Империя Хаоса - Грегори Киз

Движением руки разорвав связь, Адриана отошла от магического зеркала.

– У нас есть шансы на победу? – спросила она.

– Победа будет на нашей стороне, – с полной уверенностью заявил Эркюль. – При условии, что их вооружение будет выведено из строя. В моем распоряжении сто пятьдесят солдат, это значительно превышает их силы, если у них где-нибудь не спрятан резерв. – Он резко повернул голову в ее сторону. – Но вот что меня беспокоит. Куда исчезло все их войско? Здесь должна быть сосредоточена огромная армия.

– Мы сюда затем и прибыли, чтобы выяснить это, – ответила Адриана.

По магическому зеркалу пробежала радужная волна – знак того, что кто-то выходит на связь. Взмахом руки Адриана установила ее. Как она и ожидала, это был губернатор.

– У меня нет выбора, – произнес он. – Я сдаю город. Но я предупреждаю вас о последствиях, и хотя вы повелеваете всеми демонами ада, вам от их возмездия не уйти.

– Но я все же попытаюсь, губернатор, – ответила Адриана. – И чем раньше настанет час обещанных вами последствий, тем быстрее они будут устранены. Отзовите воздушные корабли и переведите под мое командование наземный гарнизон. Даю вам на это час времени.

– Адриана, – тихо сказала Креси, – посмотри.

Адриана повернула голову в ту сторону, куда был нацелен палец ее подруги: сверкая, вдаль уносилась желто-оранжевая дымка.

– Голицын, Сведенборг, митрополит.

– Колесо удаляется на очень большой скорости, – заметила Креси.

"Можешь остановить их, Уриэль?"

"Нет, сейчас я слаб. Мне было оказано… сопротивление. С этого момента я блокирован. Эта блокада может длиться до тех пор, пока не разрешится настоящая ситуация, или же до самой моей смерти. Я предупреждал, первое время я должен был оставаться здесь незамеченным".

"Но ты был нужен мне. – Адриана сделала паузу. – Спасибо тебе".

Уриэль не ответил.

Новая Москва оказалась городом-призраком. Им сразу бросилось в глаза, что улицы пусты и большинство домов оставлено жителями.

– Чума, наверное, народ выкосила или индейцы, – предположил Эркюль.

– Не гадай, лучше спроси об этом губернатора, – посоветовала ему Адриана.

Все постройки Новой Москвы были деревянными. Дом губернатора, здание управы и церковь с луковичными куполами своими большими размерами выделялись среди однообразных строений. Улицы были немощеными, грязь по колено. И стоял смрад, который когда-то поразил Адриану на улицах Парижа.

Их встретили губернатор и его приближенные, шпаги они держали плашмя – знак сдачи. Адриана наблюдала, как ее солдаты собирали оружие.

На поверку Римский-Корсаков оказался выше, чем предполагала Адриана, но нервничал он еще больше, чем в зеркале.

– Что вы с нами сделаете? – спросил он.

– Вас и ваших офицеров я посажу под домашний арест, вам будет запрещено пользоваться магическими зеркалами, эфирографами и прочими средствами связи. Хотя я уверена, что все они предусмотрительно выведены из строя. Вы пригласите меня в здание управы? Мы должны кое-что с вами обсудить.

Римский-Корсаков кивнул и пригласил войти.

Они расселись вокруг стола, губернатор распорядился подать чаю. Адриана сделала глоток и посмотрела прямо в глаза губернатору:

– Первый и самый важный вопрос: где основная часть войска?

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

– В городе должно быть в пять раз больше народу, чем есть сейчас. В казармах может разместиться около пятисот солдат, а их здесь всего пятьдесят. Не разыгрывайте передо мной наивного человека. Куда ушло войско? Пока мы с вами решали вопрос о сдаче крепости, в ста милях к северу отсюда моя разведка обнаружила еще одно поселение. Что это за поселение?

– Китайская крепость, там живут монголы.

– Там еще меньше народу, чем здесь. Почему? Они ушли туда же, куда и ваши люди?

Губернатор пожал плечами:

– В мои обязанности не входит расспрашивать китайцев, куда они отправляют своих людей. Спросите их об этом сами.

– Советую отвечать на вопросы, свинья, – проворчал Эркюль.

Губернатор дерзко глянул в его сторону, но промолчал.

– Он будет отвечать, Эркюль, – осадила его Адриана. – Все ушли на восток, вглубь континента. Это так, губернатор? И вы оказались беззащитным передо мной, потому что главные дела вершатся совсем в другом месте, не так ли?

– Какой изменник выдал вам это?

– Это только что сделали вы сами. Я всего лишь высказала предположение. – Адриана отвернулась от губернатора, чье лицо испуганно дернулось. – Эркюль, обыщи здесь все, а затем дом губернатора и церковь…

– Вы не можете осквернять храм! – выкрикнул губернатор.

– Мы не будем его осквернять, мы просто его осмотрим. Не забывайте, ведь я предана анафеме, значит, мне позволено кощунствовать, не так ли?

– За это будете гореть в аду.

– Вас ждет та же участь, если будете продолжать молчать. Бьюсь об заклад, если я попаду в ад, то обязательно и вас там встречу. Я не верю, что вы добродетельный человек. Что стало с царем? И какова в этом деле ваша роль?

– Я в этом деле не участвовал.

– Тогда расскажите мне все подробно и тем самым облегчите свою душу.

– Не буду ничего рассказывать.

– Я расскажу.

Все обернулись на голос. Адриана была крайне удивлена по трем причинам. Во-первых, человек, которого крепко держали два ее лоррейнских телохранителя, сказал это по-французски. Во-вторых, на нем была черная сутана иезуита. В-третьих, она знала этого человека.

– Пьер Кастильо!

Монах – человек лет сорока с худым, аскетическим лицом – удивленно заморгал глазами:

– Разве мы с вами знакомы, мадемуазель?

Он не узнал ее. Да и с чего он должен был ее узнавать?

– Да, но отложим это на другой раз. Вы что-то хотели нам рассказать?

– Не слушайте его! – выкрикнул губернатор по-русски. – Все, что он скажет, – ложь еретика.

– Либо замолчите, либо мне придется заставить вас замолчать! – прикрикнула на него Адриана.

– Не трогайте его, пожалуйста, – попросил Кастильо. – Он пешка во всей этой игре. Он ни за что не отвечает.

– На каждом из нас лежит ответственность, отец Кастильо. А теперь расскажите нам о царе.

– Его здесь нет. Он был здесь, а потом уехал.

Когда удивление ослабло, Адриана заметила, что Кастильо выглядит очень утомленным, даже в какой-то степени изможденным. И на лбу у него виднелась кровоточащая рана.

– Вас ранили мои солдаты? – спросила Адриана.