Случай в маскараде - Майя Александровна Кучерская

Проект придумал один веселый человек, кудрявый и избалованный, как девчонка. Он любил баловать себя. Поэтому и свой вполне серьезный Проект окружил сопутствующими развлечениями. Сотрудники Проекта работали в многоэтажном здании, но на верхнем этаже его дышала вкусными ароматами просторная столовая, по набору блюд напоминавшая ресторан, в подвале поблескивал хромированными ручками отлично оборудованный тренажерный зал. Кудрявый бог сам ходил туда тренироваться. После этого и обедать. И прогуляться по любимому саду. Здание окружал сад. Яблони, груши, вишни, кусты смородины и крыжовника, клумбы с цветами. Вот сюда-то и требовались на этот раз люди – хранить садовое великолепие в порядке. Правда, нужно было еще пройти собеседование.

Дома на подоконнике у меня росли фиалка, герань и алоэ – специально на случай детских болезней, его сок помогал при кашле. Я знала, как поливать цветы, и умела обрезать сухие веточки.

Собеседование я проходила у Королевы сада. Прямо на улице, в беседке, за деревянным столом. Было еще тепло, только начался сентябрь. Вокруг ветвился, кустился и вился сад – аккуратно подстриженный, идеально разноцветный, будто нарочно для фотографий в глянцевых журналах, изданием которых баловень тоже увлекался.

Под стать саду была и Королева – необыкновенно хороша собой. Черноглазая, тонкая, стрижка под мальчика, миндалевидные темно-зеленые глаза, розовые маленькие уши. Браслет из черных кленовых листьев, медное яблочко на цепочке, кулон.

Говорила Королева немного жеманно и слегка лениво, словно бы не слушая, что ей говорят, о чем просят.

Передо мной проходил собеседование какой-то незадачливый лохматый чел, который понятия не имел, как держат ножницы и как метлу – а это, объяснила ему Королева, главные инструменты в саду. Она даже поднялась и показала, как правильно их держать, под каким углом к земле и к веткам; я сидела на лавке, достаточно далеко, но искоса все-таки смотрела во все глаза. Чел был выставлен с приговором: ему лучше попробовать себя в чем-нибудь другом, а я, ликуя, что невольно подслушала урок, просто повторила все только что проделанные Королевой движения. Мной она как будто осталась довольна. Во всяком случае, глядя, как я управляюсь с метлой, а потом имитирую стрижку куста, она дважды благосклонно закрыла глаза. Жестом остановила меня: довольно. Поблагодарила. Произнесла что-то вроде: изрядно. Тем более на первый раз. И спросила нежным, ласковым голосом, словно бы вдогонку и невзначай:

– Майя, а вы имеете представление о садоводстве?

– Конечно! – быстро закивала я. – У меня дома что-то вроде оранжереи. Фиалка, герань, алоэ.

– Это дурно, – Королева внезапно нахмурилась. – Значит, у вас свои представления о прекрасном. А нам лучше бы с чистого листа.

– Нет-нет, – немедленно отреклась я. – У меня никаких представлений, вовсе, ни одного!

Ноздри ее несколько брезгливо раздулись, но она быстро овладела собой и заключила сухо:

– Хорошо, хорошо, Майя, давайте попробуем.

На следующий день мне выдали персональные ножницы, перчатки, метлу из тонких березовых веток. Пропуск для входа в здание и столовую. Бесплатную медицинскую страховку. И первую в моей жизни банковскую карточку, на которую два раза в месяц должна была пикировать зарплата. В долларах. Четыреста зеленых в месяц. Голова у меня кружилась. Это было невероятно много! Особенно по сравнению с нулем. И это только в первый месяц, тихо пообещала Королева. Потом зарплату могут и повысить. Ну, если всем понравится моя работа.

Я старалась. Полола сорняки, обрезала сухие ветки, подметала дорожки. Обедала в корпоративной столовой за смешные деньги. По страховке вылечила в клинике зуб.

На первую зарплату купила хлеб с хрустящей корочкой в магазине, мимо которого прежде пробегала, крепко зажмурившись. И там же, в том же магазине – синюю заводную машинку с мигающими фарами сыну и мышку в кружевном платьице дочке. Дети были счастливы. Мышка каталась на личном автомобиле, свежеиспеченный хлеб всем показался пищей богов.

Все как будто шло превосходно. Я влилась в дружный коллектив помощников садовника. Садовник был лыс, застенчив, бывший биолог, он тайно писал стихи и держался от нас чуть в стороне. Мы, его помощники, были примерно на одном уровне садоводческого искусства. Одна – кандидат искусствоведения, другой – физик в недавнем прошлом. Третий – мой бывший однокурсник, синеглазый философ.

Я начала работать в сентябре и на вторую зарплату купила детям красивые теплые курточки. На просторной ярмарке детских товаров в Коломенском – можно ли ее забыть.

Нас регулярно навещала Королева. Каждый раз в новом головном уборе: то в шляпке-лодочке, то в стильной радужной шапочке и прозрачном голубом шарфе, то в каком-то невероятном зеленом тюрбане, который чрезвычайно шел к ее глазам. Королева внимательно смотрела, как мы справлялись, потом садилась в беседку и зазывала нас по одному, обсудить работу. Неторопливо и как будто нехотя роняла слова.

Мне казалось, я отлично справляюсь. Но я заблуждалась и проявляла недопустимое легкомыслие. Все потому, что никак не могла уловить самое главное.

Королева называла это «чувством метлы».

– Понимаете, Майя, – говорила она, рассеянно глядя на цветущий рядом куст роз. – У вас пока нет этого чувства. Чуть больше наклона, чуть сильнее нажим. Тогда дорожки будут действительно чистыми. А у вас… – Она глядела на только что выметенную мной дорожку. – Видите?

Я не видела. Вроде как чисто, нет? Но это я думала про себя, не смея возражать.

– Во-он там темная соринка. Нет-нет, глядите правее. И во-он между двумя плитками завалился лист. Кажется, с этой вишни. Вы его вообще не заметили.

– Я сожалею, – отвечала я на внезапно ухудшающемся русском. – Действительно.

Скашивала глаза на соседнюю дорожку – ее мела кандидат искусствоведения Нина. На ее уже пройденной дорожке лежали целых два тонких, лимонного цвета листка. Я, разумеется, молчала, я не доносчик брату своему.

Однако Королева сама бросала взгляд на дорожку Нины. И изрекала:

– Да. Там два листка. Но они там уместны. Понимаете? Они вписываются в общую картину нашего прихотливо устроенного сада, наш кудрявый выдумщик – такой фантазер. Эти листы расставляют необходимые акценты. Необходимые в данном случае, – чеканила она. – Это чувство метлы в итоге дает чувство… формата, да. Нина понимает формат. Вы пока нет, Майя.

Вскоре всем действительно повысили зарплату. Кроме меня.

Лысый садовник со мной едва здоровался, а на робкие попытки выяснить, что мне поправить и что я делаю не так, угрюмо отмалчивался.

Королева заходила, шутила с синеглазым одноклассником