Момент касания орбит - Anna Xiwang

Ребята следовали за мной по пятам. Все встали возле столика, и тут же перед нами появилась бутылка виски, сладкий китайский чай в бутылочках, тарелка с фруктами и помидорами черри, пять бокалов и лёд. Все с удивлением рассматривали содержимое стола. Будто им не алкоголь в клубе принесли, а неизведанные деликатесы.

– И что? Так теперь будет всегда? – с огромными глазами, стараясь перекричать музыку, спросил Ник.

– Да, – я кивнула, – это стандартный бесплатный набор для столика с иностранцами.

– Матерь божья, я в раю! – выкрикнул Эндрю. Все рассмеялись.

– А когда мы допьём эту бутылку? – с недоверием спросил Иса и потянулся к виски.

– Нам принесут новую, – ответила я.

Эндрю лишь благоговейно прижал руку к сердцу.

– А что тут делают помидоры? – спросил Ник, в его глазах всё ещё стояло удивление.

– Помидоры в Китае подают к фруктовой тарелке, чисто технически ведь это ягода. Здесь они сладкие, с виски, кстати, в самый раз.

– Матерь божья… – спокойно проговорил Иса. – Я буду закусывать виски помидорами…

Все засмеялись снова и начали разливать алкоголь и сладкий чай по бокалам.

– Ну что, за первый выход в свет, – гордо заявил Эндрю и поднял бокал вверх.

– Ура! – крикнула вся компания, и каждый сделал первый глоток.

– Недурно… – заметил Иса. – Никогда бы не подумал, что виски можно смешивать с безумно сладким чаем из бутылки.

Каждый из нас наслаждался своим китайским коктейлем в руках, с интересом разглядывая помещение и окружающих людей.

– О, поверь, совсем скоро эта смесь станет вкусом твоей молодости, – улыбаясь, сказала я.

Знаешь, Лапуля, я ведь была чертовски права в тот момент. Виски с китайским чаем до сих пор – не что иное, как вкус моей молодости. Я могу забывать имена, обстоятельства и кучу всего другого, но этот вкус до сих пор на подкорке.

Мы с Джулс почти сразу ушли танцевать ближе к сцене. Парням необходимо было расслабиться, разведать обстановку. Хоть я и приоделась, но всё же не тешила себя надеждами найти здесь кого-то. Ночная жизнь давила на меня весом воспоминаний о Ти, о том, как мы могли танцевать с ним до утра, целоваться в перерывах, гулять по пустым улицам Харбина до самого рассвета и ждать на ступеньках маленького ресторанчика девяти утра, чтобы насладиться горячим супом с лапшой.

– Эн, ты в порядке? – чуть касаясь меня в танце, спросила Джулс.

– Да, конечно, – ответила я. – Просто накатили воспоминания.

– Милая, это уже прошлое, сейчас пора творить что-то новое! – услышала я её ответ среди битов громкой музыки.

Конечно, я уже успела рассказать о своём разбитом сердце новой подруге, пару раз перед ней поплакать и выкурить бесчисленное количество сигарет на балконе моей комнаты в общежитии.

Каждый раз, когда я плакала перед ней, она твердила:

– Плакать – это прекрасно. Это как оргазм для души.

И в какой-то момент, совсем неожиданно для меня, она вдруг поставила для себя цель – найти мне парня.

– Тебе нужен «Суперклей», – заявила тогда Джулс. – Который соберёт и склеит каждый твой осколочек сердца… ну и секс, конечно, помимо клея нужен секс…

Подруга взяла меня за руку и с хищным взглядом повела в центр танцующей толпы.

– Джулс, не слишком ли рано для охоты? – спросила я.

Она медленно разворачивала меня, сканируя при этом каждого парня вокруг.

– Попался! Прямо у тебя за спиной, в сером лонге и бейсболке. С виду русский. Вперёд! – она слегка оттолкнула меня, и я попятилась назад, теряя равновесие.

В этот момент я ощутила лёгкое касание рук на своих плечах.

– Ой, аккуратно… – русская речь?

Я обернулась и увидела перед собой типичного славянского парня: с коротким ёжиком, который прикрывала кепка, и карими глазами. Лёгкая щетина, оверсайз-лонг с треугольным вырезом и безобразные рэперские штаны. Взгляд его был мутным, липким, а улыбка – слишком уверенной.

«Календарный красавчик», – мелькнуло у меня в голове.

– Прости, – успела я выдавить из себя. – Я случайно.

– Ничего, – он улыбался ещё сильнее, его ямочки на щеках были явно предназначены только для того, чтобы сводить женщин с ума. – Такая девушка не может танцевать одна.

Он обнял меня, его движения были отрепетированно плавными, будто он проходил курс «Соблазнение в ночном клубе». Его ладонь на моей спине лежала слишком тяжело, обозначая владение.

– Кажется, этот танец не совсем подходит для подобной музыки, – еле дыша, сказала я.

– Расслабься, – просипел он прямо в ухо. – Музыка у нас может быть своя. – В этот момент я почувствовала его дыхание на своей шее. – Ведь это просто фон, главное – химия.

Но химии между нами явно не было. Его странная, будто отрепетированная пикап-речь резала ухо.

Прошло пару песен, а может, и больше – время в этих некомфортных объятиях потеряло привычную скорость. Его руки властно скользили по моей спине, и в какой-то момент я поймала себя на мысли, что мне не хватает воздуха.

– Прости, мне нужно передохнуть и прополоскать горло, – выдохнула я, указывая в сторону нашего столика, где, как мрачный страж, застыл Эндрю.

– Без проблем, – незнакомец отпустил меня, пальцы его рук были удивительно холодными, как у рептилии, и мне стало чуть менее тревожно. – Буду на улице.

Я кивнула и направилась к Эндрю, который провожал меня взглядом. В нём читалась целая гамма чувств – от беспокойства до немого осуждения.

– Ну что, мамочка, – проговорил он, смакуя каждое слово, – быстро ты управилась. Уже нашла себе… парня. – На последнем слове его лицо скривилось, будто он уловил запах тухлой рыбы.

– Спокойно, рыцарь, – усмехнулась я. – Просто развлекаюсь и тебе советую.

Потянувшись через стол, я взяла бокал и наполнила его сначала виски, а затем чаем в соотношении 50 на 50.

– Второй бокал за два часа. Разве это ты называешь весельем? – малыш Эндрю явно бросал мне вызов.

– О, Эндрю, тебе не победить меня в этом деле. Годы тренировок и мой адаптированный желудок под местный алкоголь возьмут верх, а тебе завтра будет очень плохо.

– А я рискну! – вскинув подбородок и свой бокал, заявил он.

– Ну, ты сам напросился, – засмеялась я, допивая вторую порцию.

Примерно через час мы с Эндрю всё ещё стояли за столиком и уже даже сбились со