Притворись бабочкой - Тория Дрим

– Прости, Джитта. – Мистер Брюс кладет журнал на стол и выдавливает из себя полуулыбку. – Если хочешь, я могу открыть дверь.

Пожимаю плечами и в попытке успокоиться снова утыкаюсь в тетрадь. От злости у меня даже выходит наконец дополнить рисунок задуманными ажурными зигзагами. Хоть какой-то плюс в стрессовом состоянии.

Рисуя, я ощущаю на себе пристальный взгляд Одри, но не оборачиваюсь. Мне сейчас не до ее мечтательных воздыханий. Черт, поскорей бы закончился этот урок! Благо он последний. Приду домой, брошу рюкзак и выйду на пробежку, а после, чтобы как-то освежиться, сделаю лимонад и проведу вечер с Брук. Признаться, даже враги видятся во сто раз чаще, чем мы с сестрой.

– Внимание, класс! – повышает голос учитель, из-за чего я чуть заметно вздрагиваю. – Нам обещали прислать список победителей конкурса научных работ. Вам уже известно, что выигравшие получат бесплатную поездку в летний лагерь на берегу залива Торбей. Я знаю, вы все старались, но, увы, счастливчиков только двое.

Тихо ухмыляюсь. Кто-то действительно хочет поехать в этот лагерь? Да, место, безусловно, очень красивое, но я о такой поездке могу даже не мечтать: пусть и выжала из себя все соки, а в своем проекте по-прежнему не уверена. К слову, тема, которая мне досталась, изрядно потрепала нервы. «Бабочки» – существа довольно загадочные, и их изучение далось мне с трудом.

– Посидите пару минут. Я схожу за конвертом со списком победителей.

В классе мгновенно поднимается гул. Все начинают перешептываться в ожидании оглашения имен «счастливчиков». Я бросаю многозначительный взгляд на Одри и в который раз думаю о том, что она – самая противоречивая фигура из всех, кого я знаю. Иногда теплая и отзывчивая, а иногда ледяная и отторгающая всех на своем пути.

– Думаю, я поеду в лагерь, – самодовольно улыбается Одри, а потом шепотом добавляет: – Моя работа просто потрясающая, Джи.

Уверенности у нее хоть отбавляй.

– И ты правда хочешь туда поехать? – спрашиваю я, опуская взгляд на свои потертые кроссовки. – А как же Маккой?

– О, конечно, я хочу поехать! Ты не представляешь, сколько там возможностей. Новые друзья, море, свобо-о-о-ода! – Она растягивает последнее слово, из-за чего я борюсь с желанием просто положить голову на парту и закрыть уши. – А Маккой… Это Маккой. Он по-любому выиграл, Джи.

В итоге я пожимаю плечами. Для меня этот лагерь ассоциируется с вечной суетой, палящим в зените солнцем, тоской по близким и неловкостью в кругу новых людей.

– Ребята, письмо со списком победителей пришло. Открываю…

Мистер Брюс закрывает за собой дверь, демонстрирует всем конверт и проходит в центр класса. Пространство словно погружается в вакуум, что в целом довольно удивительно.

Ох, был бы здесь Дарен – все бы давно валялись на полу от смеха. Но, увы, его здесь нет… Неприятные воспоминания заставляют почувствовать такую боль в груди, будто о сердечную мышцу раз за разом стачивают раскаленные лезвия. Я разочарованно сжимаю губы в тонкую полосу, пытаясь не дать слабину. Слезы предательски подступают к глазам. Дыши, Джит, дыши. Просто попытайся отвлечься.

– Маккой Эванс и Джитта Эвердин!

Сердце быстро бьется. Перед глазами мелькают картинки, тысячи картинок. Никак не удается сосредоточиться на доске впереди меня, все расплывается. Наверное, из-за слез. Черт возьми, что все подумают?

– Поздравляю, Джитта! – едва ли не крича сообщает учитель, а я замираю, ибо смысл услышанного доходит до меня только сейчас.

Джитта. Эвердин. Выиграла. В. Конкурсе. Нет! Мои бабочки этого не достойны. Нет, нет, нет.

– Поздравляю, – выплевывает Одри. В ее глазах стоит ненависть, а челюсть сжата до предела. Она готова меня убить.

Я ошарашенно перевожу взгляд с лица подруги в сторону, вытираю с щек слезы и стараюсь прийти в себя. Кто-то начинает аплодировать, некоторые присвистывают, а я думаю только о том, что совершенно этого не заслуживаю. Мой научный проект – результат работы нескольких недель, тогда как многие другие трудились над своими работами месяцами.

– Простите, мистер Брюс, это какая-то ошибка. Я не уверена, что могла победить, – осторожно произношу я, внимательно изучая лицо учителя.

Он удивлен моей реакцией, это видно. Мистер Брюс поправляет наручные часы, хмурится и манерно кашляет. Наверное, подбирает нужные слова.

– Нет. Здесь нет никакой ошибки, Джитта. Поздравляю тебя еще раз, – поддерживает меня учитель, хотя бы немного выделяясь из той серой массы, которая питает ко мне сейчас только агрессию. – Не нужно так недооценивать свои способности.

Я слышу смешок Адриана. Ядовитые комментарии Мэрри Дэвис. Вижу взгляд Одри. Она явно в бешенстве, и в особенности оттого, что я заняла место, принадлежащее ей по праву, ведь Маккой тоже едет.

Вскоре мои подозрения насчет Одри подтверждаются.

– Одри, послушай! – Пытаюсь поймать ее после звонка, но тщетно: подруга даже не оборачивается.

Бегу со всех ног за стремительно удаляющимся силуэтом. Неужели ей совсем не интересно, что я скажу?

– Одри!

Она на миг замирает, картинно закатывает глаза. Думаю, если бы мы находились за пределами школы, у нее уже давным-давно повалил бы пар из ушей.

– Я ни при чем, честное слово! – оправдываюсь, словно маленькая девочка, оплошавшая перед родителями. – Одри! Да постой же ты! Я действительно не понимаю, как это произошло!

И тогда она оборачивается. Сверлит меня глазами, и мне кажется, что я слышу ее мысленные проклятия. Я останавливаюсь, чтобы отдышаться.

– Это я не понимаю, Джитта! – шипит Одри. – И почему тебе всегда так везет?!

Мне? Везет? Похоже, она совсем не знает значения этого слова, раз говорит подобные вещи в мой адрес. Мне становится смешно и обидно. Я делаю глубокий вдох, набирая побольше кислорода в легкие – сейчас он мне необходим.

– Хорошо, – спокойно проговариваю я, пытаясь найти компромисс. – Я завтра же поговорю с директором. Отдам тебе свое место, если появится возможность поменяться. Договорились?

Ее взгляд смягчается. Одри опускает плечи и приближается ко мне, явно намереваясь обнять.

– Правда? – Ее лицо озаряется светом. – Спасибо! Спасибо, спасибо, спасибо! Я знала, что на самом деле ты – очень даже светлый человек.

Порог дома я переступаю, чувствуя полное опустошение после тяжелого дня. В нос ударяет аромат, который я сразу же узнаю, – мама приготовила куриный пирог. В коридоре меня никто не встречает, поэтому, бросив рюкзак в прихожей, я направляюсь в ванную.

– Эй, народ, я дома! – кричу, чтобы Брук с мамой меня услышали.

Наконец-то сладостное успокоение накрывает меня с головой. На душе уже не так тоскливо, и родные стены, кажется, излечивают эмоциональные «царапины» после трудного дня.

Чтобы полностью расслабиться,