Да здравствует жизнь! - Софи Жомен

Фран входит: на ней пылающе-желтое платье из муслина. Белокурые волосы, забранные в пучок, и легкие прядки вокруг лица довершают ее сходство с солнцем.

– Не откажусь от кофе! Я с шести утра на ногах, проснулась и не смогла больше уснуть.

Она проходит в гостиную и сразу замечает мой список. По выражению ее лица я понимаю, что он немедленно станет поводом для спора. Но Фран не так предсказуема. Она достает из пакета круассаны, забирает у меня из рук чашку с кофе и заводит речь… о поездке.

– Как ты смотришь на то, чтобы устроить себе небольшое приключение? Что думаешь?

– Небольшое приключение?

– Все бросить и рвануть куда-нибудь на машине!

– Это я поняла, но… с чего вдруг такой вопрос?

Вид у Фран ликующий:

– Потому что эта идея уже пришла мне в голову во время нашего ужина, а когда я увидела твой список, – добавляет она, указывая на листочек на столе, – мне захотелось тут же ее реализовать.

Меня действительно удивило, что она не набрасывается на мой список. Но идея с приключением оказалась полной неожиданностью!

– Э-э-э…

– Что касается списка, то я знаю только один способ с ним покончить: выполнить его.

Я в недоумении хлопаю глазами:

– Хочешь помочь мне поставить галочки?

Губы у нее растягиваются в широченной улыбке.

– Да! Ты, я и полный расслабон. Все вот это, – горячо говорит она, помахивая моим списком, – рвешь на кусочки и выкидываешь из головы. И переходишь из стадии «не подлежит обсуждению» в стадию «пошли вы, буду делать со своей жизнью все, что захочу!»

Я широко распахиваю глаза, но не улавливаю ее мысль.

– Спорим, ты освободишься от своих цепей? Мы с тобой уедем на неделю и каждый день будем делать именно то, что всегда себе запрещали.

Наверное, я сейчас выгляжу как выброшенный на берег карп. Это потрясающе: она так разговаривает со мной, как будто мы дружим уже тысячу лет, хотя на самом деле знакомы не больше месяца.

– Но… когда? И куда?

– На Опаловый берег! Завтра? Через три дня? На следующей неделе? Реши, а я подстроюсь.

Не могу поверить!

– Зачем тебе это?

– Может, потому что я коуч, и моя цель – увидеть, как люди раскрывают свой потенциал.

Сам Ла Палис[25] не сумел бы ответить лучше.

Она хватает круассан и с наслаждением откусывает:

– Поверь, подруга, это будет лучшее приключение в твоей жизни!

* * *

У меня очередной сеанс психотерапии.

Завтра у нас национальный праздник, и много дыма будет не только из-за фейерверков, но и от моих нейронов, которые не выдержат усиленных размышлений… Так что встрече с Элен я очень рада.

– Не уверена, что приму предложение Фран. Боюсь, такой эксперимент мне не по зубам.

Элен улыбается.

– Или совсем наоборот. Что вам в себе нравится, Марни? С точки зрения внешности? Отвечайте сразу, не задумываясь.

– Ну… глаза, волосы, рот.

– А я, как вы оцениваете меня?

Я теряюсь, не зная, что ответить.

– Говорите без обиняков, я слушаю.

– Э-э-э… Вы очень красивая.

Элен улыбается.

– Однако… Я сама нахожу в себе целую кучу недостатков. Но, по-моему, нет ничего менее важного, чем считать себя красивой или уродливой.

– То же самое говорит и Фран Бюисоннье…

– Марни, главный вопрос не в том, красивая вы или нет, а в том, хотите ли вы себя принимать. Если не получается, есть эстетическая медицина, например бариатрические операции по снижению веса. Вы наберете несколько килограммов, которых не хватает, чтобы получить к ним доступ, и врач поможет вам похудеть с помощью анастомоза, резекции желудка или желудочного бандажа. Это будет нелегко, даже рискованно, вас ждут потрясения и радикальные перемены, но вес вы сбросите. Либо вы примете себя такой, какая вы есть, и будете двигаться в этом направлении.

Я молчу. Все эти вопросы я себе уже задавала.

– Давайте, поезжайте с подругой в путешествие и докажите себе, что можете жить полноценной жизнью, толстая вы или худая. С этого все и начинается.

Глава 9

Поскольку практически все вокруг твердили, что это хорошая идея, я решила принять предложение Фран. В десять утра двадцатого июля мы уже готовы отправиться в наше приключение, благодаря которому я рассчитываю договориться со своим телом. Фран предлагает не планировать остановки заранее на весь маршрут, а бросать якорь, где вздумается, смотря куда ветер подует или как карта ляжет. Понятия не имею, что ждет меня в конце пути, но одно уже ясно: первую остановку мы сделаем в Туке-Пари-Пляж, в ста пяти километрах от Амьена. Это, конечно, не бог весть какая чужбина, но прибрежный ветер хотя бы поможет нам отвлечься от влажной городской духоты.

В путешествие я надела свои самые удобные вещи: неизменный льняной комбинезон и кроссовки. Фран выбрала длинную радужную юбку с высокой талией, леггинсы, боди и широкий пояс, который, кажется, умеет носить только она одна.

– Твоя начальница – самый классный босс в мире, – замечает она, открывая багажник своей машины. (Миниатюрной, замечу в скобках. К счастью, я не переняла привычку своей матери, которая, даже уезжая на три дня, брала с собой весь дом.)

Я ставлю в багажник свою дорожную брезентовую сумку и улыбаюсь.

– Она мне кое-чем обязана.

Если уж быть совсем честной, Ана не так уж и рада была предоставить мне дополнительную неделю отпуска, тем более что я собираюсь повторно брать отпуск в середине сентября. Но из-за тех двух недель, когда она самоустранилась и мне пришлось взвалить все на себя, у нее не было особого выбора – это меньшее, что она могла для меня сделать.

Я забираюсь на переднее сиденье «Нью Битл» и смотрю в телефоне метеосводку.

Небо, как говорят у нас, низкое, а это означает, что никто не сможет предсказать, будет ли дождь. Остается только скрестить пальцы, чтобы он не пошел, пока мы будем в дороге.

– Держи, – говорит Фран и протягивает мне платок. – Повяжи его на голову и надень солнечные очки.

Я улыбаюсь.

– Не хочу, но ты права – давай воспроизведем заодно и все штампы путешествий на машине!

– Как хочешь, но предупреждаю: платок надевают не просто так. А в очках не будут слезиться глаза.

Она не спеша повязывает на голову платок и водружает на нос здоровенные «Гуччи». Даже несмотря на сорок пять лишних килограммов ее белокурые локоны и пухлые губы придают ей сходство с Мэрилин.

Фран всегда красива, меня даже досада берет.

Я пристегиваю свой ремень