Вдребезги - Максим Фальк

– Так и сказал?.. Что не мог удержаться?.. – уточнил адвокат.

– Угу.

– А дальше?..

– Ну а дальше встречаться начали, – Майкл пожал плечами.

– Он тебе что-нибудь дарил?.. Так, на память?

– Только на Рождество. Ну ещё книжки иногда притаскивал, если в библиотеке таких не было. Мы вместе в Бирмингем ездили – не знаю, считается это или нет. Вроде как тоже подарок был…

– Что вы делали в Бирмингеме?

– Там выставка была, – Майкл невольно улыбнулся. – Машины, мотоциклы киношные. Я такой дурак был, даже не понял сначала, – он усмехнулся. – Там баннер висел, с рекламой. А я не знал, куда Джаймс меня поведёт. Думал, искусство какое-нибудь. Говорю ему – мол, давай заглянем одним глазком… Сначала куда хочешь, а потом, если время будет – сюда… А он билеты вытащил…

Улыбка скомкалась, Майкл кашлянул. Утёр нос запястьем.

– Ну, и я это всё проебал, – добавил он. – Вот такая история.

Костюмчик помолчал, потом спросил ещё:

– Правда, что ты готовился стать актёром?..

– Не. Я хотел в каскадёры пойти. Это Джаймс мне всё время твердил – ты талантливый, ты талантливый… Нашёл курсы актёрские. Я подумал – а что, можно ведь попробовать. И ему так спокойнее будет.

– Почему курсы, а не университет?..

– Да потому что бабла нет. Я копилку два года собирал. Какой мне универ?..

– Да, действительно… – Костюмчик потёр подбородок. – Кстати, я видел, у тебя приличные часы. Очень красивые.

– Все про них спрашивают, – сказал Майкл. – Это от Джаймса.

– Ты сам их выбирал?..

– Это ж подарок, – удивился тот. – Я про них понятия не имел.

– Вы с Джеймсом разве не обсуждали, что бы ты хотел на Рождество?.. Я думал, все так делают.

– Ничего мы не обсуждали, – Майкл пожал плечами. – Он сам придумал.

Адвокат смотрел на него с недоверием, будто он был какой-то экзотической хренью. Хмурился, поглаживая подбородок.

В комнате для свиданий было прохладно. Майкл зевнул от усталости, потёр глаза. Хотелось вырубиться и проснуться в своей комнате под крышей, чтобы оказалось, что это просто муторный тяжёлый кошмар. Но Майкл хорошо понимал, что чудес не бывает. И это не кошмар.

– Правда, что мне могут дать пожизненное?.. – тихо спросил он.

– Постараемся этого избежать, – сказал Костюмчик и поднялся, со скрежетом отодвинув стул. – Но ты должен понимать, что твоё положение очень серьёзно. Встретимся снова через пару дней. Если вдруг вспомнишь какие-то детали по делу, сразу звони.

Тюрьма Фелтхем в той части, где содержались арестованные, была похожа на молодёжный лагерь, разве что решётки на окнах и поперёк коридоров не давали забыть, где находишься. В крыле для осуждённых жизнь была, как в центре пьяной драки в ирландском пабе: как ни уворачивайся, а по морде всё равно прилетит. На баскетбольной площадке во дворе каждый день кого-то лупили. Охранники разнимали драки, назначали взыскания, но толку от этого не было никакого. Не проходило и пары часов, чтобы какие-нибудь не в меру обидчивые ребята не находили себе новую мишень.

В блоке Майкла, где держали арестованных, было не намного спокойнее. Запертые в ограниченном пространстве, молодые лбы кидались друг на друга за косой взгляд и молотили кулаками без всякой жалости. Терять им было нечего: они уже ведь в тюрьме.

Здесь был спортзал, восемь компьютеров для общего пользования, библиотека – и учебные программы, включая базовый курс чтения и письма. Когда надзорный офицер предложила Майклу заняться драматическим искусством, он ржал, как ненормальный. Знал бы раньше, что в тюрьме для подростков есть роскошное бесплатное образование – не стал бы горбатиться столько лет, грохнул бы витрину магазина и вышел на свободу с дипломом.

Прошла неделя, за ней – другая. Костюмчик приходил часто, приносил неутешительные новости: следствие всё ещё тянулось. От Джеймса не было никаких вестей, его номер не отвечал. Майкл изводил себя мыслями: куда пропал?.. что делает?.. злится?.. волнуется?..

– Скажите, что с ним всё в порядке, – на очередном свидании потребовал Майкл. – Если вы с его отцом кореша, должны знать.

– Я ничего не знаю о его настроении и самочувствии, – сказал Костюмчик. – Но Джеймс жив и здоров.

– Ну хоть пару слов ему можете передать?

– Нет.

– «Нет» в смысле «не можете» или «не хочете»?..

– Давай будем считать, что и то и другое.

Он вынул из портфеля традиционную пачку «Ротманс», положил на стол. Майкл дотянулся до неё, сорвал обёртку и жадно прикурил. Теперь он курил много. Каждый день.

– Тебе назначили дату суда, – сказал адвокат.

– Когда?.. – Майкл приободрился.

– В конце августа.

– Это ж через три месяца!

– Да, и у нас чертовски мало времени.

Он не шутил, и Майкл нахмурился.

От первой взаимной неприязни не осталось и следа. Он уже привык встречаться с Костюмчиком, пригляделся к его внешности и даже успел проникнуться к нему симпатией. Кроме того, адвокат был единственной ниточкой, что связывала сейчас Майкла и Джеймса.

– Чем ты здесь занимаешься? – вдруг спросил он.

Майкл пожал плечами.

– Ничем. Читаю. Телик смотрю.

– Читаешь – это хорошо. Читай больше. И возьмись за учёбу.

– Зачем?

– Чтобы тебя оправдали, – адвокат сложил пальцы «домиком», – ты должен произвести впечатление человека, который настолько далёк от криминала, насколько это возможно. Твоё дело будет рассматриваться в Королевском суде, не в магистрате. Решать будут присяжные. Ты должен им понравиться. Они должны поверить, что ты – обычный простой парень из бедного района, который мечтает выбиться в люди.

– А я не такой?.. – удивлённо спросил Майкл.

– У них будет очень мало времени, чтобы услышать твою историю и принять решение, – серьёзно сказал Костюмчик. – Твоё поведение под арестом тоже будет приниматься в расчёт. Уровень социализации, вовлечённость в образовательные программы, даже до характеристики из школы дойдёт.

– Со школой херово будет, – предупредил Майкл. – Я едва до выпуска дотянул.

– Но дотянул же. Про связь с Джеймсом тебя спрашивать не будут, – продолжил адвокат, – но на всякий случай предупреждаю – даже не заикайся о нём.

– Да я уже понял, – Майкл кивнул. – Его отцу не понравится, если Джаймс тут мелькнёт.

– Не совсем так, – спокойно сказал Костюмчик. – Его отец может потерять всё, что имеет, если тебя осудят и всплывёт, что у вас была связь.

Майкл недоверчиво хмыкнул.

– Знаешь, сколько страниц в Кодексе поведения солиситора?.. – спросил Костюмчик.

– Двадцать пять?.. – предположил Майкл.

– Семьсот. И за любое отступление от этих инструкций, которые нужно знать наизусть, Управление регулирования вгрызается в тебя, как стая акул. Шаг в сторону – и комиссия уже рассматривает, не лишить ли