Не такой как все. Ведьмы - Александр Пышненко

Не расплатившись с Дэнэкой, автор вдруг открывает для себя этот новый смысл. Что выглядело некоторым абсурдом, на фоне чистых чувств, которые испытал автор в своей жизни.

3

— У НН красивая фигурка. Я е…ав її! — Увидев бредущего в магазин автора, Мацэдун специально дождался его, чтоб произнести эту провокационную фразу при свидетеле. Дэнэка, который всегда при нем, больше уже не захаживал к автору. Мацэдун раскручивал эту тему. Он понимал, что это верный способ поднять себе авторитет.

Теперь автор мог представлять себе глубину, в которую опустилась его первая любовь, НН. После Шнурка, с его куриной грудкой — Мацэдун показался ей, и, главное: ее продвинутой подружке, Мамонше, Аполлоном Бельведерским. Очевидно, все так и было на самом деле. Она охотно ему отдавалась, как бы скидывая бремя предыдущего "греха". В последнем своем письме, она так и напоминала автору: «У меня есть, ты сам знаешь кто». Она старалась поглубже загнать занозу в авторское самолюбие.

Автор еще не знал, что секс без любви — зиждется на постоянных поисках чего-то недоступного, пока воображение не истощится до тонкого льда ненависти, по которому дальше нельзя проникнуть в будущие. Его ждало впереди, не одно разочарование в сексе. Переживая подобные прелести, уже, правда, в более зрелом возрасте; он старался не доводить все до крайности — и во время соскакивать с несущегося поезда, в котором превалировали подобные отношения. Ненависти и так хватало в его жизни. Два года — это максимум, что можно выжать из сексуальной гармонии. Очевидно, что и из Мацэдуном, у НН складывалось все по этой же схеме. Она была слишком юна, чтоб завести от него дитя, как Мамонша. Автор не стал напоминать Мацэдуну, что она, возможно, мечтает о нем? Сарказм он не поймет, а драться в 42 года, за грехи их молодости, автору не хотелось. Автору бесконечно все равно, с кем она имела секс, после тех парней кого он знал. После первого раза, это уже несущественно: скольким самцам, НН скрасила жизнь, в столь юном возрасте. Едва ли ей хватило одного Мацедунчика?..

Суть всех ее интриг была в том, что подружка полностью контролировала ее поведение.

После финальной ссоры с автором, которую подготовили ее родители, и Мамонша, которую она исполнила как по нотам, он старался избегать с нею размолвок. Запало в авторскую память, как гордо восседала его бывшая подруга на заднем сидении шикарного мотоцикла МТ, который, очевидно, посоветовала Мамонша, Шнурку, выпросить у своего отца, рыхлого Бормана, чтоб впечатлить свою подружку, — и НН купилась на этот дешевый трюк. Кальсончик повел автора по тому маршруту, чтоб он смог тогда убедиться: «как ей хорошо теперь с новым парнем». Автор согнул, правда, Шнурку переднюю фару в мотоцикле.

Автор никогда не просил у своего отца его КА-750М; года три назад, врезавшись в тополь, только чудом остался жив. Напрочь отбив себе влечение ко всяким мотоциклам; если к этому не приводила крайняя нужда.

Как только автор познакомился со своей Надеждой на Новый год, сразу же началась сумасшедшая травля. Какие-то непонятные нападения местных парней. Даже дети односельчан, которые учились в его классе, оставались на стороне местных. Даже пытались вредить этим любовным отношениям. В общежитии, где жил автор, девчата с окрестных сел и хуторов, — однажды его вызывала многодетная, с нелепо скроенной психикой, комендантша Волкова — и одна из его односельчанок, хлюпнула в приоткрытую дверь помои, забрызгав коридор своего пристанища. Она подняла волну сплетен, которые достигли ушей его подружки.

Автор вынужден был попросить свою мать, чтоб она сняла ему квартиру. Он припоминает и ту вражду, с которой он встретился в этой школе. Учителя могли по пол года не спрашивать у него домашних заданий. Они знали толк: как привести аттестат в автора негодность к дальнейшему использованию, как пропуск для поступлений. Директор школы Соломко, на наводящий вопрос: “Кем ты хочешь стать после школы?”, автор, без тени сомнения, ответил: “ На геолога”, — «А что ты для этого делаешь?» — едва сдерживая сарказм, спросил директор. — «Собираю камни на берегу Сейма», — ответил автор, пряча улыбку.

Автор, всегда, восседал бесформенной массой на передней парте, по сути дела самоустранился от происходящего в классе. Учитывая тот факт, что он не мог читать текст на доске, вследствие своей близорукости, знания по точным наукам, были ему практически недоступны. А такие предметы, как историю или географию, он знал и без школы

Литература, — превратившись в цель его жизни, — захватила его в плен, своей тонкой есенинской лирикой.

Автор начинал жить, скрытной жизнью писателя.

Внешне он ничем не изменился. Играл в трынку; ходил на танцы.

«— Ты почему перешел на квартиру?» — спрашивала его подружка. — «Чтоб с тобою встречаться». — За этими словами, автор пытался укрыть их чувство от излишней человеческой зависти. Ей доносили всегда другое. Эта постоянная ложь, в конце концов сделала свое дело — они расстались. Ей лгали о нем, выпячивая мелкие гадости…

Первая ссора во время поездки в Витебск, и первое примирение на ее кровати, в бесконечных поцелуях Бессонная ночь проведенная вместе, заставляет их уснуть на скамейке на витебском вокзале, что тут же запечатлела, сопровождавшая их, классная, Собратша, естественно превратив это в сплетни, которые изменили судьбу.

У нее, сразу же, появился тот прыщавый парень. В летнем школьном лагере, у автора тоже появилась новая подружка, ВВ, которая ему нравилась всегда.

Новое примирение с НН и последовавшая за ним окончательная ссора: «Ти не такий как всі», — сказала она. — «Будеш шукать такого», — отреагировал, автор. — «Він сам мене найде». — Этими словами, практически, закончилась их глубокие отношения.

С началом учебного года, в нее появился прыщавый односельчанин Шнурок. Потом, солдат-дагестанец? из стройбата.

Со Шнурком, они пробыли целый год.

Автор, скоро, отучившись, уехал из этого села в Киев. Еще при Шнурке, она попыталось было навести кой какие-то мосты, пригласив автора на день рождения своей подружки. Автор, увлекаемый уже литературной жизнью, остался безучастным к этим, ее, попыткам. Автор отвыкал верить даже близким людям. Что в атмосфере сексотско-андроповского агентурного произвола было весьма кстати. Он поступил в геологоразведочный техникум (природного ума ему было не занимать).

…Они виделись только единожды: на