Быть с тобой, думать о тебе - Фабио Воло

Когда же на тебя смотрит кто-то незнакомый, ты вполне можешь показаться себе совсем другим — таким, каким тебе хотелось бы быть. Случается, мы забываем про это, но встретив взгляд, который возвращает нам забытый образ, сразу же влюбляемся в этого человека.

Быть любимыми порой недостаточно, мы хотим чувствовать себя желанными.

— А ты какой видел свою бывшую? — спросила Сильвия, прервав мои размышления.

— Дело не столько в том, какой она виделась мне, сколько в том, что вдруг исчезла нежность. Мне больше не хотелось коснуться ее руки, приласкать, неожиданно поцеловать без всякого повода. Проявлять нежность стало труднее, чем заниматься любовью.

— Желание заниматься любовью иногда проходит, но может вернуться, а нежность очень редко возвращается, — заметила она.

Я почему-то всегда считал, что она не занимается любовью со своим мужем, но после этих слов уже не был в этом уверен.

— Как бы там ни было, я здесь не ради секса, — сочла нужным уточнить она.

— Это несколько задевает меня, — рассмеялся я.

— С тобой я снова испытала то, что уже и забыла, как бывает. Ты воспламенил во мне чувства, которые, мне казалось, я утратила навсегда.

Ее слова польстили мне и в то же время испугали. Если бы она влюбилась в меня, это погубило бы все.

Она надолго замолчала.

— В чем дело? — спросил я.

Такого выражения на ее лице я еще никогда не видел, она будто стеснялась продолжать.

— Вчера я думала об одном деле, но не знаю, нужно ли просить тебя об этом.

— Слушаю тебя.

— Через две недели я поеду в Мадрид с ночевкой. И днем буду занята там всего пару часов, а все остальное время свободна. Хочешь поехать со мной?

Я не ожидал такого. Отправиться в Мадрид вместе означало выйти за рамки наших встреч.

— А зачем тебе нужно ехать в Мадрид? — поинтересовался я, желая потянуть время, поскольку не был готов к ответу.

— Мы продали там квартиру, мне нужно подписать бумаги.

— А когда и какой это день недели?

— Среда. В четверг вечером уже будем дома.

— Нужно посмотреть мое расписание в офисе. Отвечу завтра.

— Так или иначе, это всего лишь идея, — произнесла она, заметив мою нерешительность.

— Если смогу, охотно поеду, — сразу же добавил я. Мне не хотелось, чтобы она подумала, будто я не хочу с ней ехать.

— Не беспокойся, сестра мужа согласилась составить мне компанию.

— Хочешь сказать, что нас будет трое? Мы с тобой и сестра твоего мужа?

Она улыбнулась:

— Я уже отказалась от ее помощи. Слишком трудно с ней…

— Такая невыносимая?

— Да нет, она необыкновенно добрая, великодушная.

— Тогда что же тут страшного?

— Доброта и великодушие тоже имеют свои пределы, и Сильвана далеко вышла за них.

Меня насмешило то, как она это сказала, но я понимал, что она имеет в виду, — слишком добрые люди нередко испытывают отчаянную потребность почувствовать себя любимыми.

— Добрых никто не любит, — с иронией произнес я.

Закончив есть, она поставила тарелку в раковину и пустила воду. Я подошел к ней и поцеловал в шею. Хотел ограничиться коротким поцелуем, но не смог оторваться, так притянул меня аромат ее кожи и волос.

— Не передумала везти меня в Мадрид? — шепотом спросил я.

Она не ответила.

Из крана лилась вода. Сильвия уронила тарелку и ухватилась за край раковины. Я вошел в нее, стоя сзади и крепко держа за бедра. Потом мне стало не хватать ее глаз. Я развернул ее лицом к себе, приподнял и понес к столу. Я видел, что она вся во власти блаженства. Она безумно возбуждала меня этим. Причем так бывало всегда — ее желание усиливало мое.

Мне следовало быть осторожнее, не рисковать, то есть не оставить никаких видимых следов — царапин или укусов. Она позволила уложить себя на стол, я расстегнул на ней рубашку, чтобы увидеть полностью обнаженной. Она закрыла глаза за мгновение до наивысшей точки наслаждения, после чего сразу же достиг оргазма и я.

Мы прильнули друг к другу. Ее глаза все еще были закрыты, словно ей не хотелось расставаться с пережитыми ощущениями.

В дверях я спросил ее:

— Когда придешь?

— Скоро.

Мы обменялись взглядами.

— Дай мне знать, что решишь по поводу Мадрида, — добавила она и стала спускаться по лестнице.

Придя в офис, я попросил у своей помощницы расписание на ближайшие недели. Намечалась всего пара важных совещаний, в остальное время я оказался свободен и мог бы съездить в Мадрид.

Но я взял телефон и отправил ей сообщение:

«Охотно поехал бы с тобой, но у меня будут важные клиенты. Очень жаль».

СЕМЬ

До знакомства с Сильвией я встречался с Джованной, девушкой без особых заморочек. Она не соперничала с другими женщинами и запросто, будто мужчина, попивала пивко, сидя на тротуаре напротив бара.

Выходить с ней было все равно что отправляться куда-нибудь с приятелем, с тем преимуществом, что она была красива и любила заниматься любовью. Я давно знал ее, никакой прочной связи у нас не было, ничего особенного, никаких там «люблю тебя», «скучаю», «прости».

Наши отношения складывались как в зале ожидания. Болтали, общались, пока не звали кого-нибудь из нас. И тогда тот вставал, прощался и отправлялся куда нужно, без всякого сожаления и обид.

Нам было хорошо вместе, хотя мы никогда не говорили этого вслух, понимая, что не созданы друг для друга.

Отношения с Сильвией тоже не были официальными, разве что с Джованной мы не только иногда спали вместе, но могли ужинать в ресторане, бывать в кино, на разных праздниках, а с Сильвией — нет.

Когда мы начали встречаться с Сильвией, я перестал видеться с Джованной. Я никогда не встречался одновременно с двумя женщинами, предпочитая иметь дело только с одной. Чем больше занимаюсь любовью с ней, тем больше удовольствия получаю.

Близкие отношения, к которым прихожу со временем, позволяют подметить мельчайшие детали, поначалу незаметные, разные нюансы, подробности…

Обожаю страстность и жадность первых встреч, но предпочитаю получать удовольствие и от любой мелочи. Люблю подходить к тому моменту, когда все внове и в то же время хорошо знакомо, когда каждое движение становится напряженным, жарким.

С Сильвией я сразу же стал надеяться, что встретились мы не на одну только ночь. Она была умна, иронична, привлекательна,