Буря на Эльбе - Мириам Георг

– Чего нужно?

– Ты мне нужен, – ответил Йо.

Рой моргнул, прогоняя сон, кивнул и исчез в квартире. Спустя некоторое время он вышел оттуда одетым, нахлобучив кепку на голову.

Йо пояснил, что требуется.

– И только? – недоверчиво переспросил Рой. – Только мы двое?

– Да, дело займет всю ночь. После, конечно, придется залечь на дно, но вряд ли это будет проблемой. Как только перевезем товар и ты получишь свою долю, запросто сможешь купить себе новые документы.

По взгляду Роя было невозможно понять, о чем он думает.

– А как же кабак?

– Придется отказаться, наверное, – пожал плечами Йо. – Вряд ли мы сможем встречаться там и дальше. Олькерт перевернет каждый камень в Гамбурге.

Рой скрестил руки на груди и некоторое время молчал. Наконец он спросил:

– Ты же понимаешь, что охранников нельзя оставлять в живых?

Йо на секунду засомневался, потом вспомнил о Ханне и кивнул. Они взяли ту же небольшую лодку, что и обычно. Сосредоточенно и молча двое мужчин работали веслами, разрезая темную гладь реки. Тишину нарушали лишь плеск весел и хриплое дыхание.

Рой остановился, когда лодка достигла середины Эльбы. Йо с удивлением посмотрел на Роя. На небе проглянула луна, светившая в спину Роя, затеняя его лицо.

– Что случилось? – спросил Йо.

Рой поднялся на ноги, и лодка опасно закачалась. Йо схватился за бортики, чтобы сбалансировать вес.

– Что ты делаешь?! – прошипел он. Именно в этот момент лунный свет выхватил из тьмы отблеск ножа.

– Ничего личного, Болтен. Ты же знаешь, что мне на тебя плевать.

Йо тоже поднялся, и лодка качнулась так сильно, что оба мужчины едва удержались на ногах. Рою удалось первым восстановить равновесие.

– Не будь идиотом, – сказал Йо. Сердце внезапно подскочило к горлу. – Ты не справишься в одиночку!

В сапоге Йо тоже был нож, но если он наклонится, чтобы вытащить его, Рой, несомненно, ударит первым. Тихий смех прозвучал зловеще.

– Я не стану действовать в одиночку. Олькерт еще несколько недель назад предлагал мне кругленькую сумму, если я сдам ему идейного вдохновителя краж опиума.

– Но я же предлагал тебе…

– Больше денег, ты прав. К сожалению, ситуация изменилась. – Темные воды Эльбы тихо плескали о борт лодки. Йо все еще не видел лица Роя, но длинное лезвие тускло мерцало в лунном свете. – Если бизнес в кабаке придется прикрыть, то через год мне снова придется вернуться к тому, с чего я начинал. Но если я сдам Олькерту предателя, ограбившего его, то это не только освободит твое место. Олькерт также оценит мои таланты и преданность.

Йо судорожно пытался придумать, что еще он мог сказать, как ему переубедить Роя, но тот ухмыльнулся:

– Как я сказал: ничего личного. Не я хочу твоей смерти, просто Олькерт не любит пачкать руки.

В особняке, несмотря на поздний час, светилось каждое окно. В груди защемило, дыхание перехватило, стоило карете свернуть на подъездную дорожку и остановиться у фонтана. Прежде чем выбраться из кареты, Лили глубоко вдохнула, чтобы собраться с силами. Как оказалось, Агнес уже спешила к ней.

Лицо экономки казалось распухшим от слез, из пучка, который Лили прежде не видела в беспорядке, выбились прядки. Лили крепко обняла Агнес и позволила проводить себя в гостиную.

– Как мой отец?

– Сейчас он отдыхает. К счастью, у него не было другого приступа. С ним доктор Зельцер. Меня больше беспокоит Франц, он не произнес ни слова с тех пор, как мы услышали новости, – прошептала Агнес.

Розвита, ее мать и дядя Роберт одновременно посмотрели на нее, стоило войти в гостиную. Единственный, кто никак не отреагировал на ее приход, – Франц. Он смотрел прямо перед собой и как будто даже не заметил, что Лили вошла. Спустя несколько секунд Лили поняла, что так оно и было. Произошедшее сильно потрясло брата, это было видно невооруженным глазом. Рубашка его была наполовину расстегнута, волосы растрепаны. В левой руке он сжимал сигару, и пепел с нее падал на ковер.

– Лили! – Зильта вскочила на ноги и заключила Лили в объятия. Казалось, она постарела на десяток лет.

– Франц, мне очень жаль, – прошептала Лили. Она села рядом с братом, взяв его за руку. – Доктор Зельцер уже осмотрел его? – тихо спросила она Розвиту, когда брат не отреагировал. Та кивнула.

– У него нервное потрясение, ему необходимо прилечь, но он не хочет, – прошептала Розвита.

Лили поднялась на ноги – к сожалению, здесь она ничем не могла помочь.

– Мне нужно поговорить с папой, – сказала она Зильте.

– Надеюсь, ничего серьезного не случилось. Дорогая, ему необходим покой, его сердце не вынесет еще больших волнений.

– К сожалению, случилось. Я не могу отложить этот разговор. – Лили поцеловала мать в лоб. – Я расскажу тебе все чуть позже, не волнуйся.

Хромая, она поднялась в комнату к отцу. Альфред Карстен сидел на кровати, под его спиной была подушка, взгляд был устремлен на руку. Когда Лили вошла, он даже не пошевелился.

– Папа? – Она нерешительно подошла к кровати. – Как ты?

Вздрогнув, он повернулся.

– А, Лили. Я даже не слышал, что ты вошла.

– Ты в порядке? – Она устроилась рядом. – Как сердце?

На мгновение Альфред прикрыл глаза. Когда он распахнул их снова, Лили увидела, что они блестят от слез.

– Я-то в порядке Лили, – глухим голосом сказал он. – Но я не должен забывать о всех тех, кто погиб. На корабле были старики и дети. Каково это – утонуть. Знать, что темная бездна поглотит тебя и ничто не спасет, – прошептал он так тихо, что Лили едва разобрала его слова.

Она сглотнула.

– Папа, – осторожно сказала она. – Я знаю, что тебе очень плохо, и сейчас совсем не подходящее время. Но я должна тебе кое-что рассказать.

Неторопливо и осторожно Лили рассказала о произошедшем. После она вытащила из сумки фотографии и разложила их на простыне перед отцом. Альфред, казалось, не верил своим глазам. Он взял монокль с прикроватного столика, приставил его к глазу и принялся внимательно рассматривать фотографии. С его губ сорвался резкий вдох.

– Неужели… это все ты? – потрясенно спросил он.

Лили кивнула.

– Я больше так не могу, папа, – тихо сказала она. – Я собираюсь подать на развод. Возможно, ты не сможешь принять мое решение, но это мое решение. Надеюсь, что вы поддержите его. Если не хотите поддержать меня с разводом, то хотя бы поддержите в борьбе за мою дочь. Одна я не справлюсь. Мне нужна ваша помощь.

Лицо отца было лишено каких-либо эмоций, он словно обратился