Суббота Воскресенского - Наталья Литтера

Два спектакля в день. Лед и полные трибуны. Каждый раз, выходя на поклоны, она чувствовала, что живет. Что вот ради этого сюда и приехала – за своими зрителями. В Сети среди любителей фигурного катания спектакль обсуждался вовсю. И многие были восхищены их с Сеней парой, жалели, что они расстались. Жалел и Сеня. Лиза периодически появлялась и стерегла свое сокровище. Циммерман ходил довольный – его расчет удался.

А Женя спасалась утренними пробежками, очередной аудио-книгой, двумя спектаклями в день и разговорами с Вавой.

Они нашли подходящую песню. Вава сказала, что выступление Жени в Питере с продюсером согласовано, пластиковый лед будет. Надо только придумать, что можно изобразить на такой маленькой площадке.

– Я придумаю, – пообещала Женя.

А песня была словно про нее.

Для любви

Закончились слова,

Молчания пора –

Как способ убивать.

Я иду

По городу одна,

Я знаю, что должна

Учиться выживать

Без тебя…

5

Надин открыла кофейню. На самом открытии Ариадна не присутствовала, потому что майские они с Марком провели в Сочи, но после возвращения в ближайшие выходные заглянули.

Ариадна никак не могла поверить, что все это происходит с ней. Пару раз Марк даже пригласил ее к себе в квартиру, и Ариадна увидела довольно аскетичное мужское жилье. Минимум уюта, максимум функциональности. Они были такие разные, но им было так хорошо вместе.

Наверное, правда, что противоположности притягиваются. Тогда и получается единое целое.

Он стал называть ее Аришей. И хотя это производное совсем от другого имени, Ариадна не спорила. Нравится? Пусть. Она обожала целовать его лицо, когда после любви они лежали в постели и отдыхали. Легко так целовала – виски, лоб, щеки, губы.

– Кто бы мог подумать, что скромницы настолько страстные? – удивлялся Марк.

И Ариадна тут же краснела. Прямо до корней волос, которые он пытался все время распрямить. Оттягивал немного прядь, а потом отпускал и наблюдал, как она снова становится кудрявой.

В кофейне им понравилось, но Ариадна, восторгаясь интерьером и красивыми десертами, все же чувствовала себя не совсем в своей тарелке.

– Мне кажется, это заведение для более богатых людей, – сказала она Марку.

– Глупости, – не согласился он. – Ты просто почему-то решила сама, что не подходишь этой кофейне, и надо от этого чувства избавляться.

– Как?

– Заказать что-нибудь самое необычное.

Цены здесь были выше средних, но Марк говорил таким решительным голосом, что она сдалась и заказала нечто с названием «Нежность» и капучино. На картинке «Нежность» была похожа на белую лодочку из теста, наполненную свежими ягодами, посыпанными сахарной пудрой, а рядом – стаканчик с воздушным кремом.

Марк не умел говорить красиво, но все эти вещи, которые он для нее делал, – если Ариадна поздно заканчивала, забирал ее из «Жирафа», починил на кухне капающий кран, да даже его предложение заказать в кофейне что-то необычное, – все это говорило больше слов. Ни один мужчина никогда так не относился к Ариадне. Наверное, поведение Марка было всего лишь нормальным. Нет, не наверное, а точно. Просто в жизни Ариадне долго не везло. А вот теперь повезло.

Десерт оказался божественным.

– Сюда можно приходить только ради него одного, – сказала Ариадна.

– Я предпочитаю что-нибудь более простое, типа твоих пирожков. Зато съел так съел. А это, – Марк кивнул в сторону десерта, – больше для девочек. Хотя должен признать, у Надин здесь все очень круто.

– У Надин талант, – Ариадна немного помолчала. – Только мне кажется, что у нее сейчас что-то не очень ладится.

– В смысле? «Жираф», кофейня и не ладится?

– Не знаю, – Ариадна разглядывала крупную ягоду черники на белоснежной десертной тарелке. – Когда она с кем-то разговаривает или занята делом – огонь, а когда никто не видит – на лице появляется грусть. Как дымка. Мне так пару раз казалось.

– Тебе романы писать надо, а не письма, фантазерка. И съешь уже эту ягоду.

Марк часто оставался у Ариадны на ночь, это как-то само собой получалось. Вот и в тот день после посещения кофейни он привычно поднимался в квартиру вместе с ней. А перед дверью их ждал сюрприз в виде незнакомого и довольно смазливого мужика.

– Где ты так долго ходишь? – задал вопрос мужик. Причем он даже не поздоровался.

– Миша? Что ты здесь делаешь?

– Тебя жду.

– Мог бы позвонить, чем ждать под дверью.

– Но ты же по телефону со мной не очень расположена разговаривать.

Марк остановился на лестнице, наблюдая за происходящим. Ариадна, еще недавно легкая и смешливая, стала вдруг напряженной, и голос ее зазвучал как натянутая струна. А мужик вел себя требовательно. Будто имел право. Кто он вообще такой?

– Нам не о чем с тобой разговаривать.

– Слушай, поиграла в гордость и хватит. Нормально жили, ну, гульнул, с кем не бывает. Ты-то сейчас ничего так выглядишь, похорошела, приоделась, а тогда была без слез не взглянешь. Сидит со своей швейной машинкой, зарывшись в лоскутах, любого мужика от такого недоразумения на сторону потянет.

Так это и есть, что ли, ее бывший? Марк поднялся на ступеньку вверх.

– Миша, ты зачем меня сейчас оскорбляешь? – голос Ариадны зазвенел.

Еще чуть-чуть, и заплачет.

– Ой, только давай без этих твоих заламываний рук. Я вернулся, все. Принимай.

Она замотала головой. И хоть стояла к Марку спиной, он точно знал, что глаза ее уже наполнились слезами. Она же нежная. С ней разве так можно?

– Слушай… – начал Марк, поднявшись на еще одну ступеньку.

– Парень, ты иди куда шел, прости, что загородили тебе проход. Это наши дела. Мы сами разберемся.

– Да нет, – Марк сделал последний шаг и оказался рядом с Михаилом, – боюсь, и мое тоже. Это как бы моя девушка.

– Чего-о-о?

– Я говорю, живем мы вместе, – сказал Марк и по-хозяйски обнял Ариадну за талию.

– Я не понял, – Михаил переводил взгляд с Марка на Ариадну. – Это шутка такая?

– Нет, не шутка, – тихо ответила Ариадна, – мы правда вместе.

Лицо Михаила покраснело и сразу перестало быть смазливым.

– Дура! – закричал он. – Нашла себе хахаля, поверила, что втрескался в тебя, да? Да ему квартира твоя нужна и больше ничего. Ты-то со своими наволочками и шторами ему зачем? Голову включи!

Слушать дальше Марк не стал. Он отпустил Ариадну, схватил наглеца под локоть и потащил его за собой на лестницу.

– Я попросил бы…

– Михаил, я хочу сказать тебе большое спасибо. Просто огромное спасибо тебе за то, что развелся с Ариадной. Потому что, если бы не это, у меня сейчас не было бы такой потрясающей девушки.