Лестница Ангела - Элина Курбатова

Должно было быть тесно. Должно было быть холодно от летящих в лицо капель дождя и резких порывов ветра. Дразнящий, сладкий запах выпечки должен был выворачивать наизнанку пустой, изголодавшийся желудок.

Но ничего такого Лиза не чувствовала.

Только видела и слышала.

Это все, что было ей доступно.

Один вопрос мучил Лизу, пока они шли сквозь толпу:

Что же тогда реально? А что иллюзия? Или, может, существует реальность, которая реальна для одних, но нереальна для других? Реальность, реальная наполовину?

Голова буквально лопалась от непонимания. И Лиза все больше злилась. Она хотела бы сожрать все эти пончики разом и намочить волосы под дождем. Вот чего она действительно бы хотела.

– Ну же, папаша, скажи хоть что-нибудь! Что-то же мне должно понравиться в нашей работенке?

– Еще раз назовешь меня папашей, и в твоей новой работе тебе не понравится ничего.

Лиза скорчила рожу за его спиной.

Мимо шли люди. Совсем близко. Но никто их не замечал.

Кто-то задел Лизу плечом. Она инстинктивно приготовилась к удару и боли, заранее сжалась и разозлилась, на языке уже вертелись соответствующие слова.

Но плечо прошло насквозь.

В отличие от того раза, когда Лиза пролетела сквозь Сизифа, сейчас она совсем ничего не почувствовала. Человек же поморщился и потер висок, списав свои странные ощущения на спазм сосуда в головном мозге.

Лиза вдруг вспомнила, сколько раз сама чувствовала что-то странное: то холодок пройдется по затылку, то во сне будто бы кто-то толкнет в бок, то неожиданно зазвенит в ухе или заболит где-то… Неужели это были…?

Иногда лучше знать меньше. А этот говнюк, что идет впереди с таким довольным видом, обещал ей еще какие-то новые знания.

Ну уж нет! Пусть засунет свои знания в…

– Они нас не видят, да? – спросила Лиза, вглядываясь в лица прохожих.

Раньше смотреть людям в глаза ей было трудно. Сейчас же это давалось легко. Интересное ощущение.

– Обычно нет, – ответил Сизиф.

– И не слышат? – не унималась Лиза.

– Нас слышит тот, на кого мы воздействуем.

– Значит, если мы захотим, любой из них может нас услышать?

Ответить Сизиф не успел. Мимо прошел неопрятный парень в дутой яркой куртке. Жирными пальцами он пихал в рот чипсы. Поравнявшись с Лизой, парень сплюнул прямо ей под ноги. Лиза ненавидела, когда так делали. Это напоминало ей отчима и вечно вонявшую кровью и дерьмом живодерню.

– Да что б ты подавился, свинья, – бросила ему Лиза, торжествуя от своей безнаказанности.

Неожиданно парень закашлялся. Кусок пережаренной картошки встал у него поперек горла. Глаза заслезились. Он выронил пакетик с чипсами и в панике стал судорожно бить себя по спине.

– Я бы так не делал, – не оборачиваясь сказал Сизиф.

Лиза замедлила шаг и ошарашенно смотрела на парня. Тот откашлялся и, наконец, глубоко вдохнул. Красные газа заморгали и с жалостью посмотрели на рассыпавшиеся по тротуару остатки чипсов. Проходивший мимо мужчина наступил на них и унес часть на подошве ботинка.

– Это что… я? – улыбнувшись во весь рот, спросила Лиза. – То есть я могу… ого… тогда я знаю, кого навещу сегодня первым делом.

Лиза сощурилась и хищно потерла руки.

– Гребаный Штырь. Сегодняшний «приход» он точно не забудет.

– И этого я бы не советовал, – усмехнулся Сизиф.

– Знаешь что, хреновый ты советчик.

Мимо прошла женщина со стаканчиком кофе в руках. Она выбросила крышечку, и ароматный пар поднимался в воздух. Сизиф на мгновение закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Бледное облачко рассеялось – Сизиф открыл глаза и грустно улыбнулся.

Он ничего не почувствовал. Но на мгновение ему показалось, что он вспомнил, как пахнет настоящий кофе. Свежемолотый, из хорошо прожаренных зерен, приготовленный на огне. Только это воспоминание он и хотел бы удержать в сознании, но оно улетучивалось так же, как облачко пара. Зато другие – нежеланные – держались крепко, как вбитые по самую шляпку гвозди.

– Возможно, я и не лучший советчик, но если ты нарушишь закон и влезешь в жизнь того, кто не является твоим объектом, давать советы мне станет некому.

Лиза оскалилась и высунула язык.

Сизиф неожиданно обернулся – она не успела убрать гримасу. Не имея желания извиняться, Лиза просто развела руками и пожала плечами. Сизиф смерил ее холодным взглядом.

– И еще совет, – продолжил он. – На твоем месте я бы не полагался на свои мозги. Спрашивай, пока я рядом. А это будет недолго.

Сизиф отвернулся и пошел вперед. Лиза неохотно плелась следом.

– Зашибись. Ладно, у меня вопрос. Если есть мы, значит, существуют и хорошие ребята? Типа ангелы там всякие. Ну и где они? И мы типа как? Боремся с ними или вроде того?

Сизиф закатил глаза. Предложив ей задавать вопросы, он явно ошибся.

– Сознание – как радиоприемник, – начал Сизиф.

Мимо прошла парочка. Мужчина что-то говорил на повышенных тонах недовольной женщине, небрежно несшей в руках дорогой букет. Сизиф легонько коснулся виска женщины и прикрыл глаза. Его губы едва заметно зашевелились. Мгновение спустя женщина впихнула букет мужчине в руки с такой силой, что нежные розовые лепестки посыпались на мокрый асфальт, влепила пощечину и, резко развернувшись, ушла прочь. Лиза с усмешкой проводила ее взглядом.

– Человек своими мыслями и действиями настраивает сознание на определенную волну: на нас или на них, – Сизиф неопределенно показал куда-то вверх. – С теми «ребятами» мы просто на разных волнах. Поэтому никаких ангелов ты никогда не увидишь и не услышишь. Как и большинство людей. Ясно?

– Ясно. У меня еще вопрос!

Из ближайшего кафе, хлопнув дверью, выскочил раскрасневшийся парнишка лет восемнадцати. Тяжело дыша, он быстрым шагом направился к припаркованной неподалеку машине. Выкрашенные синим пряди волос трепыхались на макушке от быстрой ходьбы. Он что-то бормотал себе под нос. Судя по всему – нецензурное.

Сизиф неожиданно остановился. Лиза не успела затормозить и снова прошла сквозь него. Ощущения опять оказались сильными и неприятными, но почему-то не такими болезненными, как в прошлый раз. Лиза поежилась и обхватила себя руками, чтобы как-то согреть свое несуществующее тело после обдавшей его волны холода.

– На сегодня лимит вопросов исчерпан, – сказал Сизиф. – А вот и твое первое упражнение.

Лиза проследила за взглядом Сизифа. Он определенно смотрел на парнишку, который нервно дергал неподдающуюся дверцу машины. Худой, бледный, на щеках – россыпь красных следов от подростковых прыщей. Синие пряди подчеркивали круги под глазами.

– Этот молокосос? – хрипло спросила Лиза.

Сизиф не ответил. Он подошел к