Путешествие на Запад. Том 4 - У. Чэнъэнь

Духи выслушали Сунь У-куна и повели его к горе.

У первой норы, расположенной у подножия горы, они увидели нескольких зайчат, которые бросились бежать без оглядки. Продолжая поиски, они дошли до норы на самой вершине и, осмотревшись, увидели два больших валуна, преграждавшие вход.

– Здесь, наверное, и прячется дух-оборотень, – произнес местный дух земли, – скорей лезь туда!

Сунь У-кун своим железным посохом раздвинул валуны. Оборотень действительно оказался внутри. С громким воплем он выскочил оттуда, замахнулся своей дубинкой и принялся бить Сунь У-куна. Тот стал вращать свой железный посох, отбивая все удары. Дух горы до того испугался, что попятился назад, а местный дух земли и вовсе сбежал. Оборотень стал громко бранить обоих духов.

– Как смели вы привести его сюда и показать, где я укрылся! – кричал оборотень.

Яростно сопротивляясь и отбивая удары Сунь У-куна, оборотень все пятился назад и уже собирался умчаться в небеса.

Между тем уже начинало темнеть. Сунь У-кун еще больше разгорячился: он изо всех сил колотил оборотня и досадовал, что ему не удается одним ударом прикончить его. Вдруг он услышал, что с высоты девятого неба, с берегов Небесной Реки, его кто-то зовет:

– Великий Мудрец! Не бей его! Не бей! Пожалей!

Оглянувшись, Сунь У-кун увидел духа – повелителя великого женского начала Инь, который в сопровождении двух властительниц Луны142 быстро опустился на облаке, сияющем всеми цветами радуги, и предстал перед Сунь У-куном. Сунь У-кун сконфуженно убрал свой посох, изогнулся в три погибели, совершил приветственный поклон и спросил:

– О повелитель великого начала Инь! Куда направляешься? Прости, что помешал тебе и не успел вовремя сойти с дороги, – добавил он.

– Оборотень, с которым ты сражаешься, – Нефритовый заяц из Лунного дворца необъятного Холода, где он толчет волшебное снадобье Черный иней143. Он самовольно пробрался через Нефритовую заставу, отомкнул золотой замок, убежал из дворца и пропадает вот уже целый год. Гаданье предсказало, что очень скоро он будет лишен жизни, вот я и поспешил явиться сюда, чтобы спасти его. Прошу тебя, Великий Мудрец, пощади его ради меня, старика!

– Да разве я посмею ослушаться? – смущенно пробормотал Сунь У-кун и добавил: – То-то он ловко действует пестом для толчения снадобий! Так это и есть Нефритовый заяц! Почтенный повелитель Луны, ты, верно, не знаешь, что он похитил царевну страны Зарослей небесного бамбука, принял ее облик и стал выдавать себя за настоящую царевну! Но и этого ему оказалось мало. Он возымел желание нарушить непорочность первородного начала Ян у моего учителя, Танского наставника. Как же можно быть снисходительным к таким преступным замыслам? Как можно простить его?

– Должно быть, ты не знаешь, что царевна той страны – не из простых людей, – отвечал повелитель Луны. – Она из Лунного дворца и зовут ее Су Э. Как-то раз восемнадцать лет назад она влепила этому Нефритовому зайцу хорошую оплеуху и после этого задумала спуститься в низшие сферы на грешную землю. Она проникла в утробу главной царицы в виде волшебного луча, и ей удалось таким образом появиться на свет. А заяц этот затаил обиду за полученную оплеуху, потому сбежал из Лунного дворца и отомстил Су Э тем, что занес ее на пустырь и бросил там. Не следовало ему только посягать на непорочность Танского монаха. Этот грех действительно нельзя оставлять безнаказанным. К счастью, ты проявил должную осмотрительность и вовремя отличил поддельное от настоящего, так что он еще не успел повредить твоему учителю. Молю тебя простить ему и эту вину ради меня. Я сейчас же заберу его с собой.

– Поскольку дело сложное, – отвечал Сунь У-кун с улыбкой, – я, конечно, не посмею возражать, хочу сказать тебе лишь одно: если ты заберешь с собой Нефритового зайца, правитель не поверит моим словам. Так уж будь добр вместе с твоими небожительницами доставить Нефритового зайца прямо к правителю. Во-первых, он увидит, на что я способен, во-вторых, узнает, как появилась на земле Су Э. Затем я попрошу правителя отправиться за ней, дабы он понял, в чем заключается сущность возмездия.

Повелитель великой женской силы Инь согласился с Сунь У-куном и, тыча пальцем в оборотня, прикрикнул на него:

– Скот ты этакий! Чего же ты медлишь? Почему не принимаешь свой настоящий вид?

Оборотень стал кататься по земле и тут же превратился в Нефритового зайца.

Губа с изъяном у него,

     А зубки мелкие остры,

Ушами длинными прядет,

     Сидит на выступе горы.

А редких усиков концы

     Смешно и дерзко врозь торчат,

И точно срезан влажный нос —

     Короткий, как у всех зайчат.

На вид комок пушистый он,

     И от усов и до хвоста

Его сверкающая шерсть,

     Как яшма белая, чиста.

Упруги лапки у него,

     Им нипочем далекий путь:

Он через тысячу хребтов

     Готов на них перемахнуть.

Он бел и нежен, как в саду

     Покрытый инеем цветок,

Он словно пудрой дорогой

     Осыпан с головы до ног.

Лишь немигающих зрачков

     Отлив горяч и красноват,

Как будто на сплошном снегу

     Два алых пятнышка горят.

Как безобиден с виду он —

     Пугливый, маленький зверек!

Когда к земле прильнет, похож

     На шелка белого клубок.

А если, прыгнув, на лету

     Захочет спину распрямить —

На серебристую похож,

     Струной натянутую нить.

Тот самый он, кто столько раз

     В чертогах среди лунных скал

Кристальной, утренней росы

     В ступу остатки собирал

И дивным яшмовым пестом,

     Присев в укромный утолок,

Весь день, с утра и допоздна,

     Бессмертья снадобье толок.

Великий Мудрец не смог скрыть своей радости. Вскочив на сверкающее облачко, он помчался вперед, показывая дорогу. Повелитель великого женского начала Инь, увлекая за собой обеих повелительниц Луны и Нефритового зайца, последовал за Сунь У-куном прямо к границам страны Зарослей небесного бамбука.

В это время уже сгустились сумерки, и люди на сторожевых башнях наблюдали за восходом луны. Приближаясь к городу, Сунь У-кун услышал на башнях грохот барабанов. Правитель и Танский монах в это время находились еще в тронном зале,