Обманчивый рай - Дмитрий Ольшанский

Послышался звон разбивающегося стекла.

– Безмозглая рабыня! – закричал Али-бей. – Что ты наделала! Ты хоть знаешь, кто я такой и что могу с тобой сделать?

– Видела индюков и почванливее тебя! – резко ответила Ариана. – Да и к угрозам мне не привыкать. А ты лучше отпусти мою руку не то…

Девушка не успела договорить – Али-бей со всего размаху ударил ее ладонью по лицу. Ариана отпрянула в сторону, но мучитель крепко держал ее за руку.

– Еще смеешь дерзить мне, дрянь? – угрожающе прошипел сановник. – Посмотрим, как ты запоешь, когда я доберусь до твоей сестры.

Он замахнулся снова.

– Не смей ее трогать! – крикнул я, выскочив из своего укрытия.

Али-бей остолбенел от неожиданности, однако разобравшись кто перед ним, быстро пришел в себя.

– А это ты, – ухмыльнулся он. – Как раз вовремя. Значит, посмотришь, как я буду учить твою рабыню вежливости.

– Подыщи для своих уроков кого-нибудь другого, – сказал я, подходя ближе.

Али-бей расхохотался.

– Не тебе, жалкий гяур, указывать мне, что делать! Она оскорбила меня и должна получить свое наказание!

Он дернул Ариану за руку, подтаскивая ее к себе.

– Я предупреждаю тебя в последний раз, – проговорил я, сжимая кулаки. – Отпусти ее или…

– Что здесь происходит? – услышал я голос Мехмеда.

Принц стоял перед нами, заложив руки за спину, а позади него возвышалась грозная фигура Омара.

Али-бей побледнел, однако руку девушку не выпустил.

– Шахзаде, – залепетал он, подталкивая Ариану вперед, – эта девка посмела оскорбить меня, вашего верного слугу, а когда я попытался успокоить ее, подбежал этот неверный и стал мне угрожать.

– Ты лжец! – надрывисто крикнула Ариана. – Каждое твое слово пропитано ядом лжи!

Мехмед поднял руку, призывая всех замолчать.

– Эта девушка принадлежит Константину, – рассудил принц, – и если она совершила какую-нибудь ошибку, то следовало рассказать об этом ему. А уже Константин пусть сам изберет для нее наказание.

– Шахзаде, но как же так!.. – запротестовал хранитель покоев.

– Я все сказал. – Мехмед пошел прочь, однако янычар оставался на месте до тех пор, пока Али, бормоча под нос ругательства, не выпустил руку Арианы.

Краем глаза я успел заметить осколки стекла на полу беседки. Али-бей тут же проследил за моим взглядом, занервничал и быстро пошел прочь.

Однако Омар не двигался с места и продолжал смотреть на Ариану, словно позабыв о своем первейшем долге – неотступно следовать за принцем Мехмедом. Девушка быстро уловила пристальный взгляд янычара, но едва их глаза встретились, тень смущения пробежала по лицу воина, и он поспешил прочь.

– Береги свою женщину, Константин, – негромко произнес Омар, проходя мимо меня. – Если ты причинишь ей боль, клянусь, я собственноручно отправлю тебя в адское пекло Джаханнама[70].

Не дожидаясь ответа, Омар устремился вслед за Мехмедом.

– Спасибо, что заступился за меня, – прошептала Ариана, едва мы остались наедине.

– Благодари не меня, а шахзаде, – отозвался я. – Но зачем ты встречалась с этим мерзавцем тайком от меня?

– Мы встретились случайно… – Краска залила лицо девушки, она совсем не умела лгать.

– Не нужно обманывать. Я слышал почти каждое слово.

Она испуганно посмотрела на меня.

– Обещай, что ты не расскажешь об этом Мехмеду.

– Обещаю, – кивнул я. – Если это, конечно, не угрожает его жизни.

Ариана убрала непослушный локон со лба и огляделась – поблизости не было ни единой души.

– Этот бей каким-то образом нашел мою сестру, – сказала она. – Он знает и про нее, и про мою семью, и про все, что случилось с нами после того, как нас разлучили.

– Он решил шантажировать тебя, – понял я. – И чего он хотел?

Ариана опустила голову.

– Он хотел, чтобы я добавила яд в твою еду, – промолвила девушка, опасаясь даже взглянуть на меня.

– Так значит, он решил пойти на убийство, – задумчиво проговорил я и вновь обратился к девушке: – Тот пузырек, что ты разбила… был приготовлен для меня?

– Да, – кивнула Ариана. – Я никогда не посмела бы…

– Я знаю.

Она посмотрела на меня с некоторым удивлением и благодарностью. Глаза совсем юной и прекрасной девушки, которой довелось пережить слишком много горя. Да, Ариана изо всех сил пыталась казаться сильной, уверяла других и себя, что не нуждается в защите. Но это был обман, и как я только не замечал этого раньше?

Не отдавая отчета своим действиям, я наклонился к ней, а она, будто давно ожидая этого, подалась вперед, и наши губы встретились. Сознание тут же заволокло пьянящим туманом, меня повело куда-то в сторону, а может быть, наверх, к сверкающим в небесах звездам? Я чувствовал ее горячее дыхание, нежное прикосновение рук и манящие изгибы молодого тела… и с трудом сохранял контроль над собой, но голос разума звучал все тише, уступая место желанию, которое человек обуздать не в силах, ведь он слаб и беспомощен перед зовом своей природы.

Два одиноких существа, давно не знавшие ни тепла, ни ласки, нашли в себе силы довериться друг другу и сгореть в этих жарких объятиях. Когда-то я читал об этом, но не верил, не знал, что так бывает и ныне дивился своему прежнему неверию.

Ариана могла убить меня, но вместо этого подарила новую жизнь, словно бы возродила мое тело, указав на его истинное предназначение и я был рад этому открытию, ибо сдерживал себя слишком долго.

Следующие несколько дней прошли, словно один дивный, чарующий сон, в котором стираются грани дня и ночи, реального и воображаемого, прошлого и будущего. И в эти несколько счастливых дней, Ариана подарила мне целый мир, в котором не было ни султанов, ни королей, ни долга, ни страха, ни отчаяния, а только мы – его полновластные обладатели и властелины.

Однако реальность немилосердна к мечтам и грезам.

На третий день у дверей моих покоев появился Омар.

– Мехмед желает тебя видеть, – сухо произнес он.

Мне не нужно было повторять дважды. Я вернулся в комнату, стараясь не нарушить чуткий сон Арианы и вместе с тем наслаждаясь ослепительной наготой ее прекрасного тела. Быстро одевшись, я вышел из покоев и, вместе с Омаром, спустился на крытую террасу дворца, где нас уже дожидался принц. Он стоял один, без охраны, без своей назойливой свиты и что-то странное читалось в его сосредоточенном взгляде. Лишь позже я заметил человека, в плотно облегающих кожаных доспехах. В остальном – он был одет во все черное – черный кафтан, черные штаны, черные сапоги, черный плащ. Черные вести – догадался я. Лицо незнакомца было обезображено страшными ожогами, а глаза не выражали абсолютно никаких эмоций.

Услышав шаги за спиной, Мехмед произнес, не поворачивая головы:

– Скажи,