Маруся отравилась. Секс и смерть в 1920-е - Дмитрий Быков

Предчека перелистывал дело. Ввели Сандарова.

— Сандаров?

— Да.

— Садитесь.

Предчека протянул ему документ.

— Это ваша подпись?

— Моя.

— Вы знали, что ассигновка дутая?

— Как дутая?

— Выписанная за несданную работу.

— Нет, не знал.

— А вы проверяли оправдательные документы? Счета? Приемочные акты?

— Нет, не проверял.

— Как же вы подписывали?

— Проверять документы лежит на обязанности секретариата.

— Кто заведует у вас секретариатом?

— Тов. Бауэр.

— Это она давала вам на подпись ассигновку?

— Да.

Предчека дал знак следователю выйти.

— Вот что, тов. Сандаров. Здесь вышла глупая история. Вы подписали дутую ассигновку конторе «Производитель», нам об этом сообщили. Арестованы представители конторы: Стрепетов, Велярский и его жена.

— Велярская арестована?

Предчека посмотрел на него иронически.

Сандаров вскочил.

— Это чепуха какая-то. Я ничего не понимаю. И при чем тут Велярская?

— Она была посредницей между вами и конторой.

— Какая чушь! Я с ней ни разу не говорил ни о каком деле. Я вообще ни с кем об этом не говорил.

— А с гражданином Стрепетовым?

— Никогда.

Предчека перелистал дело.

— Стрепетов показал на допросе, что переговоры велись.

— Не со мной, во всяком случае.

— С кем же?

— Не могу знать.

Предчека улыбнулся.

— Не волнуйтесь, тов. Сандаров. Сядьте.

— Я не могу не волноваться, когда происходит черт-те что. И к чему арестовывать женщину, абсолютно не причастную ни к какому делу?

— Это мы выясним.

В дверь постучали.

— Да! Войдите.

Сандаров оглянулся.