Слеза чемпионки - Ирина Роднина

Мне сейчас жить интересно. Во-первых, чувствую свою востребованность. Во-вторых, есть какие-то планы и идеи, которые реализуются. Не просто, сразу могу оговориться, совсем не просто. Но ничего в нашей стране легко не дается. Надо убедить, надо выжидать, надо надеяться. Любая, даже самая полезная инициатива всегда требует выхода на следующую ступень — государственное решение. Получить для нее финансы. Доказать, что на нужное дело. Это требует прорву времени и уйму работы. Значит, есть чем заниматься. В любом случае, это лучше, чем сидеть на своих медалях. Я знаю много женщин моего возраста, которые уже не первый год на пенсии. Да, я мало вижу внучку, но надеюсь, что я больше начну с ней общаться, когда она станет гугукать хотя бы на своем языке. Надеюсь, что она будет и не последней моей внучкой, очень хочется, чтобы появился и внук.

Я всегда боялась остановиться. Один раз я это состояние испытала, когда закончила кататься. Я посидела дома месяц с небольшим, и мне вдруг стало страшно, что темп жизни замедляется и что-то важное мимо меня теперь проходит. Очень четко мне сформулировала это состояние Клара Шагеновна Каспарова. Я как-то ее спросила: «Клара Шагеновна, ну как вы так можете жить — здесь суп в кастрюле кипит, здесь шахматную партию разбирают, тут люди ходят среди ночи, целый день какой-то колхоз». Я к ним попала в гости в советские еще времена, когда они жили в гостиничном номере представительства Азербайджана в Москве. Я смотрела на этот базар и не понимала: как так можно готовиться к чемпионату мира? Из одной комнаты в другую плов переносят, на кухне друзья сидят. В комнате Гарик заседает со своим тренерским штабом. Звонки бесконечные — то по поводу политики, то по вопросам бизнеса, то какая-то бакинская семья на улице без денег оказалась. Куда-то приходилось их всех пристраивать. Вот я ее и спросила: «Как так можно жить?» Она отвечает: «Ирочка, я один раз застонала и сказала Гарику, что я не могу, я устала. И Гарик с его прямотой сказал: «Мама, устала — сходи с поезда!» Он это говорит, а я совершенно четко себе представляю, что я осталась одна где-то на полустанке. И только вижу, как уезжает поезд и удаляется от меня последний вагон».

Вот то же самое испытала и я. Мне кажется, почему женщины так держатся за детей? Я в спорте добилась того, о чем даже не мечтала. Может быть, мне хотелось более интересных программ, чтобы со мной чуть-чуть по-другому работали, не только — прыгай, бегай, поднимай! Но все равно я, в общем, абсолютно удовлетворена. Мне было легко уходить, у меня уже Сашка был маленький. Женщина, если она нормальная, всегда понимает, что ребенок — ее продолжение, ее занятость, ее нужность. Женщина без ребенка жить не может, иначе в ее жизни возникает пустота. Кому-то она должна отдавать время, силы, тепло, любовь, знания. Цепляние за детей — это продолжение жизни. А когда они уходят, то, естественно, это означает: поезд ушел. Ведь с детьми мы проживаем другую жизнь. Мы с ними моложе становимся, потому что своя молодость прожита, но рядом молодость твоего ребенка. Они, честно говоря, нас еще и очень подталкивают. И с интернетом, и с модой, и с другими делами ты за ними тянешься. Я помню, как Алена закричала: «Мама, почему ты никак не можешь интернет освоить?» Я отвечаю: «Да черт его знает». Я никак не могла запомнить, на какую кнопочку нажимать. Она мне приклеила на клавиатуру красным — что не трогать, зелененьким — куда можно тыкать. Ну в общем дамор (дурак) я полный, дамор во всем, что касается техники. И этот ее последний крик: «Уже в Индии люди знают, как пользоваться интернетом!» Пришлось осваивать интернет, подтягиваться за ними.