ПодВал - Вера Левина

Лиза не согласно помотала головой, но ничего не сказала. Так она делала со школы — не ввязывалась в споры со мной. Иногда кажется, что она гораздо мудрее меня, хоть и наивнее. Она ищет хорошее во всём, даже если её обижают. В школе и после неё Лизу защищала я, а теперь это делает Вадим. И когда он придёт из армии, то переберётся к Лизе в квартиру, доставшуюся ей от бабушки.

Я уставилась в окно. Уже пятый год с тех пор, как мне исполнилось восемнадцать, я живу здесь. Будет некрасиво, если останусь. Двухкомнатная хрущевка может и как раз для молодой семьи, но со мной им точно будет тесно.

Вспомнилась светлая комната в родительской квартире. Кровать — полуторка с самым мягким матрасом на планете. Большое окно, через которое можно часами любоваться парком. Встроенный шкаф с огромным количеством вещей. Стол с компьютером. Я тяжело вздохнула. Туда я точно не вернусь.

Пора искать жильё.

Середина недели выдалась дождливой и прохладной. Половину выходного дня я проторчала в Центре предпринимательской деятельности. Хотела пройти обучение и повысить квалификацию, но оказалось, что для этого придётся встать на учёт в Центр занятости и не работать. Такую роскошь я себе позволить не могу.

По пути домой я забежала на почту. Раньше получала письма по месту прописки, а потом догадалась, что можно все почтовые дела перевести в другое, удобное отделение. Всего-то надо было написать заявление.

— На имя Андроповой Маргариты Олеговны что-нибудь есть?

Работница в синей униформе забила мой запрос в компьютер. Почему они не улыбаются посетителям? Может, им мало платят? Я глянула на стеллаж с разнообразнейшим ассортиментом: сгущёнка, рыбные консервы, шоколадки, игрушки, книги, журналы, средство гигиены. Я бы тоже не улыбалась в такой атмосфере.

— Есть. Одну минутку.

Почтальон ушла в другую комнату и вернулась с двумя письмами. Два — это много! Она внесла заметки в компьютер и передала их мне.

— Спасибо, — я отошла в сторону, разглядывая конверты.

Один, тонкий из Центра предпринимательской деятельности, а второй, толстый и увесистый, от некой Серёдкиной Алёны Андреевны. Понятия не имею кто такая. Может, реклама?

Я вскрыла тонкий конверт и пробежалась взглядом по короткому письму:

“Уважаемая Маргарита Олеговна!” Ля ля ля, три рубля. Вот! “Вынуждены отказать Вам в заявке на субсидию. Причину Вы можете уточнить у своего менеджера”.

А какой смысл узнавать её, если всё равно не передумают? Я со злости смяла письмо. Вот догадывалась же, что бесполезно что-либо у кого-либо просить! Закинула всю макулатуру в сумку и направилась домой.

Чтобы открыть свой ресторан, потребуется много вложений в оборудование, в аренду помещения, ремонт, персонал, продукты и всякие непредвиденные расходы. Моих накоплений не хватит на такой длинный список. Думала, что помогут хотя бы с арендой помещения. Но и тут облом!

Про второе письмо вспомнила, когда была дома. Подогрела в микроволновке пюре с сосиской и, включив маленький телевизор, по которому показывали середину фильма “P.S. Я люблю тебя”, вскрыла конверт.

Название Досудебная претензия отбило аппетит. В животе образовался тугой узел, а по затылку побежали мурашки. Я отложила бумаги в сторону, уставилась в экран. Героиня фильма читает письмо, но я не разбираю слов. Мне совершенно не понятно, что происходит и на экране, и в собственной жизни! Сжала зубы и решила изучить претензию. Она не лично ко мне, а к бару “ПодВал”. А так как я совладелец заведения, то мне пришла одна из копий. По спине прокатился неприятный озноб. Я откинула письмо и закрыла глаза.

Этого не должно было произойти! Зачем он так со мной поступает? При чём здесь я? Не намерена возвращаться в прошлое! Уж точно не таким способом! Захотелось куда-нибудь спрятаться, и я поддалась этому порыву. Ушла в маленькую комнату, укуталась с головой в плед, свернулась калачиком на своём продавленном диване и, стараясь представить как появилась на дверце шкафа вмятина, уснула.

Меня разбудил щелчок замка. Высунув голову из-под пледа, поняла, что уже вечер. Тело такое ватное, что шевелиться совершенно не хочется. Придётся опять сериалы половину ночи смотреть, а завтра на работу с утра. Заставила себя подняться и выйти из комнаты.

На кухне Лиза сидит за столом и читает письмо, про которое я постаралась забыть. Я ничего никому не должна! Резко открыв шкафчик, схватила кружку, захлопнула дверцу и со стуком поставила Спанч Боба на стол. Ударила по кнопке чайника и, скрестив руки на груди, стала ждать, когда он закипит.

Лиза оторвалась от письма и внимательно на меня посмотрела.

— Что это?

— Не знаю, — буркнула я, — и знать не хочу!

Отвернувшись от Лизы, стала делать бутерброд с маслом и колбасой. Больше всего люблю салями, а это докторская. Её Лиза ест. Надо было купить себе колбасу.

— Рит, — подруга тихо меня позвала, но я не ответила. — Там долги не маленькие.

— Мне всё равно.

— Она ведь в суд подаст и тогда по суду взыщет. Кажется, тут помощь понадобится.

Почему-то извиняющийся тон Лизы стал так сильно раздражать, что я повысила на неё голос:

— Почему меня это должно волновать? Я всё ему оставила! Вот и пусть долги свои на меня не вешает!

На глаза навернулись слёзы, я остервенело стёрла их рукавом кофты. До этого не ревела и сейчас не собираюсь!

Чайник вскипел, я залила растворимый кофе и села спиной к окну. Отставила в сторону, нетронутое пюре с сосиской, и стала бездумно жевать бутерброд. Кусок еле в горло пролезал, но я старательно продолжала глотать. Лиза тихо смотрела на меня нахмурив брови и, похоже, не понимала, что делать. А откуда же ей знать, если я сама не могу ничего решить? Ещё не хватало её в это впутать!

Господи, да кого я пытаюсь обмануть? Швырнув остаток бутерброда на тарелку, я посмотрела на письмо. Когда-то Артём должен был вернуться в мою жизнь! Но почему так? Я выдернула бумаги из-под Лизиной руки и внимательно их перечитала. Какой-то Серёдкиной Алёне бар должен кругленькую сумму по договорам займа.

— На кой чёрт Артёму понадобилось занимать у одного и того же человека семь раз? Да ещё и не отдать ни разу долг! — меня распирало от несправедливости.

— Может, стоит поговорить с ним? — неуверенно предложила Лиза.

— Вообще, это капец какая подстава с его стороны! — я постаралась запить комок в горле, но он никуда не делся. Поставила локти на стол