Черный Дождь - Карл Ольсберг

— Ты права. Так менее заметно.

Пару минут спустя они стояли в освещенном неоновым светом коридоре перед дверью квартиры Паули. Фабьен уже хотела было нажать на кнопку звонка, но вдруг засомневалась. Что, если этот тип действительно похитил Иви? Возможно, он прячет ее в подвале или сарае где-нибудь на территории старой фабрики. Как тогда двум женщинам справиться с ним?

— Может быть, нам все-таки стоит обратиться в полицию?

— Глупости! — отрезала Нора. — Сейчас я ему задам!

Она достала из кармана газовый баллончик и спрятала руку за спину. Прежде чем Фабьен успела остановить ее, Нора позвонила в дверь. Ее лицо выражало безжалостную решимость.

— Да? — спросил Паули, открыв дверь.

Нора наставила на него баллончик.

— Где моя дочь? — закричала она, — Что ты с ней сделал, свинья?

Паули отреагировал мгновенно. Он схватил и выкрутил ей руку. Баллончик упал на пол.

— Радуйтесь, что я не тот, кого вы ищете, — спокойно сказал он.

— Отпустите меня! — крикнула Нора. — Вы делаете мне больно!

Фабьен решила воспользоваться шансом.

Отстранив его, она протиснулась в квартиру.

— Ивонна!

— Эй! — возмутился он. — Что вы делаете? Вы не имеете права этого делать!

Не обращая внимания на его протесты, Фабьен открыла дверь в конце небольшого коридора. Гостиная выглядела пустой и нежилой. Из мебели были только диван, журнальный столик и пара низких книжных шкафов. На подоконнике в горшке зеленело одинокое растение. Рядом с цветком лежала пара биноклей и продолговатая черная штуковина с похожей на пистолет рукояткой, соединенная с небольшим электрическим устройством. Чем-то эта штука напомнила ей фильмы о секретных агентах.

— Ивонна?! — снова позвала она, но никто не отозвался. Полуоткрытая дверь вела в спальню. Постель была застелена, окно закрыто, а тяжелые темные шторы задернуты, из-за чего в комнате царил полумрак. Тянуло затхлостью. На стене рядом с дверью стоял небольшой стол с ноутбуком и лазерным принтером. Вся стена над столом была увешана фотографиями, приколотыми к обоям из древесной стружки. Фабьен поморщилась, вглядываясь в фотографии. Она скорее почувствовала, чем услышала шаги Паули у себя за спиной. Он стоял, склонив голову. Вошла Нора и с любопытством посмотрела на фотографии.

— С ума сойти! — воскликнула она.

— Что это? — спросила Фабьен.

— Это… не то, что вы думаете, — замялся Паули. — Я просто наблюдаю. Я ничего никому плохого не делаю. Честно!

— Ты извращенец! Вуайерист! — закричала Нора, хотя ни на одной из фотографий не было обнаженного тела.

Паули опустился на кровать.

— Я… — начал он. Затем резко мотнул головой. — Вам не понять.

Он сидел на кровати, виновато опустив глаза. И глядя не него, Фабьен вдруг поняла, как он одинок и изолирован от всех людей, за которыми наблюдает. В ее памяти всплыла и легла на его образ одна из карт Таро. Фабьен вдруг показалось, что перед ней на кровати — старик с посохом в одной руке и фонарем — в другой.

— Я ошиблась, — сказала она. — Это был не он.

— Откуда ты знаешь? — возразила Нора, явно не желая мириться с тем, что они не продвинулись ни на шаг.

— Этот извращенец тайно следил за нами несколько месяцев! Вот, там ее фотография. Макс на ней тоже есть! Его место — в психушке!

— Возможно, я смогу помочь вам найти вашу дочь, — тихо сказал Паули.

Нора недоверчиво посмотрела на него.

— Помочь? Как вы нам поможете.

Он поднял голову. Ему было стыдно, и это читалось в его глазах, но он выдержал ее взгляд.

— Я детектив, работаю в фирме по защите от промышленного шпионажа. Я долгое время наблюдал за жителями этого квартала, изучил их привычки и ритм жизни. Я признаю, что это сомнительно с моральной точки зрения, но уж так оно есть.

— Ты знаешь, где Ивонна, или нет? — воскликнула Нора.

— Точно не знаю. Но есть подозреваемый.

— Кто? Где она?

Кажется, отчаяние Норы сменилось приступом внезапной радости. Фабьен боялась, что в следующий момент подруга бросится Паули на шею. Не исключено, что последствия могут оказаться для нее весьма болезненными.

— Нет, так не пойдет, — вдруг твердо заявил он. — Я не пущу вас к нему.

— К кому? — вскричала Нора. — Говори уже, ублюдок!

На это Паули никак не отреагировал.

— Немедленно возвращайтесь к себе. Я буду у вас не позднее чем через пятнадцать минут, либо с вашей дочерью, либо без нее. Но туда я пойду один.

Нора всхлипнула.

— Я не могу этого вынести.

Фабьен обняла ее.

— Все в порядке, пусть он сам сходит. Ты видела, что он способен справиться с соперником.

Она обернулась к Паули.

— Если вы врете, я расскажу всем жильцам, что здесь увидела. Уверена, они не обрадуются.

Паули кивнул в знак согласия.

— Не могу обещать, что найду девочку. Но я попытаюсь, не сомневайтесь!

6

На одеревеневших ногах Леннард Паули проводил обеих женщин, закрыл дверь, прислонился к ней и сделал глубокий вдох. Его лоб был влажным. Теперь он ничего не мог изменить. В принципе, он всегда знал, что рано или поздно его раскроют. Ему повезло, что о его секрете узнали эти две женщины, а не какой-нибудь ревнивый муж. Впрочем, нет, лучше бы ему намяли бока и выбили пару зубов. Самым ужасным было то, что первой увидела фотографии именно Фабьен Бергер. Худшего он и представить себе не мог. Отвращение, которое читалось в ее глазах, потрясло его до глубины души. (Почему он был настолько глуп, что оклеил снимками стену!) У него никогда не бывало гостей, но ведь стоило ожидать, что кто-то рано или поздно зайдет в квартиру.

Леннард принялся срывать фотографии со стены, как будто от этого что-то зависело. Покончив с этим, он собрал свои инструменты и вышел из квартиры. Его целью была квартира на третьем этаже. На табличке значилось «Штефан Хинтерманн». Он нажал на кнопку звонка, но, как и ожидалось, никто не ответил. Вероятно, Фабьен Бергер уже была здесь и ей тоже никто не открыл. Леннард приложил ухо к двери — изнутри доносилась музыка, кажется, по радио. Он позвонил снова, а через минуту достал устройство, похожее на маленькую дрель на батарейках, и вставил его в замок. Не прошло и пятнадцати секунд, как дверь распахнулась. Домоуправление не позаботилось о том, чтобы снабдить квартиры надежными замками. Убрав инструмент обратно в карман, он тихо проник в маленький коридор. В лицо пахнуло плохо проветриваемым