Краски - Павел Ковезин

Я резко выскочил и в несколько быстрых шагов оказался у входной двери. Мой побег на улицу сопровождался громкой сиреной. У меня были в запасе всего пара минут, пока здесь не окажутся санитары. Подбежав к ограждению, я оперся о ствол дерева, растущего впритык к нему, и зацепился за край забора. Времени, проведенного здесь, вполне хватило, чтобы я лишился какой-либо спортивной подготовки. Но один раз подтянуться всё же смог. Я спрыгнул с другой стороны и побежал, не зная, куда, пытаясь как можно скорее затеряться среди дворов и переулков. Я знал, что за мной уже гонятся, но времени подумать не осталось. Теперь я был предоставлен сам себе.

4

DRECKIGER HANS

Лейла поставила кипятиться чайник на кухне. Свет в её комнате был тусклый и рыжеватый. Я сидела на кровати и судорожно прижимала к себе Кубика.

– Раздевайся и срочно топай в душ! Или ты хочешь остаться без ног? – девушка нахмурилась, рассматривая меня. – Кто это у тебя там? Крыса? Она кусается? – и только сейчас я обратила внимание на её забавный акцент.

– Нет, это Кубик, он безобидный, – это первые слова, которые мне удалось произнести вслух за всё это время. Реакция Лей удивила меня: та быстро направилась в коридор и притащила оттуда коробку.

– Запускай своего Кубика в домик и живо в душ!

Я лишь улыбнулась ей.

– Малыш, подожди меня тут, – тихо прошептала я и посадила его в коробку. Его умные глазки сверкнули, и он убежал обследовать коробку.

Подобно Кубику, привыкавшему к своему новому жилищу, я осматривала квартиру, где жила Лейла. У неё была обставленная в каком-то своём особенном стиле комната. На стенах были развешаны картины, на прикроватных тумбочках стояли металлические фигурки, а кровать была покрыта шёлковым бельём.

Взяв вещи, которые мне дала Лейла, я впервые за два дня приняла тёплый душ. Вот только он, к сожалению, не мог смыть с меня всю грязь прошлого и все совершённые ошибки.

– Помылась? – спросила Лейла, появившись в дверном проёме. – Чай готов.

Я кивнула и прошла на кухню. Она была пропитана запахом сигарет и контрастировала с комнатой Лейлы. Она поставила на стол тарелку с бутербродами и горячий чай.

– Спасибо.

– Ну, рассказывай. Что с тобой случилось? – спросила девушка, отпив из своей кружки.

Я не знала, что ответить. Не хотелось рассказывать всей правды, а уж тем более жаловаться на жизнь.

– Я… сбежала из дома, – тихо начала я.

– И куда ты теперь пойдешь? – спросила Лейла со спокойным, понимающим взглядом. Меня удивило, что она не стала допытываться до причин и подробностей. – Да ты ешь, не стесняйся, – добавила она, кивнув на бутерброды.

– Я не знаю, – сказала я и сделала глоток чая. Есть мне не хотелось совсем.

– Ну, в таком случае, можешь пока пожить у меня. Потом мы вместе что-нибудь придумаем.

– Но…

– Никаких возражений, – перебила Лейла, – тебе всё равно некуда идти, а мне бывает скучно одной. По ночам я на работе, так что кровать делить не придётся, – и она улыбнулась.

– Спасибо.

– Не за что. Кстати, уже ночь, так что можешь идти отдыхать. А мне пора, – Лейла посмотрела на часы. – И так уже пропала на час.

Встав со стула, она подошла ко мне и, нагнувшись, погладила Кубика в коробке. Тот посмотрел на Лейлу добрыми глазками и отвернулся.

– Какой милый. Квадратик, да? – она улыбнулась.

– Кубик, – сказала я, поглаживая его.

Лейла взяла сумку и направилась к входной двери. Резко обернувшись, будто вспомнив что-то, она спросила:

– Кстати, а тебя как зовут-то?

– Рут, – улыбнувшись, ответила я.

Лейла молча кивнула, словно подтвердив, что запомнила имя, и ушла, аккуратно захлопнув дверь.

Наутро я проснулась от солнечного света. Из ванны доносился шум воды, значит, Лейла уже вернулась. Встав с кровати, я посмотрела на Кубика, бегающего по своей коробке. В ней лежала горстка крупы и кусочек яблока. Видимо, его принесла Лейла, пока я спала. Она вышла из ванной, вытирая руки полотенцем.

