Когда нам будет 40 лет - Елена Игоревна Ротман

воротничок его рубашки. Ее ребенок стал старше и она надеялась, что мудрее. Такэо откидывал челку с глаз и улыбнулся ей. Вчера перед сном, они долго обсуждали сегодняшний день. Женщина думала, что сын будет бояться, но тот был уперто, уверен в выборе отца. Впрочем, Соре эта девушка тоже понравилась: из хорошей семьи, с образованием и очаровательной улыбкой. Жаль красотой, как Сора и Хикари, девушка не блистала. Она была… обычной. Хотя Киард, которому Хикари показала ее фото, сказал, что у нее добрые глаза, нарисованные, словно масляной краской.

Сора вновь посмотрела на свою дочь с женихом. Чудо из чудес. Но женщина чувствовала спокойное счастье Хикари, что была тоже уверена в своем выборе и осознала, что все ее страхи насчет будущей холодности новой семьи глупы. В княжестве ее пытались окружить коконом, на каждом шаге придерживая ее за руку, прощая ошибки. Даже Киард, что по слухам был сорвиголовой, оказался довольно скромным и ответственным, конечно пока рядом не было его приятеля – Луи Моро. А еще этот почти диснеевский принц решил « подождать до свадьбы», чем озадачил Сору, развеселил Куроки и умилил невесту. Может быть, еще и поэтому Хикари казалось, что она точно живет в сказке, и надеялась, что та не будет с печальным концом.

– Киард, – по – английски обратилась императрица, дабы заполнить тишину ожидания. – Ваш отец вернулся с поездки?

– Сегодня должен, – юноша чуть поклонился. – Он снова подхватил лихорадку и это очень беспокоит маму. Она постоянно хватается за сердце и причитает.

– Все будет хорошо, – чуть обеспокоенно произнесла Сора и, услышав шаги за дубовой дверью отвернулась от парочки, что обменялись взглядами. Через несколько секунд дверь отворилась слугой и в комнату торжественным шагом вошел Куроки за которым чуть отстав семенила девушка лет двадцати четырех.

– Его императорское Величество, – представил с опозданием старый слуга. – И Касуми Миура.

Поклонившись, он закрыл за собой дверь, оставив девушку один на один с этими явно заинтересованными лицами. Хикари стало жаль ее, ведь она понимала какой страх и ожидание испытывает сейчас Касуми, но увы она не имела права подойти к ней, успокоить и обнять, прежде чем отец представит ее Такэо, что застыл с гордо поднятой головой.

Куроки подошел к жене и сыну, сделал подзывающий мах рукой девушке и улыбнулся ей.

– Такэо, сын мой, это Касуми Миура, – представил император ту, что уже и не нуждалась в представлении. – Касуми, мой сын принц Такэо и твой будущий муж.

– Очень приятно, – механически Такэо подал ей руку, а она немного смутившись, просто пожала ее, вместо того, чтобы подать ладонь для поцелуя.

Сора, поджав губы, исподлобья взглянула на мужа, что еле заметно покачал головой.

– Что насчет чая? – чуть взмахнув руками, Хикари повторила отличный маневр своего жениха.

– Думаю, это неплохая идея, – произнесла чуть натянуто Сора, что все же оценила этот ход. Она, кивнув Касуми и мужу, тихо вышла из комнаты. Киард глазами подсказал Такэо усадить его будущую жену на диванчик перед ними. Куроки же молча, как и полагает императору, отправился вслед за женой, почувствовав себя немного не в той тарелке от легкой напряженности в комнате.

– У вас красивое имя, – Киард подался вперед, его отец всегда начинал так разговор с людьми, с которыми нужно было «наводить мосты». А ему была симпатичная эта девушка с такими же длинными как у Хикари черными волосами, правда без челки. Маленьким чуть вздернутым носиком и немного полноватыми губами.

– Большое спасибо, – опасаясь сделать ошибку, говоря на английском, девушка склонила голову, пряча взгляд.

– Оно обозначает «туман», – пояснил Такэо заполняя паузу.

– Везет же вам, – улыбаясь, заметил юный князь Грепиль. – Мое имя ничего не значит.

– Зато оно очень интересное, – Касуми подняла голову и робко улыбнулась, стараясь начать себя вести как следует. Она ведь всегда знала, что даже в этом современном мире, ей предстоит выйти замуж по расчету, ибо не только высокое положение отца, но и древность рода, давала о себе знать. Брак ее родителей не был счастливыми, с постоянной холодностью и склоками, но вот чудо: птичка на хвосте принесла, что сын императора ищет себе невесту и эти двое взрослых людей решили сыграть в новую игру. Правда, уже с жизнью своей дочери. Из одной клетки, она попадала в другую. Хоть и более роскошную, но замкнутую. Ее пугали все, в том числе и будущий муж, что в ее безумно – странных предположениях оказывался бездушным тираном и любителем рукоприкладства.

Такэо же больше волновала ее начитанность и умение держаться на публике. Красотой, по его меркам, природа ее уже обделила. Почему нельзя было найти такую как его сестра?

– Вы уже знаете о вашей поездке в декабре в Грепиль? – Хикари конечно отчасти хвасталась, но ничего не могла с собой поделать. Касуми перевела немного испуганный взгляд с Киарда, которым залюбовалась, на Такэо.

– Моя сестра намекает, что мы, – как же ему странно легко далось «мы». – Обязанный будем посетить ее свадьбу.

– Обещаем, что это будет очень занудно и официально, – пошутил Киард, взяв свою невесту за руку. Касуми улыбнулась ему в ответ: Киард показался ей бесконечно добрым и открытым. Он явно любил свою невесту. А во что ввязалась она? Что сулит ей будущее и этот молодой человек, что сидит бок обок с ней?

16.03.2032

… И вот наша бунтарка ушла в армию ровно на год. Жанна очень хотела обрить ее на лысо, но, увы, данные правила не распространяются здесь. Виктор наконец-то отошел от болезни, правда по пути умудрился заразить маму и еще парочку слуг.

Что прикажешь мне с ним делать? Командовать я им точно не могу.

Киард пытается придумать Хикари какой-нибудь грандиозный подарок на окончание университета и еще подарить хоть что-нибудь невесте Такэо. Она ему очень понравилась и он надеется, что они с Хикари подружатся. Касуми и правду так мила, как говорит мой сын? Просто по фото, уж прости, не особо видно, что твой сын очарован ей. Впрочем, как ты и сам говорил – Такэо сам поставил те грабли, на которые наступил.

А тем временем у нас ходят слухи…

A.P.

Анна положила свои черные перчатки на столик у входной двери загородного дома. Первого мая она вернулась из Франции, куда ездила к «своему маленькому принцу». Прошло двадцать пять лет, а она все еще помнит те переполняющие чувства восторга, что нахлынули на нее на том концерте в «Олимпии». Двадцать пять лет, а кажется всего год: на встрече все те же лица, белые