Юность подарит первые шрамы - Стейс Крамер

– Это мазь от ожогов. Очень хорошая. Способствует быстрой регенерации. Тот химический ожог, который ты получила, пытаясь отравить Фобоса, пройдет буквально за несколько недель, – спокойно ответила Диана.

Лицо Никки в этот момент выражало неподдельный ужас, и она нескоро осмелилась подать голос:

– …Я могу все объяснить.

– Не делай над собой усилий, не выдумывай ничего. Леда все рассказала мне.

– Это ты?.. – задала вопрос Калли. – Никки, это правда ты?!!

– Там что-то происходит… – заметила Элеттра, проходя мимо выхода в холл.

– Это не наше дело.

– Рэми, если они наезжают на Калли из-за меня, то я не стану это терпеть!

– Я не хотела… – оправдывалась Никки. – Я не знаю, зачем это сделала…

– Зачем ты подставила Элеттру?! – негодовала Калли. – Почему не призналась в том, что Деймос погиб по твоей вине?!

– Что?.. – Девушки обернулись на голос Элеттры. – Так это все из-за тебя? Все это было из-за тебя?!!

Никки молчала. Трудно припомнить хотя бы один случай до этого, когда она была в той же степени растерянна, разбита, сломлена…

– Забери документы из школы, иначе я не дам тебе здесь нормальной жизни! Ты поняла меня?!

– Напугала! – вдруг закричала Никки. – Ты еле на ногах стоишь, посмешище! Все это было не зря! Ты во всем виновата! Ты вынудила меня так поступить! Я ведь по-человечески просила тебя, я умоляла тебя!

– Эл, пойдем! – Рэми схватила подругу за руку, так как Элеттра была в полной готовности накинуться на Никки.

Никки быстро забыла о существовании Кинг, взглянув в п????????????ереполненные ненавистью глаза Дианы, затем переведя взгляд на Калли, всем видом показывающую свое разочарование в ней.

– Диана… девочки, простите. Не отворачивайтесь от меня, прошу! Я не смогу без вас. Вы – все, что у меня есть… – Никки захныкала, как маленькая девочка. – Мне очень стыдно. Я готова искупить свою вину.

– За что тебе стыдно? – спросила Диана.

– За то, что я… Деймос пострадал из-за меня… и… – Слезы душили ее, мешали говорить. Ей лишь хотелось выть от собственной беспомощности.

– Так ты думаешь, что все дело в Деймосе? – Диана проиграла самой себе. Ей казалось, что она все-таки смогла укротить свой гнев, и надеялась, что ей удастся вполне спокойно поговорить с Никки… Как бы не так. Гнев ее приумножился, заполнил собой все ее тело, завладел рассудком. – Что у тебя в башке творится? Тебя нужно изолировать, ты понимаешь это?! Ты опасна для общества! Боюсь даже представить, на что ты еще способна ради выгоды.

– Какой выгоды?.. Мне было больно! Я не знала, как иначе наказать ее.

– И в итоге ты наказала меня! Мне с этим жить! – Диана подошла к Никки и вцепилась в ее горло обеими руками. – Элеттра дала тебе дельный совет: забери документы, иначе ты труп. Клянусь, Никки, я возьму грех на душу!

– Тогда ты еще хуже меня… Я хоть животное убила, а ты хочешь убить человека.

– Ты не человек. Ты – ущербное существо.

– Так убей меня сейчас. Помоги мне… – Никки улыбнулась, и эта ее ненатуральная, язвительная улыбка послужила детонатором. Диана стала сдавливать ее шею, надеясь, что боль и страх смерти образумят Никки и та перестанет так улыбаться, в конце концов поймет свою ошибку, но ну тут-то было. Никки продолжала насмехаться над Дианой, сама не понимая, почему ее выбор пал на такой странный способ защиты.

– Диана, отпусти ее! – кричала Калли.

– Убей меня… – шепотом просила Никки.

– Диана, умоляю, перестань! – донесся крик Джел.

Теперь Диана вознамерилась уничтожить Никки во что бы то ни стало. Вся ее ярость была сосредоточена в руках, наделив их небывалой силой. Взгляд Никки, полный уверенности в том, что Диана вскоре остановится, и та самая улыбка – очередной плевок в душу – вмиг исчезли, когда Дилэйн поняла, что воздуха в легких с каждой секундой становится все меньше и меньше, к тому же голова начинает кружиться, в глазах темнеет, а Диана… не собирается разжимать руки. Она действительно убьет ее.

– Хватит… – захрипела Никки. – …Хва-хватит!

– Диана!

Этот крик был словно резкий удар по спине… Диана вмиг остановилась, оглянулась.

Кричала Элеттра. Никто не понимал, почему именно ей удалось докричаться до Дианы и спасти тем самым Никки. Диана послушно отступила назад, Никки, еле-еле придя в себя, выбежала на улицу, Джел помчалась за ней. Калли никак не могла подобрать слова, чтобы выразить весь тот ужас, что царил в ее душе. Эл и Рэми, что, как оказалось, никуда не ушли и все это время были свидетелями этой чудовищной мизансцены, нашли в себе силы, чтобы вернуться в торжественный зал.

* * *

Никки сковывало странное чувство, будто руки Дианы все еще сдавливали ее шею. Ее напугала мысль, что действия Дианы привели к тому, что ее горло теперь деформировано, иначе почему ей до сих пор так трудно дышать, глотать и говорить?

– Никки! – Джел следовала за Никки по пятам, но та не обращала на нее внимания. – Никки, постой!

Лишь добравшись до резиденции, Никки соблаговолила остановиться и ответить Джелвире осипшим голосом:

– Что тебе нужно?

– …Я знала, что это ты. Вернее, догадывалась. Помнишь, ты вернулась в нашу комнату, жутко нервничала, смотрела на свою ладонь, тряслась и тихо плакала? А на следующий день мы узнали о смерти Деймоса…

– Ты же спала?..

– Притворялась. Я поняла, что ты сделала что-то страшное и расскажешь мне обо всем, если захочешь. Ну а если нет… то я не буду лезть. И сохраню твою тайну.

– Спасибо, Джел… Хоть что-то хорошее ты для меня сделала. За исключением твоих дебильных носков.

– Я не отвернусь от тебя. Я буду рядом, несмотря ни на что.

Никки злобно ухмыльнулась, а затем поморщилась из-за вновь возникшей необходимости проглотить слюну. Этот примитивный процесс стал для нее пыткой. Было очень больно.

– Я хочу, чтобы на твоем месте была Диана, – призналась Никки. – Ну или хотя бы Калли… Мне не нужен человек, который втоптал меня в грязь.

– Ты до сих пор не простила меня? – Сложно сказать, что больше поразило Джел: то, как Диана чуть не убила подругу на ее глазах, или то, что Никки продолжает таить обиду на нее за те слова, произнесенные в тот вечер, когда Дилэйн утешала ее после разрыва с Закари. Случай с Арджи доказал, что Никки все-таки не отличается быстрой отходчивостью, но как бы то ни было, по отношению к друзьям она не склонна проявлять злопамятность. Это была непреложная истина. Неужели Джел так глубоко ее ранила?..

– Не простила и не прощу! Катись ты к черту, Джел! Я не нуждаюсь