Аэропорт. На грани катастрофы - Артур Хейли

Мела, однако, возмущала не сама по себе их активность – частная инициатива в сочетании с легальными средствами является привилегией любого, – его возмущал метод, к которому они во многих случаях прибегали, возбуждая в своих клиентах несбыточные надежды, вводя их в заблуждение, ссылаясь на убедительные с виду, но предвзято подобранные примеры из судебной практики – подобно тому, как делал это сегодня Эллиот Фримантл, и наводняя суды бесчисленными, заранее обреченными на неудачу исками, в результате чего в барыше оставались только сами адвокаты, а клиенты лишь зря теряли время и деньги.

Мел пожалел, что Томлинсон не сделал ему своего сообщения раньше. Это дало бы ему возможность предостеречь медоувудцев против Эллиота Фримантла, показать им, в какую ловушку их заманили, и придало бы его словам вес. Теперь было уже поздно.

– Мистер Бейкерсфелд, – сказал представитель «Трибюн», – мне бы хотелось задать вам еще несколько вопросов о работе аэропорта вообще. Если вы можете уделить мне минут пять – десять…

– В любое другое время я был бы только рад. – Мел беспомощно развел руками. – Но как раз сейчас у нас здесь происходит слишком много событий одновременно.

Репортер кивнул:

– Я понимаю. Но так или иначе, я некоторое время побуду тут. Я слышал, что Фримантл и его шайка что-то еще затевают там, внизу, в центральном зале. Словом, если у вас появится возможность позже…

– Я постараюсь, – сказал Мел, не предполагая, впрочем, что этой ночью у него может еще найтись время для репортеров. Стремление Томлинсона поглубже вникнуть в события, о которых он собирался давать материал, вызывало у Мела уважение к нему, но тем не менее сегодня он был уже сыт по горло всеми этими делегациями… ну и репортерами тоже.

Если даже там что-то и затевается, решил он, то лейтенант Ордвей со своими полицейскими справится с этим и без него.

Глава 5

Попрощавшись с репортером «Трибюн» и притворив за ним дверь, Мел обернулся. Синди стояла и натягивала перчатки.

– Ну конечно, как ты и говорил, наваливается сотня всяких непредвиденных дел, – язвительно заметила она. – Не знаю, что представляют собой остальные девяносто девять, но не сомневаюсь, что все они важнее для тебя, чем я.

– Ты прекрасно понимаешь, – сказал Мел, – что я выражался фигурально. И я ведь уже принес тебе извинения. Откуда я мог знать, что это произойдет, во всяком случае, что все будет так – одно к одному?

– Но ты же это любишь, разве нет? Тебе все это нравится. Для тебя все это куда дороже, чем я, дети, наш дом, общество приличных, благовоспитанных людей.

– Вот-вот, – сказал Мел. – Я все ждал, когда ты сядешь на своего конька… А, черт, мы, кажется, опять начинаем ссориться. Мы все решили, так ведь? К чему же снова пререкаться?

– Да, конечно, – сказала Синди. Неожиданно она вдруг присмирела. – Да, вероятно, ты прав.

Наступило тягостное молчание. Мел нарушил его первым:

– Подумай, развод – это очень серьезное дело и для тебя, и для меня, и для девочек. Если ты не вполне уверена… если у тебя есть какие-нибудь сомнения…

– Мы ведь как будто уже все обсудили…

– Конечно, но если ты найдешь нужным, мы обсудим это заново еще пятьдесят раз.

– Я не нахожу это нужным. – Синди решительно тряхнула головой. – У меня нет никаких сомнений. Да ведь и у тебя, в сущности, тоже, разве не так?

– Да, – сказал Мел. – Боюсь, что так.

Синди хотела что-то сказать, но передумала. Она чуть было не сообщила Мелу о Лайонеле Эркарте, однако в последнюю минуту удержалась. Успеется – Мел сам узнает. Что же касается Дерика Идена, который занимал ее мысли почти все время, пока тут в кабинете находилась делегация от Медоувуда, то о его существовании она не собиралась ставить в известность ни Мела, ни… Лайонела.

В дверь постучали – негромко, но решительно.

– О боже! – пробормотала Синди. – Неужели все время кто-нибудь будет сюда врываться?

– Кто там? – раздраженно крикнул Мел.

Дверь отворилась.

– Это я, – сказала Таня Ливингстон. – Мел, мне нужен ваш совет… – Заметив Синди, она приросла к месту. – Простите. Я думала, что вы один.

– Вы почти не ошиблись, – сказала Синди. – Через несколько секунд меня здесь не будет.

– Нет, прошу вас!.. – Таня вспыхнула. – Я могу прийти позднее, миссис Бейкерсфелд. Я не хотела вам мешать.

Синди внимательным взглядом окинула Таню, ее форменный костюм.

– Вероятно, вы помешали нам как раз вовремя, – сказала Синди. – Во всяком случае, прошло уже добрых три минуты с тех пор, как отсюда ушли последние посетители, а мы редко бываем вместе продолжительный срок. – Она повернулась к Мелу. – Не так ли?

Мел молчал.

– Между прочим, – Синди снова обратилась к Тане, – мне бы хотелось знать, как это вы сразу сообразили, кто я такая?

На секунду Таня растерялась, что было ей совсем несвойственно. Оправившись, она слабо улыбнулась:

– Я почему-то догадалась.

Синди подняла брови.

– Может быть, и я должна проявить такую же догадливость? – Она взглянула на мужа.

– Вовсе нет, – сказал Мел и представил их друг другу.

Мел видел, что Синди мысленно оценивает Таню Ливингстон. У него не было ни малейших сомнений в том, что его жена уже строит умозаключения относительно его отношений с Таней. Синди, как он давно заметил, была наделена каким-то безошибочным чутьем по части всего, что касалось отношений между мужчинами и женщинами. К тому же Мел чувствовал, что, представляя Таню жене, он чем-то выдал себя. Этого не могло не случиться: супруги слишком хорошо знают малейшие оттенки голоса друг друга. Мел даже не очень удивился бы, если бы Синди догадалась о том, что у них с Таней назначено свидание, хотя по зрелом размышлении должен был признать, что воображение заводит его слишком далеко.

Во всяком случае, о чем бы Синди ни догадывалась, это теперь не имеет значения, сказал он себе. Ведь она же первая заговорила о разводе, так что ей, собственно, за дело до его отношений с другими женщинами? Какую бы роль ни играла в его жизни Таня (а для него самого эта роль была еще совсем не ясна), Синди, рассуждая логически, это не должно касаться. Но женщины, напомнил себе Мел – в том числе и Синди, а возможно, и Таня, – редко умеют рассуждать логически. И тут он был прав.

– Как тебе повезло, милый, – притворно-нежно проворковала Синди, – что на этот раз сюда не пожаловала еще одна делегация нудных стариков со своими проблемами! –