Нереальность - Анна Платонова

Анна Платонова

Нереальность

Песочный человек

Дверь минивэна захлопнулась. Картер, не отнимая телефона от уха, обернулся и бросил назад:

– Кэсс, милая, будь аккуратнее.

– Да, папочка. Извини! – ответила девочка.

Она сложила куртку и рюкзак на соседнее сиденье и пристегнула ремень своего детского кресла.

– Пристёгнута!

Картер кивнул. Он всё ещё слушал собеседника, когда они выехали с парковки перед начальной школой «Светлые горизонты» и свернули в сторону залива. Картер с затаённым раздражением посмотрел наверх, в направлении шумящей над ними автострады. Дорога от начальной школы дочери пролегала далеко от скоростных шоссе, и теперь придётся плестись до самой Третьей улицы, чтобы добраться в северные доки, где его ждали весь последний час.

– Да, мистер Стоун, – ответил Картер умолкшему наконец собеседнику. – Мы успеем закончить работы по графику. Я знаю про инспектора и уже общался с ним. Вряд ли бюрократические проволочки смогут задержать нас надолго. – Он выслушал несколько фраз мистера Стоуна, закатил глаза, радуясь, что они общаются не по видеосвязи: заказчик был не то параноиком, не то перестраховщиком. – Я почти на объекте. Как только будут новости, я вам обязательно перезвоню.

Картер отключил звонок и убрал телефон во внутренний карман. Он думал только об одном: скорее бы закончить стройку и освободиться от заказчика. Мистер Стоун вечно лез не в своё дело, менял варианты планировки будущего офиса своей фирмы несколько раз в процессе строительства и по каждому малейшему возникшему сомнению звонил Картеру. Эти телефонные разговоры выматывали, а суета заказчика раздражала.

После узкой Третьей набережная Эмбаркадеро казалась практически взлётной полосой для толстопузых самолётов. Картер прибавил скорость и вздохнул свободнее. Через пару минут он свернул на Ховард и сразу же оказался у высокого серого забора с предупреждающими табличками «Вход воспрещён. Частная собственность».

Картер припарковал минивэн около громоздкого красного джипа, из открытого кузова которого торчали брусья и куски профиля, вышел, обошёл машину и открыл багажник, взял с пола белую строительную каску, надел, в коробке среди инженерных схем и геодезических планов нашёл нужный и сунул подмышку.

Картер уже поднял руку, чтобы захлопнуть багажник, как вдруг заметил светлую макушку дочери.

– Кэсс, – позвал он.

– Да, папочка.

– Мне нужно сходить поработать. Жди меня в машине, хорошо?

– Да, папочка.

– Вот и молодец, – пробормотал Картер, захлопывая багажник.

Он подошёл к джипу – это была машина прораба – и заглянул в кузов. Под белой парусиной лежало что-то объёмное.

– Чёрт побери, Дэвид! – ругнулся Картер, когда приподнял ткань и увидел, что именно там находится.

* * *

Кассандра смотрела папе вслед, пока он не скрылся за двойными дверями строящегося здания, окутанного лесами, а затем посмотрела наверх. Леса оплетали здание, заканчиваясь на высоте пятого этажа. Ветер пробовал легковесную конструкцию на устойчивость, заставляя её покачиваться, словно лодку на волнах. Редкие куски упаковочного целлофана, проглядывающие из-за лесов, развевались, напоминая Кассандре о праздновании Четвёртого июля, когда улицы были украшены флагами и их полотнища хлопали на ветру, добавляя в праздничную какофонию дополнительную ноту.

Особенно сильный порыв ветра поднял и бросил в окно машины несколько мелких камушков. Кассандра отстранилась от стекла. Зашумели леса, прогибаясь под напором ветра.

Кассандра подумала о том, что, наверное, надо быть очень бесстрашным, чтобы ходить там, на самом верху, а ещё немного о том, что сверху, должно быть, видно даже западный берег Окленда. Бросив ещё один взгляд на самую высокую площадку лесов, Кассандра дотянулась до переднего сиденья и достала из кармана планшет и наушники.

Из рюкзака рядом с ней раздался скрип и тихий шорох, похожий на скрежет когтей о дерево.

– Не сейчас, Санда! – бросила девочка, не повернув головы. – Папа занят. Ему некогда.

Она была готова надеть наушники, но на мгновение задержалась и прислушалась. Санда в рюкзаке затих – значит, был с ней согласен.

Кассандра надела наушники и включила мультфильмы. Пока играла весёлая заставка, девочка ещё раз посмотрела в окно. Обычно папа задерживался на работе надолго, она успеет посмотреть несколько серий целиком. Кассандра бросила взгляд на рюкзак, и губы её сжались в тонкую розовую линию – совсем как у папы, когда он был чем-то недоволен.

Кассандра вздохнула и решила, что времени до сна ещё полным-полно, папа успеет увидеть её сегодняшнюю работу.

* * *

За неполных два часа Картер успел разобраться с претензиями пожарного инспектора, внести изменения в план работ, отдать новые распоряжения работникам и поругаться с прорабом – старик Дэвид Джонсон взялся за халтурку неподалёку от их основного объекта.

Картер вернулся к машине раздражённый самой перспективой того, что его сотрудник будет пропадать в течение дня неизвестно где. Переубедить Джонсона не удалось. В итоге Картер пригрозил ему увольнением, в которое и сам не верил: старик был лучшим прорабом, с которым ему доводилось работать и, кажется, он сам об этом знал. В любом случае, угроза увольнения его не напугала.

Картер бросил каску в багажник, заглянул в салон и не увидел дочери на месте.

– Кэсс, – позвал он.

Ветер прошелестел по гравию, поднимая в воздух пыль и мелкую крошку. Заскрипели леса. Раздался чей-то крик. Картер обернулся. На стройке переругивались двое рабочих.

Площадка перед зданием была пуста. Леса, кажется, тоже.

– Кэсс! – громче позвал Картер.

Из-за джипа Дэвида Джонсона выскочила растрёпанная Кассандра.

– Иду, папочка! – Она подняла на него ярко-голубые глаза, светящиеся от радости, и обстоятельно сообщила: – Там у оврага щенки, пап! Маленькие. Три штуки.

– В машину, живо.

Картер открыл заднюю дверцу и подождал, пока дочь заберётся внутрь. Ему совсем не хотелось выслушивать ни о каких щенках, ни о овраге, ни даже о том, почему Кассандра нарушила наказ и вылезла из машины. Хотелось домой. Предстояло много работы.

Он сел за руль, занятый мыслями о том, что предстояло сделать именно сегодня: изменить схему проводки, проверить смету – скорее всего и её изменить, – созвониться с заказчиком.

– Чёрт!

Картер вспомнил про обещание позвонить Стоуну, как только он разберётся с требованиями пожарного инспектора. Он мысленно прикинул, что сначала ему придётся позвонить и сообщить про изменения, затем позвонить повторно и сообщить про изменения сметы и, возможно, о сдвинувшихся сроках. Нет, определённо, два раза за вечер выслушивать гундёж Стоуна он не был готов. Решено: позвонит ему после того, как изменит смету.

Картер вдруг подумал о том, как семь лет назад он был никому не известным инженером. Тогда у него не было крупных заказчиков и