Немного удачи - Джейн Смайли

За туфельками и за Джоуи был Фрэнки. У Фрэнки имелся другой новый и интересный предмет: он торчал позади него, волочась по полу, а также выглядывал спереди. У него были уши и глаза, но он не выглядел живым. Фрэнки носился по комнате, и предмет следовал за ним. Фрэнки помахал рукой. Мэри Элизабет повернула голову и тело сначала в одну сторону, потом в другую, наблюдая за Фрэнки. Потом Джоуи подбежал к нему, схватил нижний край предмета и дернул его вверх, и Фрэнки упал.

– Это мое! – сказал Джоуи.

Затем мальчишки занялись тем, что всегда занимало Мэри Элизабет: они начали тянуть и толкаться, то туда, то сюда, пока Фрэнки не пихнул Джоуи так, что тот упал назад и начал кричать. Фрэнки ударил его и сказал:

– Хватит ныть, а то я тебе врежу, мало не покажется!

Мэри Элизабет подтянулась, используя тот же стул, о который опиралась всегда, – это было проще простого, особенно в туфельках, – и, преисполнившись волнения, обогнула стул, засмеялась, убрала руку со стула и помахала. Джоуи повернулся к ней. Слезы немного поутихли. Он полежал на полу, вздохнул и сел. Фрэнки и новый предмет убежали в столовую, и Мэри Элизабет услышала мамин голос:

– Мальчики, чем вы там опять занимаетесь? Если еще раз услышу вопли, свяжу вас вместе, как на прошлой неделе, и вам придется снова учиться действовать сообща! Ваши драки сводят меня с ума!

Мэри Элизабет сделала еще два шага, но ее ноги и туфельки не слишком хорошо работали, и хотя она все еще держалась одной рукой за стул, а второй махала, она не была уверена, что сумеет добраться от стула к столу. Да, она запуталась, вне всякого сомнения. Замерев, она посмотрела на Джоуи.

Джоуи к тому моменту как раз сел, скрестив ноги, и уставился на нее.

И действительно – она отпустила стул и махала в воздухе обеими руками. Такого раньше не случалось.

Улыбаясь, Джоуи подполз к ней, присел на корточки и сказал:

– Давай!

Она наклонилась к нему.

Верхний край красных туфелек врезался ей в кожу.

Она согнула колено – правое, то, которое чаще знало, что делает.

Она не упала.

Она согнула левое колено. Затем снова правое.

Джоуи подполз ближе и протянул к ней руки.

Она замахала руками, упала ему в объятия, и он засмеялся. Она тоже захихикала.

В комнату снова ворвался Фрэнки.

– Мама на тебя сердится, – сообщил он.

Мэри Элизабет оперлась о руки и колени, поползла назад к любимому стулу, подтянулась и залезла на него.

Фрэнки и Джоуи опять катались по полу и дрались. В комнату влетела мама, схватила их и резко поставила на ноги. Ложкой, которую она держала в руке, она шлепнула обоих по попе, потом подошла к Мэри Элизабет и взяла ее на руки.

– Бог ты мой, как я переживу эту зиму? – пробормотала она.

1925

Уолтер сидел за столом в кухне. Было еще темно, и Розанна с Мэри Элизабет пока не спустились. Рагнар кормил свиней, и в любую минуту должен был появиться Фрэнк, одетый и готовый кормить лошадей, так что Уолтер с некоторым нетерпением ждал завтрака. За плитой стояла Ирма, которая заменила Элоизу в качестве помощницы по домашнему хозяйству. Росту в ней было от силы футов пять.

Уолтер не знал, что и думать об этой девушке, на которой женился Рагнар. Она говорила, ей девятнадцать, хороший возраст, но выглядела она значительно моложе и была до ужаса неуклюжа. У нее были хорошие волосы, и она могла бы быть симпатичной, если бы не лишилась двух передних зубов, и, хотя Рагнар не говорил, как это произошло, Уолтер подозревал, что это был несчастный случай. С тех пор как Рагнар привел ее домой, она уже один раз потеряла сознание, стукнувшись о потолок курятника. Вышла собрать яйца, а когда не вернулась, Розанна пошла проверить, что с ней, и увидела, что та лежит на спине, в руке два разбитых яйца, а на ней сидят курицы. На то, чтобы как следует прийти в себя после этого, ей понадобилось два дня. Еще она уронила две тарелки и чашку и прищемила себе палец дверью. Нередко она спотыкалась о порог.

– Боже мой, – всегда говорила она, – как глупо! – как будто собственная неуклюжесть каждый раз саму ее удивляла.

Уолтер не понимал, в чем дело. У нее были не особенно большие ноги для ее малого роста. Они с Розанной с нетерпением ждали, когда она заменит Элоизу в доме, но по сравнению с ней Элоиза работала, как машина.

– Мы как будто обзавелись четвертым ребенком, – заметила Розанна.

Что ж, по крайней мере, девчонка была с легким характером, нетребовательная. Пока что они жили в спальне Рагнара. Уолтер намеревался попросить Рольфа и Отто летом помочь ему сделать пристройку с западной стороны дома, с отдельным входом. Тогда Мэри Элизабет получит собственную комнату, а Фрэнк и Джоуи переедут в комнату попросторнее.

– Ой, из одного вытекает желток, – сказала Ирма.

– Ничего, сделай яичницу, – сказал Уолтер.

– Хотите, чтобы я сделала яичницу?

– Да, Ирма.

Она отвернулась, и через минуту-другую ей удалось вывалить яичную массу ему на тарелку рядом с недоеденной колбасой. Выглядело не слишком аппетитно. Он принялся ложкой соскребать остатки овсянки со дна миски. Как