– Уже проснулась? – спросила она, улыбнувшись. – Это правильно, у нас сегодня много дел.

– Каких? – удивилась я.

– Попробуем устроить тебя на работу, – с лёгкостью ответила она, бросив мне полотенце, чтобы я пошла умываться. И добавила: – Не бойся, не на панель. Неподалёку есть один бар. Владельцу нужны официантки.

– Хорошо, с радостью, – и я пошла в ванную.

Казалось, что я нахожусь в сюжете какой-то сказки, где злая колдунья похищает главную героиню, даёт ей ночлег, откармливает её, а потом съедает. Вот только Лейла совсем не напоминала бабку-людоедку. Скорее она была той невинной девочкой из сказки. Той принцессой, за которую обычно сражаются рыцари. Через несколько минут мы бросили Кубику ещё пару кусочков яблока и отправились в бар.

Он назывался «Dreckiger Hans» и находился на немноголюдной улочке возле парковки и широкой автострады. Ночью буквы в названии бара светились неоновым светом. По словам Лейлы, к вечеру в заведении начиналось настоящее шоу с женским стриптизом для пьяных байкеров, заглянувших на огонёк. Днём же здесь в основном было тихо и спокойно, лишь офисные клерки заходили выпить кружку пива или пообедать. Сейчас в баре было пусто, за исключением молодой парочки, мило воркующей у окошка в углу. А в другом углу, дальнем, находилась комната владельца. К нему Лейла и направилась.

Как только мы подошли к двери, из комнаты вышел мужчина – крупный, невысокий. На нём были цветастые шорты и кислотно-жёлтая рубашка с короткими рукавами, пуговицы на которой едва ли не лопались от живота. Во рту он держал дымящуюся сигару. Для полноты картины ему не хватало какой-нибудь огромной гавайской шляпы, но вот только бар находился не на Гавайях, а в одном из районов серого Нойкёльна. Увидев нас, мужчина улыбнулся и громко сказал:

– О-о-о, Лейла, девочка моя, какими судьбами? – он развёл руки и обнял Лейлу.

– Соскучилась по тебе, Эмиль, – с улыбкой ответила она.

– Ой, да брось, – мужчина махнул рукой. – Небось опять пришла на подработку вечером? У нас сегодня будет жарко.

– Не в этот раз. Я по поводу работы, но не для меня. Тебе же нужны были официантки? Это Рут, – и Лейла указала на меня.

Эмиль словно только сейчас заметил, что Лейла пришла не одна. Оценивающим взглядом он пробежался по мне, пока я стояла, скрестив руки за спиной и смотря как можно более дружелюбно.

– Если честно, у меня уже была на примете одна кандидатура, – начал было Эмиль.

– И что, не найдётся ещё одного места? – перебила Лейла.

– Ну, посмотрим, – не отрывая от меня взгляда, ответил Эмиль, – а сама-то она умеет разговаривать?

Лейла посмотрела на меня, как мать на ребёнка, который должен извиниться перед учителем.

– Да, – ответила я, – обещаю, что не подведу вас.

– Ну, хорошо, – подытожил Эмиль, тяжело вздохнув, а после посмотрел на Лейлу. – Можно тебя на пару слов?

Лейла кивнула, и они ушли в офис, закрыв за собой дверь. Я осталась стоять в почти пустом баре в надежде, что все пройдёт гладко. Вокруг было тихо, и я невольно подслушала разговор через дверь.

– У неё есть с собой какие-нибудь документы, чтобы я устроил её? Ей вообще есть восемнадцать?

– Эмиль, послушай, – ответила Лейла, – иначе бы я к тебе не пришла. Просто устрой её официанткой. Она тебе не доставит много хлопот, ручаюсь.

– Откуда ты вообще её взяла?

– Это так важно? На улице нашла, – сказала Лейла, пытаясь звучать как можно ироничней.

– Очень смешно, Лей. Ладно, только по старой дружбе, – ответил Эмиль, – и если у меня из-за неё будут проблемы…

– Не будет никаких проблем.

– Ладно, – по силуэту Эмиля, который я наблюдала сквозь рифлёное прозрачное стекло, я догадалась, что он подошёл к шкафу и вытащил оттуда что-то. – Как её там зовут?

– Рут.

Эмиль что-то недовольно пробурчал, и через минуту дверь передо мной открылась.

– Можешь начинать хоть сейчас, – с улыбкой сказал мне Эмиль, протягивая