, стремясь сохранить баланс, США перебросили в зону Персидского залива дополнительные силы. В Индийском океане курсировали авианосцы седьмого флота. Палубная авиация могла дотянуться не только до Ирана, но и до глубинных районов Сибири. 2 декабря 1979 года ТАСС сообщало: «Общее число американских военных кораблей у берегов Ирана будет доведено до двадцати одного. Среди них пять американских ударных авианосцев». Москва предпринимает ответный шаг. На территории Среднеазиатского военного округа вблизи афганской границы проходит мобилизация, а затем близкие к боевым учения двух советских дивизий.

Сейид Рухолла Мостафави Мусави Хомейни, или Имам Хомейни, — иранский политический деятель.