История Глории - Стейс Крамер

– Валим! – кричат они.

Стив пускается вдогонку, но затем останавливается и смотрит на меня.

– Тебе руку дать или как?

Я с трудом поднимаюсь сама. Отряхиваю грязь с платья.

– Сейчас ты тоже за мной не следил?

– Я просто шел к автобусу.

Во мне смешиваются чувства неприязни к нему и благодарности за то, что он спас меня.

– Слушай… я поняла, ты меня ненавидишь, поэтому давай будем игнорировать друг друга?

Стив не отвечает мне. Он лишь медленно приближается ко мне и смотрит мне в глаза.

– Что? Что еще? Давай, говори, какая я страшная, как тебя воротит от меня! Ну же, давай! – кричу я, но в этот момент Стив прижимает меня к себе и целует. Я, в недоумении отталкиваю его.

– …и что это значит?!

– Это значит, что я последний идиот.

«Ты можешь понравиться только последнему идиоту», – всплывает у меня в памяти. Стив сейчас кажется совсем другим. Он ждет от меня ответной реакции, но я стою в оцепенении. Зачем он ко мне придирался все утро, издевался, унижал, неужели таким образом он пытался скрыть свои чувства?

– …я не сказала тебе спасибо.

– Забей.

Я беру его за руку.

– Стив, прекрати играть в злобного блондинчика. Я чувствую, что где-то там, внутри, ты очень хороший, но скрываешься под маской.

Он долго смотрит в мои глаза.

– Господи, как меня угораздило влюбиться в малолетку?!

Мы отходим друг от друга. Все снова возвращается на круги своя.

– Действительно! Ты же у нас такой красавчик, ловелас, все девушки тебе под ноги бросаются.

– Вот именно, ВСЕ, но не ты…

Стив идет вперед.

– Автобус в другой стороне, – говорю я.

– Я хочу продолжить игру.

Я подбегаю к нему.

– Может, не стоит?

– А ты представь, что было бы, если бы я не шел за тобой?

Да уж, эти сволочи могли сделать со мной все, что угодно, и мне даже не хочется об этом думать.

– Ну, и куда мы идем?

– Я видел, как один из них побежал в бар на углу.

Через пять минут мы оказываемся именно в том самом баре. Во мне кипит ярость и бушует небывалая ненависть ко всем ублюдкам, что здесь собрались.

– Вон он, – говорит мне Стив, и я вижу одного из тех, кто ко мне приставал. Он уже целуется с какой-то девкой около туалета.

Стив сжимает кулаки, но я останавливаю его.

– Подожди. Я сама с ним хочу разобраться.

– У-у, малышка, ты не перестаешь меня удивлять.

– Дай мне пистолет.

Стив покорно отдает мне оружие, и я направляюсь к уборной. Толкаю в плечо отморозка.

– О, это снова ты. Присоединишься к нам?

Я фальшиво улыбаюсь, открываю дверь туалета, он заходит туда, я следую за ним.

– Пошла вон, – говорю я шлюхе, которая минуту назад обжималась с ним.

Закрываю дверь, тот уже снимает с себя штаны.

– Ну давай, раздевайся, – я замечаю, что у него нет одного переднего зуба. На вид этому мужлану лет тридцать, не описать сейчас, как же мерзко мне здесь с ним находиться. Я выставляю пистолет вперед. У него чуть глаза на лоб не вылезли.

– Эй, ты чего?..

Я молчу. Мои руки дрожат, но не от страха, а от злости, которая бушует во мне. Он мелкими шагами приближается к двери.

– Стоять! К стене, быстро!

– Что я тебе сделал? Я не хотел к тебе приставать, это все они!

Я замечаю в кармане его штанов бумажник, достаю его – денег ни гроша.

Затем я вижу под прозрачной пленкой бумажника маленькую фотографию, на ней изображен он, видимо, женой и ребенком. В моей голове сразу всплывает лицо отца. Этот отморозок точно такой же, как и мой отец, пока его жена и ребенок сидят дома и ждут его, он в это время развлекается и трахает баб. Как же я ненавижу этих тварей!

– Подонок… – говорю я.

– Забирай все, но не убивай меня! У меня ребенок!

Сволочь… только сейчас, похоже, он и вспомнил о нем.

Я размахиваюсь и ударяю рукояткой пистолета его в висок.

Тяжело выдыхаю.

Выхожу из уборной, в меня ударяет спертый воздух с запахом алкоголя и сигарет, я вижу, как Стив сидит за барной стойкой, но, увидев меня, сразу же идет вслед за мной.

Мы выходим на улицу. Я вдыхаю холодный воздух.

– Быстро ты его.

Я смотрю в сторону, Стив подходит ко мне.

– Он тебя тронул?

– Нет… держи, – я отдаю ему пистолет.

– Пойдем к автобусу или обратно на пляж?

– …у меня есть идея получше.

– Так-так, я весь внимание.

– Я тоже знаю одну игру, называется «Правда или действие».

Стив смеется.

– Ты серьезно?

– Правда или действие, Стив?

– …правда, – неуверенно говорит он.

Я несколько секунд думаю над вопросом.

– Как звали девушку, в которую ты впервые влюбился?

– О боже. Давай еще спроси меня, во сколько лет я использовал свой первый презерватив, – я сверлю его взглядом, – Эмили… ее звали Эмили.

– Кем она была для тебя?

– Это уже второй вопрос.

– Ты выбрал правду, значит, отвечай.

– …она была моей няней.

Мной овладевает приступ смеха.

– Что здесь смешного? Мне было двенадцать лет, а она была для меня богиней.

– У тебя в двенадцать лет была няня? Теперь понятно, откуда у тебя столько комплексов, – я не перестаю смеяться.

– Так, правда или действие?

– …действие, – говорю я.

Стив оглядывается по сторонам, затем произносит:

– Видишь вон ту стоянку байков? – он указывает мне пальцем на здание, около которого стоят десять черных мотоциклов.

– Да..

– Угони один из них.

– …я не умею водить.

– Ты выбрала действие, крошка, так что извини.

Я невольно сглатываю. Ну что ж, я сама затеяла эту игру, придется выполнять ее условия. Я медленно иду к стоянке. Стив стоит, смотрит на меня и раздражающе смеется.

– Перестань.

– У тебя такой серьезный вид.

– Слушай, няньколюб, будь добр, заткнись!

Я выбираю один из байков и откатываю его, он невероятно тяжелый и массивный. Мои колени дрожат. Если меня кто-нибудь заметит, то крышка мне и Стиву.

Я подкатываю байк к нему.

– И что теперь?

– Садись, – говорит он.

Я кое-как, в своем коротком платье забираюсь на блестящий черный мотоцикл. Затем за своими спинами мы слышим голос разъяренного мужика.

– Эй, вы что делаете?! Это мой байк!!!

– Держись крепче, – говорит Стив и в это же мгновение мотоцикл трогается с места. Мы набираем скорость, я крепко держусь за спину Стива и чувствую, как у нас обоих бушует адреналин. Ветер развевает мои волосы, дорога пустая, неприличная скорость и