Бальзам для уставших сердец - Пэ Мён Ын

Джонми вздохнула и отложила телефон. Оперевшись подбородком на руки, она с жалостью посмотрела на Тхэгёна:

– В начале года мне погадала цветочная фея, на которую недавно снизошло благословение.

Тхэгён тоже оторвал взгляд от монитора и с тем же выражением посмотрел на Джонми:

– Вы в это верите?

– Она попала в точку! Даже угадала, что каждый мужчина, с которым я встречалась, был придурком и неудачником, поэтому я до сих пор одна.

– Так и знал, что вы встречаетесь! А мной просто воспользовались.

Тхэгён хлопнул по столу, а Джонми отвесила ему подзатыльник. Он только ойкнул.

– Я же сказала, что нет. Ведь и правда, главврач Ким тоже из таких! А, без разницы! Мне нагадали, что прямо сейчас рядом со мной есть господин, который имеет дело с золотом и жизнью. Если держаться его, то можно будет наслаждаться богатством и славой. Золото и жизнь! Кто этим занимается? Главврач Ким! Поэтому хочу сказать тебе, Тхэгён, чтобы ты не ерзал, а терпеливо ждал.

– Вам правда так сказали?

– Можешь послушаться, ведь это слова благословенной тетушки-мудан! – сказала Джонми, энергично кивая.

Теперь ее слова вызывали больше доверия. Даже с точки зрения физиогномики лицо Джонми выглядело так, словно она точно знала, о чем говорит, поэтому ее слова проникли Тхэгёну прямо в душу. Он всегда был таким наивным, что принимал на веру все, что говорили окружающие. Хотя мать постоянно предупреждала его не слушать других, искушение оказалось слишком сильным. К тому же, кажется, он где-то слышал, что мудан, которому только что пришло благословение, предсказывает точнее всего. Потирая голову, все еще болевшую после подзатыльника, он бросил взгляд на вакансии на мониторе, а затем закрыл их. Дзынь.

– Ох, добро пожаловать. Проходите.

Дверь открылась, и вошел Сынбом. Джонми и Тхэгён, думая, что он привел с собой пациента, встали. Вежливо положив руки на животы, они стали ждать, чтобы поздороваться. Но дверь тут же закрылась. Они решили, что сейчас в спешке все же войдет пациент, но Сынбом продолжал что-то бормотать себе под нос, глядя в пустоту. Затем он вежливо открыл и закрыл дверь в свой кабинет, как будто исполняя пантомиму. Джонми и Тхэгён, увидев это, переглянулись. Выйдя из-за стола регистрации, они приоткрыли дверь в кабинет главврача. Внутри Сынбом, лучезарно улыбаясь, все так же разговаривал сам с собой.

– Ох, кажется, он совсем спятил.

– Да ладно?

Тхэгён стал отрицать слова, которые совсем недавно ему сказала Джонми, теперь стоявшая с расстроенным лицом. А ведь не прошло и нескольких минут с тех пор, как он решил ей поверить. Ситуация казалась такой абсурдной, что он больше не мог даже рассмеяться.

Из кабинета главврача доносился полный уверенности голос Сынбома.

– Что ж, дорогой пациент, скажите мне, где у вас болит.

Словно агент 007, Сынбом, прячась от глаз Суджон и Гонсиль, поймал у лавки лечебных трав пациента-призрака и привел его к себе. Он бы солгал, если бы сказал, что совсем не боится мужчины-призрака, который сейчас сидел рядом со столом в его кабинете. Внешность его была жуткой: глазные яблоки вылезли наружу, а лохмотья кожи на ободранных губах дрожали. Сынбом с трудом отвел взгляд и сжал трясущиеся руки. Пациент-призрак открыл рот.

Когда он заговорил, сквозь щели между зубами просочились слова:

– Пусь негадяй, каторый в атвете за убийство, палучит па заслугам.

Хм? Этот призрак молодого мужчины не сказал, где у него болит, а попросил поймать человека, на которого он держит обиду?

Хоть эти слова и вызвали у Сынбома замешательство, он несколько раз откашлялся и спокойно произнес:

– Дорогой пациент, это клиника восточной медицины. Я могу прописать иглоукалывание или прием трав, поэтому прошу вас сказать, что у вас болит.

Здесь не полицейский участок. А прощупать пульс призрака и вовсе было невозможно.

Мужчина повторил то же самое:

– Памагити разришить майу дасаду. Тагда мне станит луще. Хазяйка лафки с трафами лечит нас, разришая нашы дасады. Здесь вы тожы далжны нас лечить!

– Так ведь это не лечение! – раздраженно крикнул Сынбом.

Что за чушь?! Что это такое? Лечение состоит в том, чтобы избавлять призраков от досады? Это же полнейший абсурд. Этот призрак что, шутит над ним?

– Если собираетесь и дальше нести подобную чушь, уходите. Здесь лечат тех, кто болен, а не облегчают досаду.

Когда Сынбом попытался выгнать призрака, тот надулся.

– Не хочешь меня слушать? Ты такой же, как и другие люди!!!

«Что? Теперь он все говорит правильно? Разве его слова звучали неясно не потому, что у него нет нормальных губ?»

Свет в клинике восточной медицины вдруг мигнул. Вокруг мужчины-призрака распространилась темная энергия. Его лицо стало тускло-синим и еще более жутким. С опозданием Сынбом понял, что совершил огромную ошибку. И как он теперь должен поступить?

– П-послушайте, пациент. Успокойтесь и…

Призрак издал низкий животный вой, заставив все предметы в кабинете попадать. Его тело вдруг раздулось и заполнило весь кабинет главного врача. Призрак стал таким большим, что давил на подбородок Сынбома, который, придавленный к стене, не мог пошевелиться. Кожа его оказалась холодной и липкой, словно покрытая травой. Взгляд Сынбома, пытавшегося во что бы то ни стало вырваться, встретился с красными глазами призрака, смотрящего на него сверху вниз. Призрак поднял подбородок и открыл рот. Между изодранными губами показалась черная дыра. Сынбом, который решил, что она вот-вот его поглотит, отпрянул.

– Уа-а-а! – закричал на него мужчина-призрак.

От сильного ветра лампочка лопнула, а из окон, которые только что были в полном порядке, брызнули стекла.

Началось землетрясение.

Когда предметы со стола и книжных полок начали падать на пол, Джонми и Тхэгён ухватились друг за друга. А затем, ошеломленные тем, что землетрясение внезапно прошло, словно его и не было, увидели, как Сынбом закричал, весь скрючившись.

– Главврач…

Вдруг подул порыв ветра. Джонми и Тхэгён плюхнулись назад. Лампочки и окна с грохотом разбились вдребезги. Тхэгён, крича, вскочил на четвереньки и схватил Джонми. Стряхнув его руку, она достала из кармана мобильный и начала снимать на видео происходящий вокруг хаос. Тхэгён, больше не желая оставаться в этом месте ни на мгновение, выбежал на улицу.

«Этой клинике точно конец!»

* * *

Понятно, по какой причине Сынбом привел мужчину-призрака втайне от Суджон. Но почему он сделал это без ведома Гонсиль? А дело все в том, что их переговоры сорвались. Когда Сынбом спросил, чего хочет Гонсиль, ее серые глаза сверкнули. Увидев знакомый взгляд, полный желания, он подумал, что люди и призраки мало чем различаются.

– Ты ведь встречался с тем господином, верно?

Сынбом вспомнил тот день, когда он встретился со старейшиной Чаном.