Одиночество Мередит - Клэр Александер

— Не ждите меня! — бросила она через плечо, выходя из комнаты.

— Хорошо повеселиться! — пожелала я ей.

— Постараюсь, куколка, постараюсь!

— Ты ее ненавидишь? — спросила Фиона, как только за мамой в ее пластиковом платье захлопнулась дверь.

— Фиона! — Я повернулась к ней в возмущении, но ее взгляд был по-прежнему прикован к экрану телевизора, а губы плотно сжаты.

— Что? Не строй из себя невинность, Мередит. Мы обе знаем, что она сука. И она-то точно нас ненавидит.

— Ты правда так думаешь? — Слова сестры вызвали у меня скорее любопытство, чем негодование.

Фиона пожала плечами.

— В сердце этой женщины нет никакой любви, — произнесла она уверенно и спокойно.

— Конечно, она нас любит. Разве это не происходит автоматически, когда у тебя рождается ребенок?

Я была слишком мала, чтобы знать что-то о родах, но видела женщин, воркующих над своими младенцами в парке, и смотрела достаточно взрослых передач, рассказывающих о материнстве как о волшебном преображении.

— Может быть, меня она немного любила вначале, — сказала Фиона. — Когда появилась ты, ее жизнь стала настоящим дерьмом.

Я смотрела на нее в недоумении, пока она не отвела взгляд.

— Я шучу! Господи, Мередит, не реви. Она говорила, что я ее порвала, когда рождалась, и что она никогда меня не простит. Она думала, из-за меня ей конец.

— Она рассказывала тебе что-нибудь о том, как родилась я?

— Нет. Но я это помню.

— Врешь. Тебе и двух лет не было. В этом возрасте никто ничего не запоминает.

— А я запомнила. Она не успела в больницу и выкинула тебя прямо на кухонный пол. Крови было море. Ты орала несколько дней.

— Я тебе не верю. — Я страшно разозлилась на нее за такое ужасное описание моего рождения.

Несколько минут мы сидели в тишине. Она смотрела телевизор, а я просто пялилась в экран, не следя за происходящим.

— Она нас любит, — упрямо повторила я.

Фиона вздохнула:

— Да какая разница. Как только мы вырастем, мы уедем. Я найду работу или встану на биржу труда. Мы сможем получить жилье как бездомные. Скажем, что она выгнала нас, а потом сбежала.

Я и не подозревала, как сильно мне этого хочется. Внутри все сжалось от страха и волнения. И надежды.

— И я могу уехать с тобой?

— Конечно, дурочка, как я тебя брошу? Мы же команда.

— Когда? Когда мы сможем это сделать?

— Когда мне исполнится шестнадцать.

— Еще целая вечность, — буркнула я. Возбуждение постепенно сдувалось.

— Наберись терпения, — твердо сказала Фиона.

— Ты обещаешь? Обещаешь, что у нас будет собственное жилье?

— Обещаю.

Я никогда не видела свою сестру такой серьезной, поэтому мне ничего не оставалось, как поверить ей.

День 1245

Суббота, 15 декабря 2018

КОШАТНИЦА29. Я получила ответ из полиции.

ФАНАТКАПАЗЛОВ. И?

КОШАТНИЦА29. Довольно короткий, на самом деле. У них ведь очень мало информации, правда? Случайный человек, которого я даже толком не разглядела, никаких свидетелей. Они сказали, что изучат дело и будут держать меня в курсе.

ФАНАТКАПАЗЛОВ. Как ты? Думаю о тебе все время.

КОШАТНИЦА29. Лучше, кажется.

ФАНАТКАПАЗЛОВ. Я рада. Знаю, что уже это говорила, но ты очень смелая.

КОШАТНИЦА29. Спасибо, Мередит. Как твоя вчерашняя терапия?

ФАНАТКАПАЗЛОВ. Неплохо. Получила домашнее задание: притворно зевать и есть изюм.

КОШАТНИЦА29. Звучит интригующе! Думаю, в любом случае стоит попробовать.

ФАНАТКАПАЗЛОВ. Наверное…

КОШАТНИЦА29. Чувствую себя подростком, приглашающим девочку на свидание, но, может, обменяемся телефонами?

ФАНАТКАПАЗЛОВ.

Я напечатала свой номер, внимательно проверила и нажала кнопку «Отправить». Через несколько минут после выхода из чата на мой телефон пришло сообщение:

«Привет, Мередит! Это твоя новая подруга Селеста».

Я улыбнулась. У меня есть новая подруга, Селеста. И тут я совершила неожиданный поступок:

«Привет, новая подруга Селеста! Не хочешь заехать ко мне на чашечку кофе/чая с пирожными? Завтра? Мередит».

Я перечитала текст несколько раз, палец завис над маленькой стрелкой, готовый отправить приглашение. Вновь перечитала написанное, а затем стерла. Положила телефон на стол и отправилась на поиски Фреда. Он лежал у меня на кровати, свернувшись таким плотным клубком, что я не сразу поняла, где его голова. Я присела на корточки и пристально на него уставилась. Решила: если проснется, отправлю сообщение.

Он не проснулся, но я напомнила себе, что кошки — существа своенравные, так что явно не стоит позволять Фреду принимать за меня решения. В голове всплыла одна из любимых аффирмаций Дианы — «Выбирай веру, а не страх», — и я восприняла это как знак спуститься вниз и закончить начатое.

«Привет, новая подруга Селеста! Не хочешь заехать ко мне на чашечку кофе/чая с пирожными? Завтра? Мер».

Я нажала на стрелку раньше, чем успела себя остановить. Испугаться я тоже не успела, потому что она сразу же ответила:

«С УДОВОЛЬСТВИЕМ. Пиши адрес, и я приеду. Договорились».

День 1246

Воскресенье, 16 декабря 2018

Я встала рано, чтобы успеть сделать все воскресные дела до прихода Селесты. Поменяла лоток для Фреда — все это время он пристально наблюдал за мной с кухонного подоконника, — затем подмела и помыла пол, основательно почистила ванную (как ни странно, я полюбила лимонно-зеленую плитку) и сменила постельное белье. Потом открыла все окна в доме, наслаждаясь холодным воздухом. Раз я уже вспотела, то решила потренироваться сразу, не откладывая на вечер. Пробежала вверх-вниз по лестнице пятьдесят раз, правда, на семь секунд медленнее личного рекорда: за девять минут двадцать три секунды.

Плюхнулась на пол, дождалась, пока пульс придет в норму, а потом сделала несколько растяжек. Ко мне присоединился Фред: вытянул лапы и стал кататься рядом по ковру.

Но даже после всей этой активной деятельности мне все еще было тревожно. У меня не было опыта знакомств через интернет, но подготовка к встрече с Селестой немного напоминала то, как я себе это представляла. Помню, как Сэди встретилась с парнем, с которым два месяца общалась в Сети. «Мне кажется, я даже немного влюбилась в него», — делилась она накануне свидания, и в этот момент у нее разве что сердечки из глаз не сыпались, как в старом мультфильме. По ее подсчетам, они потратили больше двухсот часов на то, чтобы