Речные заводи. Том 1 - Ши Найань

Однажды, когда По-си была одна, Чжан-сань отправился к ней, прикинувшись, что разыскивает Сун Цзяна. По-си оставила его у себя и пригласила выпить чаю. За разговором и болтовней дело у них пошло на лад.

Две-три встречи с Чжан-санем разожгли в душе женщины любовь, а к Сун Цзяну она совсем охладела. И потому, когда Сун Цзян приходил к ней, она старалась оскорбить его и уже не делала попыток задержать его у себя. Но так как Сун Цзян был хорошим человеком, да и к женщинам его не тянуло, то стал он приходить к По-си раз в десять дней или в полмесяца. Теперь Чжан-сань и По-си всегда были вместе. Он приходил к ней засветло и уходил лишь поздно ночью. Соседи знали все, и слухи об этом дошли, разумеется, и до самого Сун Цзяна. Хотя он не совсем поверил этим толкам, но все же подумал: «В конце концов она не жена, выбранная мне отцом и матерью. Так стоит ли беспокоиться из-за того, что она не любит меня! Не буду к ней больше ходить, вот и все». Старая Янь много раз посылала к нему людей, приглашая его, но он всякий раз отказывался под каким-нибудь предлогом и несколько месяцев не заглядывал к По-си.

А теперь поведем рассказ в двух направлениях.

Однажды под вечер Сун Цзян вышел из уездного управления и, перейдя улицу, зашел в чайную попить чаю. Когда он сидел там, то вдруг увидел рослого мужчину в войлочной шляпе. Одет он был в халат из темно-зеленого шелка, на ногах полотняные обмотки и конопляные туфли. За поясом у этого человека торчал меч и кинжал, а за плечами он нес большой узел. Шел он, видимо, издалека, так как с лица его потоками струился пот и он тяжело дышал. Незнакомец все время глядел в сторону уездного управления. Это показалось Сун Цзяну странным, и он, быстро поднявшись со своего места, вышел из чайной и последовал за неизвестным. Пройдя еще шагов тридцать, человек этот обернулся и взглянул на Сун Цзяна, но, по-видимому, не узнал его. Сун Цзяну же этот человек показался знакомым, и он подумал, что где-то встречал его, но где – никак не мог припомнить. В этот момент незнакомец как будто признал Сун Цзяна. Он остановился и стал пристально смотреть на писаря, но обратиться к нему все же не решался. Сун Цзян же тем временем думал: «Как странно ведет себя этот человек. И почему он уставился на меня?» Однако и Сун Цзян не решался задавать ему вопросов. Потом он увидел, как неизвестный подошел к цирюльне, находившейся прямо под открытым небом, и спросил цирюльника:

– Дружище! Не скажете ли вы мне, кто этот чиновник, что стоит там неподалеку?

– Это писарь уездного управления господин Сун Цзян, – ответил цирюльник.

Тогда человек подошел к Сун Цзяну, обнажил меч, поклонился и, произнеся слова приветствия, сказал:

– Господин писарь, вы не узнаете меня?

– Ваше лицо как будто знакомо мне, – сказал Сун Цзян.

– Пойдемте поговорим, – сказал незнакомец.

Они пошли дальше, и, когда достигли глухого переулка, человек сказал:

– Я думаю, что в этом кабачке мы сможем спокойно потолковать.

Они вошли, поднялись наверх и, выбрав уединенный уголок, уселись. Человек поставил меч к стене; узел свой он положил под стол и затем земно поклонился Сун Цзяну.

Сун Цзян тоже поспешил отвесить ему поклон и промолвил:

– Могу ли я осмелиться узнать ваше имя?

– Неужели, благодетель мой, вы забыли меня? – удивился человек.

– Да кто же вы, дорогой друг? – допытывался Сун Цзян. – Лицо мне ваше знакомо, но кто вы, забыл!

– Я имел честь встретиться с вами в поместье старосты Чао Гая. Вы спасли мне жизнь. Зовут меня Лю Тан, по прозвищу Рыжий Дьявол.

Услышав это, Сун Цзян даже испугался и воскликнул:

– Дорогой друг! Какой же вы отчаянный человек! Хорошо еще, что вы не попались на глаза какому-нибудь стражнику. Зачем же вы сами лезете в западню?

– Могу ли я чего-либо страшиться после того благодеяния, которое вы мне оказали! – отвечал тот. – Сегодня я пришел сюда с единственной целью – отблагодарить вас.

– А как поживает Чао Гай и остальные друзья? – спросил Сун Цзян. – И кто послал вас сюда, друг?

– Мой брат и предводитель Чао Гай велел кланяться вам, нашему благодетелю. После того как вы спасли нам жизнь, Чао Гай сделался вождем стана Ляншаньбо. Премудрого У Юна назначили военным советником, а Гун-Сунь Шэн ведает вместе с ним всеми военными делами. Линь Чун расправился с бывшим предводителем Ван Лунем, и сейчас в стане всего одиннадцать главарей: трое прежних – Ду Цянь, Сун Вань, Чжу Гуй и восемь наших. В лагере находится около восьмисот разбойников и большие запасы продовольствия. Нас очень огорчало то, что мы не имели возможности отблагодарить вас, дорогой брат, за ваше благодеяние. Поэтому сейчас друзья и отправили меня сюда с письмом, а также велели передать вам и командиру Чжу Туну сто лян золота в знак благодарности.

Лю Тан развязал свой узел, достал письмо и передал его Сун Цзяну. Прочитав письмо, Сун Цзян сложил его и спрятал в карман для документов под полой своего халата. Тем временем Лю Тан вынул из узла золото и положил его на стол. Сун Цзян взял один слиток, завернул в письмо и тоже засунул в карман, говоря при этом:

– Остальное, дорогой друг, возьмите обратно.

После этого он позвал слугу, приказал подать вина, мяса, закусок и фруктов и велел налить Лю Тану вина.

Стало смеркаться. Слуга ушел, а Лю Тан, осушив чашку, снова развернул лежавший на столе сверток и хотел вынуть из него золото, но Сун Цзян остановил его:

– Послушайте меня, дорогой друг! Вы – семеро братьев – только что прибыли в стан и, конечно, нуждаетесь в деньгах. Мне же хватает на жизнь. Поэтому я и хочу оставить пока эти деньги в стане, с тем, чтобы, когда я буду нуждаться в них, прийти к вам и попросить помощи. Один слиток я оставляю себе в знак того, что высоко ценю ваши чувства. Чжу Тун тоже не из бедных, и не стоит дарить ему денег. Я на словах передам ему вашу благодарность, и этого будет вполне достаточно. К сожалению, не